Владимир Волков – Краткое изложение книги «Исследование о природе и причинах богатства народов». Автор оригинала – Адам Смит (страница 2)

В доказательство своих слов автор приводит три примера:

• Профессия носильщика. Казалось бы, крайне простая, но востребованная лишь в большом городе, где поезда и повозки ходят ежечасно.

• И, наоборот, деревенский кузнец. Который «швец, жнец и на дуде игрец», ибо единственный мало-мальски компетентный специалист на 20 миль вокруг. Да и крестьянин тоже не только картошку копает в своей глухой деревне.

• Профессия кузнеца-гвоздаря, предел узкой специализации того времени. Рабочий, способный в год выдать триста тысяч гвоздей… Но только их. И востребован такой рабочий лишь при развитой даже не городской, а межгородской торговле.

Кстати, о рынке. Поскольку, как мы уже поняли, «чем шире рынок, тем уже специализация», Адам Смит отдельно подмечает важность дешевых, «широкополосных» торговых маршрутов для дальнейшей специализации, на сей раз – на уровне городов и целых народов. Он приводит в пример водный транспорт и его историю, но современному читателю важно помнить: с тех пор в мир пришли поезда. Так что эту «обзорную экскурсию» можно пропустить.

Глава IV. О происхождении и употреблении денег

Глава крайне объемна. Поэтому я поделил ее на несколько более малых, совершенно самостоятельных частей, в каждой из которых автор обсуждает какой-то один вопрос.

В начале времен денег не было, утверждает Смит. Была меновая торговля. Но с ростом разделения труда становилось все более очевидно, что этот путь – дорога в никуда.

После установления разделения труда, по его мнению, неизбежно возникает потребность в торговле. Каждый человек, в отличие члена от примитивного общества, становится «сам себе торговцем»: он вынужден менять избыток продуктов своего труда на избыток продуктов чужого «из другой сферы деятельности», чтобы полноценно себя обеспечить.

Но для того, чтобы что-то продать, нужно что-то купить взамен. Совершить обмен.

И здесь автор приводит занятный пример: мясник, пекарь и пивовар. Мясник готов продать тушу пивовару, который в ней нуждается, но он уже запасся пивом на год. Зато пекарь бы это пиво взял, но у пивовара уже есть мука. А мясник хотел бы испечь лепешек, но пекарь мяса пока не хочет.

И вот тут на помощь и приходят деньги.

Деньги, которыми, по мнению экономиста, может являться что угодно, от голов скота до гвоздей. Лишь бы удовлетворяло двум требованиям:

• Этот товар готовы брать взамен на любые свои товары любые продавцы. Ну, или «почти любые».

• Этот товар может храниться достаточно долго, чтобы его не приходилось немедленно менять на иной товар.

И, как утверждает Смит, лучше всего этим требованиям отвечает «какой-нибудь металл». Потому как соответствует еще двум «необязательным, но полезным для денег» свойствам:

• Металлическую валюту всегда можно разделить, заплатив именно столько, сколько надо. В самом примитивном случае – банально отрубив топориком кусок слитка.

• А еще – металл пластичен и плавок, то есть может быть подвергнут штамповке или залит в форму. Что и породило современные деньги, известной ценности и калиброванной пробы.

Есть у монеты лишь один маленький, но неустранимый недостаток: инфляция. Как за счет недобросовестных правителей, «разбавляющих серебро ослиным навозом», так и за счет банальной чеканки новых монет.

На этом Адам Смит завершает занимательный экскурс в историю и начинает говорить о покупательской способности. Но я убежден в необходимости разделять мух от монет, и посему здесь перехожу к следующей части.

Далее автор поясняет, как именно работают деньги. И начинает экономист эту тему с четкого проведения линии между меновой и потребительской стоимостью, мимоходом дав им формальное определение. Оно крайне запутано, но, к счастью, его можно сформулировать проще:

«Потребительская стоимость – мера пользы, которую может принести человеку обладание товаром. Меновая стоимость – мера выгоды, которую может принести человеку продажа товара, числа полученных взамен иных товаров».

Далее Смит поясняет сущность понятий на наглядном примере: вода обладает высочайшей потребительской стоимостью (без нее ты умрешь), но околонулевой меновой: денег за баклажку вам никто не даст. И наоборот, алмаз обладает околонулевой потребительской стоимостью (ну, на палец надеть можно, и что дальше?), но высочайшей меновой.

На примере алмаза автор к тому же подчеркивает: не всегда меновая стоимость соответствует здравому смыслу. Иногда это просто… Модно?

И наконец, обещает ответить на три Главных Вопроса Денег в трех следующих главах, посвященных вопросам:

1. Как измерить истинную меновую стоимость товара? Почему она должна быть именно такой?

2. Из каких частей состоит эта стоимость, чем она продиктована?

3. Почему рынок не балансирует вокруг эквилибриума «истинной стоимости», но, напротив, цена то улетает вверх, то пикирует вниз относительно «верной» в рыночных условиях?

Бедность (или богатство), по мнению Смита, определяются не монетарно, но доступом к товарам и услугам: чем шире этот доступ, тем человек богаче. Но из-за разделения труда произошла смычка этих понятий: человек не может добыть все сам, своим трудом, так что мера его богатства становится и мерой доступа к благам.

Но автор на этом не останавливается, развивая идею в мысль:деньги покупают труд. И наоборот. То есть, например, рубли зарплаты – это ваши человеко-часы труда, превращенные в деньги. И трата их на новую куртку – это оплата человеко-часов всех работников, занятых в ее создании, от хлопкороба до рабочего мануфактуры. Работая, вы вкладываете свой труд, чтобы купить чужой труд.

И наконец, он отмечает, что богатство еще не дает власть, но лишь возможность покупать труд других людей. И для того, чтобы такую власть получить, богатство должно быть израсходовано на покупку труда соответствующих людей. Например, политиков, судей или бандитов.

И чем более человек богат, тем больше труда он может купить, тем больше у него возможностей влиять на мир, покупая труд.

Но если деньги есть мерило труда, то почему токарю платят больше, чем разнорабочему? Весь вопрос в сложности – ведь человек, потративший время и ресурсы на обучение более сложной работе, планирует их вернуть… А, как мы помним, в понимании Смита время – это буквально деньги.

И меньшая конкуренция в более сложной профессии ему это позволяет. Что приводит нас к вилке, утверждает Смит: с одной стороны, человек хочет вернуть затраченное на обучение и завышает цену своего труда относительно средней. С другой же – меньшая конкуренция позволяет это совершить.

Так и только так рыночная конкуренция вершит «грубую, но приемлемую житейскую справедливость», назначая каждому труду его справедливую цену. Исходя из затрат на обучение и числа желающих работать в этой профессии.

И здесь автор приводит нас к интересному моменту…

Ведь сравнивать «разные человеко-часы» неудобно, даже в товарном выражении, утверждает Смит. Неудобно считать, что «килограмм мяса стоит три литра пива, три литра пива стоят одно посещение парикмахерской, но старший парикмахер может купить лишь полкило мяса, ведь их работает трое».

Вместо этого и родилась схема «товар – деньги – товар» как способ универсальной оценки ценности человеко-часов, утверждает Смит. Схема, разрывающая прямые взаимоотношения и ликвидирующая последние остатки бартера: теперь, даже если мяснику нужно пиво, а пивовару – мясо, то оба сначала идут на рынок и продают продукты своего труда. Ибо всегда есть вероятность, что найдется тот, кому они нужнее – и можно будет выручить больше… Верно?

Казалось бы, в эпоху металлических денег цены должны быть стабильны. Вот только была (да и есть) одна проблема, утверждает Смит:деньги тоже товар. Он тоже имеет свою цену, и эта цена тоже нестабильна. Термин «инфляция» придумает другой экономист, но впервые описал этот феномен именно Адам Смит: деньги сами могут дорожать (крайне редко) и дешеветь (постоянно) в долгосрочной перспективе, и совершенно свободно менять свою стоимость «в обе стороны» в краткосрочной.

Для долгосрочной инфляции автор приводит два примера:

1. Резкое появление новой денежной массы: как, например, завоз золота из Латинской Америки тогда. Или экстренная допечатка денег сегодня.

2. «Плановая», ежегодная инфляция. Происходившая во времена Смита из-за того, что правители снижали содержание драгметаллов в монете год от года. Или из-за плановой допечатки денег сегодня.

Соответственно, подсвечивает Смит, может так случиться, что на отложенные деньги вы можете купить уже меньше труда, чем было вложено. Или, наоборот, больше.

И даже более того, одни и те же деньги в разных местах могут иметь разную стоимость – ведь там будет больше (или меньше) трудящихся, продукты труда которых вы хотите купить. Равно как и покупателей тоже разное количество.

Как следствие, у труда тоже есть действительная и номинальная стоимость. В моменте они могут совпадать, но чем больше прошло времени, тем сильнее различия. Ведь отдаете вы стабильные человеко-часы, а получаете нестабильные деньги.

То же самое касается и долгосрочных договоров, отмечает Смит: более того, они несут двойные риски. Как тот же долгосрочный договор аренды, где обе стороны могут пострадать. Из-за скачка ценности валюты или рыночной стоимости самой аренды. Именно поэтому автор не советует заключать долгосрочных договоров, выраженных в деньгах. И предлагает в качестве альтернативы зерно.