Скорбные мысли, любой негатив.
Смутное время, таинственный лес,
В нём не заблудишься, только лишь прямо.
Необходимо дойти до небес,
До на мгновенье мелькнувшего храма.
Марс
И по-прежнему лучами серебрит простор луна…
Р. Брэдбери, «Марсианские хроники»
Не стреляйте по хрустальным окнам
Мёртвых городов планеты Марс.
Этот мир поэтами был соткан
Желтоглазых марсианских рас.
И изящных башенок макушки
Не тревожьте залпами свинца.
Их ажурных нитей завитушки
Пусть не тронет лапа подлеца.
Ах, с каким я сам бы наслажденьем
Выбил зубы мерзкому хамью,
Меченному тенью вырожденья,
Ставшему подобием зверью.
Как же жить среди этой отставшей
От цивилизации толпы?
В грязь гнилую походя втоптавшей
Хрупкие букеты красоты.
Атомы толпы так все похожи,
Кто и где, когда их воспитал?
Чувства их настолько толстокожи,
Не проткнёт и совести металл.
Уши их не слышат звук искусства,
И глаза покрыты пеленой.
С кругозором, стянутым Прокрустом,
С интеллектом лужи глубиной,
Мне бы остров в океане Тихом,
Я б туда собрал таких людей…
Чтобы там не слыхивали слыхом
О подонках никаких вестей.
Только мыслью я сегодня ранен,
Мыслью краткой, словно некроло́г:
Я – последний в мире марсианин.
Вот и пуля мне летит в висок…
Логика мира
Мир устроен вполне логично:
Есть начало, за ним конец.
Пусть далёк, как созвездье Телец,
Но он есть, и это отлично!
И причинность такого рода
Привлекает к себе сама:
Пусть сначала умрёт зима,
Лишь потом расцветёт природа.
Удивительная простота:
Напряженье, усилий трата,
Труд сначала, в конце – зарплата.
Мир устроен так – красота!
Разве можно представить нечто
Без начала и без конца?
Я сторонник идеи Творца:
Не ваять ничего навечно.
Счастье вечное нам бы постыло,
Не даётся оно навсегда,
Не боялись терять бы тогда,
И кому б оно нужно было?
Но хоть спорить с Ним не пристало,
Всё же что-то напутал Творец,
Ведь у смерти вначале – конец,
А в конце только будет – начало. 
