Владимир Воробьёв – Десять сказочников под одной крышей (страница 14)
— Если растянуть молнию над рекой и привязать к столбам, она будет светить лучше всяких лампочек, — придумала Ленушка.
— Конечно. И ночью можно будет рыбу ловить!
— И мы от своей беды избавимся!
Ленушка так обрадовалась, что чуть не оступилась в воду.
Нашли мы проволоку, я влез на столб и прикрутил к его вершинке один конец молнии. Потом переплыл реку, разматывая её с кочерги, как нитку с катушки, и крепко-накрепко к другому столбу примотал. Повисла она над рекой, как синий огненный ручеёк, и светила ярко-ярко.
Пошли мы с Ленушкой домой, чай допивать.
И вдруг услышали звон пожарного колокола. С горы прямо к реке примчалась красная пожарная машина. С неё спрыгнули десять пожарников в касках с медными гребешками и монтёр Серёга.
— Провода горят! — закричали десять пожарников и приставили к столбу десять лестниц.
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
Что они хотят делать?
Монтёр Серёга влез по лестнице на столб и остриг молнию монтёрскими ножницами. Упала она в реку и разрубила её пополам.
Десять пожарников разинули рты, а монтёр Серёга обнял столб и боялся слезать.
А молния шипела и хлестала по воде.
— Ловите её! — закричал я пожарникам. — А то она всю реку выхлещет. Это же молния!
Десять пожарников надели рукавицы, прыгнули и поймали молниевый хвост. Вместе мы смотали её снова на кочергу. Десять пожарников сняли каски с медными гребешками и вытерли потные лбы.
Сказали мне:
— Привязывать молнию к электрическим столбам строго воспрещается. И на кочерге носить воспрещается. И дома держать воспрещается.
— А куда же мы её денем? — рассердилась Ленушка.
— В землю заройте.
— Выползет.
— В реку бросьте.
— Река выкипит.
Десять пожарников развели руками.
Монтёр Серёга пожалел нас и сказал:
— Отдайте мне. Я отнесу её на электрический завод и что-нибудь придумаю.
— Пожалуйста, — обрадовался я, — бери вместе с кочергой!
Дома мы с внучкой выпили целый самовар чаю. Даже не заметили, что пили без мёда. Всё равно чай показался сладким.
Мы смеялись над тем, что пол у нас в дырах и похож на решето. А потом крепко уснули.
Кончились наши несчастья!
Приснилось мне, будто у монтёра Серёги молния вырвалась и снова стала стрелять по трубам. А Серёга скакал за ней по крышам с кочергой и не мог поймать.
Я с перепугу проснулся и разбудил Ленушку.
— Ты знаешь, что мы с тобой обманщики? Другому человеку отдали свою беду. Теперь, наверное, другой человек с нею слёзы льёт?
— Да, мы с тобой самые распоследние обманщики на свете, — вздохнула Ленушка. — Наверное, у монтёра Серёги молния и стены прожгла…
— И потолок…
— И крышу…
— Бежим скорей к нему!
— Бежим!
Как были мы босые и неодетые, так и прибежали к Серёге.
Он только что вернулся с завода и высыпал на стол из кармана пригоршню маленьких лампочек. Они были очень яркие и светили без всяких проводов.
— Слушай, Серёга, — сказали мы ему. — Ты уж прости нас, пожалуйста. И отдай нам обратно молнию. Пусть нам одним будет плохо.
Монтёр Серёга рассмеялся.
— Возьмите, — говорит.
И высыпал нам в ладошки две горсти маленьких лампочек.
В них горели маленькие кусочки молнии.
Теперь каждый Новый год мы с внучкой Ленушкой достаём их из чемодана и развешиваем на ёлке. Они горят, как маленькие бенгальские огоньки.
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
Как-то поздно вечером проходили мы с внучкой Ленушкой по берегу. Дым из трубы валил густой, расползался над прудом, и становилось темно.
— Смотри, — сказала Ленушка, — из трубы ночь выходит.
— Ага, — сказал я.
— Днём она в трубе прячется. Если трубу заткнуть, всегда будет день.
— Ага, — сказал я.
Нашли мы пузатый бочонок, дождались утра и пошли трубу затыкать.
Влез я на трубу, сунул голову внутрь и чуть не задохнулся: дым в горле застрял. Выдернул голову. Но успел заметить: внутри трубы ворочается что-то чёрное. Наверное, ночь.
— Она! — кричит мне снизу Ленушка. — Потому что у тебя лицо теперь ночное!
Провёл по лицу ладонью — верно, вся ладонь чёрная.
— Затыкай! — кричит Ленушка.
Я бочонок, как пробку, приставил и кулаком пристукнул.
Слез и в пруду умылся. Бороду солнышку подставил, чтоб скорее сохла.
Целый день мы с Ленушкой радовались.
А потом грустно стало. Вроде бы спать пора, а не хочется. Солнышка нет, а светло, и звёзд не видать.
— Мы теперь совсем звёзд не увидим? — вздыхает Ленушка.