Владимир Власов – Волшебное зеркало (страница 23)

Их начала кусать, и корень вырвала зубами,

Затем ему, пах разорвав, яички откусила.

А хулиган орал от боли, кровью истекая,

Друзья его, оставив Чана, другу жизнь спасая,

Домой поволокли, спеша, а там смерть наступила.

Собака же исчезла, как внезапно появилась,

Чан, от ремней освободившись, на ноги поднялся,

Всё пережитое на него разом навалилось,

Себя превозмогая, он домой еле добрался.

Наутро он отправился на место преступленья,

Нашёл убитую Хуа, как другу, поклонился,

Затем по правилам всем совершил там погребенье,

В ту ночь, когда он спал, ему печальный сон приснился,

Хуа с ним говорила: «Я всегда тебя любила,

Ты добр ко мне всю жизнь был, и когда всё то случилось,

Хоть умерла я, но моя душа во пса вселилась,

Что был в бобовой лавке, и тем пьяным отомстила.

Теперь, когда я умерла, могу я быть спокойной,

Так как осознаю, что хорошо я послужила

Тебе, за всё хорошее хоть чем-то отблагодарила,

Спокойно буду спать в моей обители покойной».

В тот день Чан побывал в бобовой лавке рядом с местом,

Спросил хозяина о псе, сказал тот: «Что он знает,

Такого пса, и кормит изредка творожным тестом,

Но это – старый пёс, и никого он не кусает.

Но, ночью этой он в крови весь где-то извалялся,

Что с ним произошло, я не имею представленья».

Потом узнал Чан, что скончался от кровотеченья

Той ночью человек, который часто напивался.

Хозяин перекрёстков и дорог пресеченья

(О чём не говорил Конфуций)

В году пятнадцатом Цзянлуна царского правленья (1745)

Торговец шёлка из Чжэньцзяна Чэн раз возвращался

К себе домой, в пути в пустынном месте оказался,

Гора Цзо серебрилась вся при лунном освещенье.

Вдруг выбежал из-за кустов, из-за плиты, могильной,

Ребёнок, маленький, и заслонил собой дорогу,

И начал в сторону к себе его тянуть за ногу,

По лошади похлопал стороной ладони, тыльной.

Чэн понял, что он – призрак, пнул его и стал ругаться,

Тот усмехнулся лишь, и от него не отцепился,

А вскоре и другой ребёнок рядом появился,

Стал за руку тянуть его к себе и рассмеялся.

Один тянул к стене, всю затенённую тенями,

Откуда на него летели грязь и испражненья,

Другой тянул ко рву, всему заросшему кустами,

Оттуда градом камни сыпались и оскорбленья.

Из глубины рва крики приведений доносились,

Как будто с лошади они его стянуть желали,

А вскоре рядом и другие дети появились

От дёрганий с толчками Чэна силы оставляли,

Они, его толкая, над ним стали насмехаться,

При этом все они с разных сторон его лупили,

Из-за него между собой начали духи драться,

В конце концов, его с коня на землю повалили,

Конь убежал, готовился Чэн с жизнью уж расстаться,

Вдруг духи закричали: «Мастер Лэн сюда несётся,

Поэтому должны мы все с дороги разбежаться,

Иначе встреча с ним нам всем несчастьем обернётся.

Ведь он пытается помочь всем путникам и нищим,

И он хоть и начитан, но весьма для нас опасен,

К тому же, отвратителен, и вместе с тем, ужасен,

Уж лучше мы попрячемся все по своим жилищам.

В тот миг мужчина по дороге шёл большого роста,

Слегка при каждом шаге его плечи поднимались,