Владимир Волков – Краткое изложение книги «Исследование о природе и причинах богатства народов». Автор оригинала – Адам Смит (страница 3)

Примечание рассказчика. Важно напомнить, что труд автора написан в конце XVIII века. Ниженаписанное не является финансовым советом.

Адам Смит утверждает:самая стабильная валюта – зерно. Автор приводит живой пример: в 1576 году королева Елизавета приняла закон, по которому треть арендной платы университетов отчислялась зерном, в натуральном виде, согласно его цене на 1576 год. А сегодня (1776 год) эта 1/3 в зерне, реализованная на рынке, в денежном выражении дает 4/3 от ВСЕЙ монетарной арендной платы образца 1576 года. Хотя золотой с тех пор якобы не изменился.

Как следствие, выводит автор, разумнее всего сравнивать покупательскую способность разных лет не через золото, но через меру хлеба, что можно было купить на то золото. Автор убежден: как бы далеко ни отстояли друг от друга эпохи, «трудовая цена» золота сохранится.

И поэтому же автор призывает заключатьлюбыедолгосрочные договоры с номинацией «через зерно». Буквально: «и за пользование этой землей вы будете должны пуд зерна за квадратный метр в год».

Тем не менее автор также отмечает: зерно крайне волатильно «на короткой дистанции», где на него влияют и (не)урожаи, и колебания курса. И даже в долгосрочной перспективе стоимость зерна хоть и «самая стабильная среди товарных», но не абсолютная. Абсолютен только труд и его цена.

Глава V. О действительной и номинальной цене товаров, или о цене их в труде и цене их в деньгах

Адам Смит предлагает мысленный эксперимент. Остановим время и попадем на Лондонскую биржу. Если мы продадим на ней пуд зерна, то на ней же, в тот же момент, мы сможем купить другой товар в том же количестве, если в него вложено столько же труда того же качества.

То есть цена товара «в монете» и «в труде» соответствуют друг другу.

Но если мы хоть на секунду включим время или переместимся из Лондонской биржи на Нью-Йоркскую, то все изменится. Действительная и номинальная стоимости совпадают строго в этом месте и строго в момент сделки, говорит Смит. И начинают нарастать расхождения в любую из сторон, с каждой секундой, с каждым метром.

Автор тут же приводит пример, как извлечь выгоду из «географического фактора»: допустим, мы купим тонну бензина в России за тысячу рублей и отвезем в Европу, где продадим за две. В простейшем случае. И это даст торговцу 100 % прибыли! На этом, собственно, и строится товарная торговля: купить, где дешевле, и продать, где дороже, пользуясь «пространственным расхождением».

Биржевая же торговля, соответственно, строится на «временном расхождении».

Глава VI. О составных частях цены товаров

Но по каким именно законам определяется, сколько стоит товар? Из чего эта цена состоит? Для решения этого вопроса Смит предлагает обратиться к примеру.

Возьмем охотников. Если попытка поймать бобра занимает вдвое больше времени, чем поимка оленя, – олень может быть обменян на двух бобров. Ведь мерило здесь труд, а труд двоих охотников равноценен.

Так любой продукт, на изготовление которого были потрачены одинаковые время и материалы (далее – просто время, ведь материалы тоже есть время, только чужое), будет стоить одинаково. Если ценность труда одинакова.

Но в главе V автор рассмотрел, что «разный труд неравен». И человеко-часы, в которые ранее были инвестированы другие человеко-часы, будут стоить дороже. Равно и предмет, на который было потрачено столько же, но «инвестированных» человеко-часов, будет иметь бо́льшую стоимость в сравнении с предметом, на который ушло столько же менее квалифицированных человеко-часов.

В норме весь продукт труда принадлежит работнику, равно как оборудование и материалы. По мнению Смита, это «было до, но никогда не будет после» (стоит напомнить: до «Капитала» оставалось более столетия).

Но капитал можно использовать для покупки труда, помните? И первые капиталисты попробовали покупать не продукты труда, но непосредственно труд: предоставить трудолюбивому человеку оборудование, материалы и купить у него сам труд, забрав себе его продукт для продажи, взамен на некоторую плату в адрес работника.

Здесь впервые рождается терминприбавочной стоимости, который автор отмечает как «дельту между ценой труда, вложенного в прекурсоры, и ценой товара, что может быть продан». Так как на одной стороне труд (уже вложенный), а на другой цена (монетарная, т. е. волатильная), Адам Смит считает: капиталисту положена некоторая доля прибавочной стоимости за риск своим капиталом.

Другая доля, по мнению автора, уходит на оплату труда работника; необходимостью расширения предприятия он здесь пренебрегает.

Казалось бы, в таком случае долю прибыли капиталиста можно назвать просто «второй зарплатой», как будто он тоже вложил свой труд, но уже в управление и продажу… Но Адам Смит заявляет:это фундаментальная ошибка.

Прибыль капиталиста, по его мнению, это не оплата труда, так как она не зависит ни от вложенных человеко-часов, ни от сложности работы (т. е. требования предварительных «инвестиций в качество труда»).

Вместо этого она зависит от количества внесенных в дело средств и процента маржинальности.

Автор приводит пример: допустим, у нас есть две мануфактуры с одинаковым числом работников и одинаковой маржинальностью 10 %. На обоих трудоустроены 20 рабочих, которым платят 15 000 рублей в месяц.

Но на одной шьют вручную и могут обработать материала на 700 000 рублей в месяц, а на другой поставили станки-автоматы, и теперь то же число людей способно «прожевать» материала на 7 000 000 рублей в месяц.

И тогда первое предприятие в конце месяца заработает лишь 100 000 рублей чистыми, а второе – 730 000 рублей. Разница больше чем в семь раз!

Сложнее ли в семь раз управлять вторым предприятием в сравнении с первым? Отнюдь нет. Более того.Капиталист покупает труд.И ничто не мешает ему выделить из своей доли прибыли зарплату управляющему, тем самым освободив себя вообще от всяческих затрат, заключает Адам Смит.

А цена товара во многом теряет связь с трудовложениями и здравым смыслом.

Также капитал додумался брать плату за землю в форме аренды, хотя и непонятно, у кого можно было землю купить, если она никем не создана? И с того момента арендная плата – еще одна составная часть цены практически всех товаров.

Но и это еще не все. Капитал идет дальше, уходя за рамки здравого смысла. Что признает даже сам Смит, показывая, например, на землевладельцев, пытающихся содрать деньги даже за то, что растет на земле само. Здесь автору пересказа хочется вспомнить о недавней попытке брать деньги за сбор грибов. Однако не будем о грустном.

И здесь автор наблюдает еще один феномен. И арендодатель, и капиталист получают за свои действия деньги, но не вкладывают труд. Тем не менее, как мы помним, деньги есть мерило труда. И, делает финальный вывод Смит, они есть, в конечном счете, труд рабочего.

Тогда как рассказчик дополняет это выводом из слов самого Смита, что они этот труд у рабочего фактически украли. Ведь они не участвуют ни в производстве (не вкладывают свой труд), ни в управлении (нанят управляющий), ни в торговле (этим тоже занимается, например, биржа). Паразитические сущности.

В самом конце Смит рассказывает, что в конечном продукте может быть несколько «слоев затрат». В обычную буханку хлеба, например, войдут рента помещику, доля крестьянина, «мельничный фонд» (который сам состоит из доли прибыли владельца, зарплаты мельника и амортизации мельницы)… А после попадания в пекарню – оплата перевозки (тоже раскладывающаяся на составляющие), труд пекаря, доля владельцу пекарни и владельцу земли, амортизация печки… Труд продавца и еще раз перевозка.

Это для обычной буханки хлеба-то!

Но все можно свести к трем долям. Рента. Доля прибыли. Доля труда. Налоги, к слову, по утверждению Смита есть тоже форма ренты, просто государствосчитаетсвоим буквально все, что находится в нем. Ссуда же – форма прибыли, где оплата (процент) идет не за счет использования чужого труда, но за счет исключительно личного риска владельца средств.

Глава VII. О естественной и рыночной цене товаров

Для каждой местности и сферы деятельности, утверждает Смит, существует некая средняя,нормальнаясумма. Естественный минимум прибыли, ренты и оплаты труда, вызванный условиями местности и общества на этой местности.

Если в создании товара заложены минимально приемлемые рента, зарплата и прибыль, то и цена его выйдет «естественной». То есть минимально приемлемой и для капиталиста, и для арендодателя, и для работника. Но, отмечает автор, это в теории. На практике цена может быть и выше, и ниже естественной. Такая «практическая» цена названа имрыночной ценой.

Ирыночнаяцена определяется не затратами производителя, но балансом спроса и предложения: отношением между объемом товара на рынке и числом покупателей, готовых его купить по такой цене, образующих действительный спрос.

Погодите, «действительный спрос»? А что, «просто спроса» мало? Мало! Здесь проще привести пример, утверждает автор.

Кассир хочет купить «мерседес». Спрос ли это? Да, он же хочет. Действительный ли это спрос? Нет, потому что на «мерседес» он и через три жизни не накопит. Потому что действительный спрос – тоже «минимально приемлемый», и включает только тех, ктоможет позволить себетовар.