Владимир Власов – Волшебное зеркало (страница 22)
Решили оба брата, что идея превосходна,
И занялась семья вся свадебным приготовленьем,
И объявили о дне свадьбы людям принародно.
О своей свадьбе получил Ян вести с удивлением.
А дома женщина, его невестой оказавшись,
Спросила: «Смотришь, будто что-то ты не понимаешь»?
Он рассказал о своей свадьбе, и та, рассмеявшись,
Сказала: «Расскажу тебе всё то, что ты не знаешь.
Лиса – я, мой секрет поведаю тебе, как другу,
Знай, я из чувства благодарности здесь появилась.
Когда-то раньше твой отец мне оказал услугу,
Которая мной до сего момента не забылась.
Когда отец твой, генерал, был жив, то всего более
Любил охоту он, считал её своей судьбою.
Но вот, раз как-то, я была поранена стрелою,
Он её вынул из меня и отпустил на волю.
За доброту его, и чтоб в долгу мне не остаться,
Искала я возможность, чтоб с тобою подружиться,
Чтоб долг исполнить, за добро добром же расплатиться,
Чтоб мне клейма неблагодарности не опасаться.
Я поняла, что на пути – осуществить желанья -
Есть трудности в семье с сватовством с твоей любимой,
Поэтому я применила все свои старанья,
Чтоб не были твои препятствия неодолимы.
Кончено, раз друг другу предназначены судьбою
Вы оба, то судьба вас обязательно б связала,
Но вдруг бы что-то вам соединиться помешало?
Вот сватовство улажено для вас и было мною».
Слова эти сказав, лиса исчезла в то ж мгновенье,
Но Яна всё ж ещё сомнения одолевали.
Он услыхал на улице какое-то движенье -
К его особняку друзья с невестой прибывали.
Трансформация души собаки Хуа
(О чём не говорил Конфуций)
В Пекине юноша жил, симпатичный, Чаном звали,
Имел собаку с именем Хуа, был к ней привязан,
Как неразлучные друзья, всегда вместе гуляли,
И как-то раз своим спасением ей был обязан.
Случилось как-то, что одним днём солнечным, весенним,
Они отправились в Фэньтай цветами любоваться,
А вечером домой уж поздно стали возвращать,
Народа почти не было – луна везде и тени.
К несчастью, проходил их путь через поляну,
Немного в стороне от всех и общего гулянья,
А там на ней лежало трое хулиганов, пьяных,
Которые и начали свои к ним приставанья.
От них ряд непристойных получил Чан предложений,
Но он ответил им достойно и с большим презреньем.
Отказ услышав, перешли те к мерам устрашенья,
А вслед за этим совершили трое нападенье:
Набросились на Чана и на землю повалили,
И стали целовать его, срывать, что на нём было,
Хоть он сопротивлялся им, но сил всё ж не хватило
Их одолеть, и наконец, они его скрутили.
Когда же поняла Хуа, что Чану смерь грозила,
То бросилась к нему на помощь, лая и кусаясь.
Один из тех пьянчуг бросать стал камни, защищаясь,
Разбил ей череп, и та пала ниц, дух испустила.
Потом все трое вместе, связав руки, ноги Чана,
Лицом на землю вниз несчастного перевернули,
Рубашку, брюки и трусы с него стянули,
И собирались приступит к осуществленью плана.
Один из них разделся и достал свой «корень силы»,
Хотел его ввести уже в проход между ногами,
Но тут, откуда не возьмись, собака вдруг завыла,