Владимир Владко – Идут роботы (страница 18)

— То есть, мучить её? Пытать?…

Гордон Блэк иронично улыбнулся:

— Кажется, мистер Бирз не возражал против того, чтобы допрашивать с помощью «третьей степени» того парня, которого поймали на заводе?.. Кстати, из его слов мы получили ценные сведения о левой руке. Но об этом потом. Итак, почему мистер Бирз, который вообще то не против допроса по статье закона, — теперь возражает?..

Для закона нет ни Джима Кемпа, ни Мадлен Стрэнд. Есть только арестованные, от которых надо получить сведения.

Бирз не сразу нашёлся, что ответить: Блэк был прав, для полиции было все равно, кого пытать — парня-рабочего Кемпа или Мадлен.

— Но это преступник, этот Кемп. У него нашли прокламации, — попытался он отрицать, — а здесь инженер. К тому же женщина. Я не могу этого допустить.

Гордон Блэк, видимо, что-то решил. Он успокаивая движением руки попросил Бирза садиться и, понижая голос, сказал:

— Вы решительно против того, чтобы мы допрашивали мисс Стрэнд. Предупреждаю, я принужден буду проинформировать об этом губернатора. Итак?.. Ладно, если вы не измените своего мнения, я сделаю так, как вы хотите. Но, перед этим, позвольте сообщить вам о результатах допроса того парня. Джима Кемпа. Помните его слова о левой руке роботов… Вам ничего не приходилось слышать от ваших смотрителей об этом?…

Бирз вспомнил: да, вчера, и сегодня, ему докладывали, что неизвестно по какой причине роботы в одно время, ровно в двенадцать часов утра, поднимают левую руку. Он ещё по этому поводу спросил мнение радиотехника, что пересылал энергию роботам и руководил их движениями, спросил, что это за странное движение.

— Да, мне говорили, — и он передал Блэку то, что знал.

Глаза Гордона Блэка загорелись, лицо оживилось:

— Так и есть, — горячо ответил он, забыв о своей обычной сдержанности, — так и есть! Могу вам сказать, что это совсем не ваш передатчик вызывает эти движения. Это влияние какого-то другого передатчика. Джим Кэмп на допросе «третьей степени» заявил следующее.

Гордон Блэк достал из стола тетрадь, развернул её и тихо прочитал Бирзу:

— «… Меня послал на завод забастовочный комитет в лице Боба Лесли и Тима Кровнти, чтобы точно узнать, как будут вести себя роботы ровно в двенадцать часов. Я должен был внимательно следить за их движениями, особенно за левой рукой. Они должны были поднять её на мгновение, и это означает по словам Лесли и Кровнти, нашу победу. На них-то кто-то влияет, чтобы они перестали слушаться компанию. Как это делается — я не знаю…»

Гордон Блэк посмотрел на Бирза, тот не верил сам себе; он протянул руку к тетради.

— Покажите… — голос его был хриплый.

Гордон передал ему тетрадь. Бирз внимательно перечитал написанное и откинулся в кресле. Дело приобретало совсем иной оборот. Мятежники осмеливались вмешиваться в управление роботами. Гордон Блэк внимательно глядел на Бирза. Он вежливо предложил Бирзу сигарету:

— Закуривайте, пожалуйста. Это успокаивает. Как видите, мы не теряем времени. И вы, кажется, зря волновались по делу мисс Стрэнд. Томас Бирз оглянулся: Мадлен также лежала не шевелясь. Полицейские стояли у нее, один из них держал наготове стакан с водой.

— Есть основания полагать, что мисс Стрэнд многое знает об этом деле. Потому что, кроме неё, в городе нет ни одного человека, который мог бы помогать забастовочному комитету в чисто технических вопросах. Надеюсь, что теперь вы не станете больше спорить?.. Мисс Стрэнд надо, — и он сделал акцент на слово «надо», — допрашивать по закону, чтобы получить от неё определённые сведения.

Бирз, казалось, был не в силах спорить. Тетрадь со свидетельством Джима Кемпа сделала свое дело. Но именно в этот момент, когда Томас Бирз хотел уже согласиться, — он услышал легкий стон. Так стонала Мадлен, приходя в себя. Полицейский немедленно подал ей воды. Она выпила немножко и опять застонала. Она не видела Бирза, но он слышал, что говорила Мадлен:

— Звери… палачи… всё равно, я ничего не скажу… вам не помогут ваши электрические принадлежности, даже если бы вы сожгли меня живьём…

Гордон Блэк скривил лицо: дело не ладилось! И действительно, Бирз подскочил с кресла:

— Ни минуты она не останется здесь! Докладывайте губернатору, делайте, что хотите, я забираю её с собой. Развяжите её! — Обратился он угрожающе к полицейским.

Те беспомощно смотрели то на Бирза, то на Блэка.

— Мда… — задумчиво сказал Блэк. — Ну что же, ничего не могу сделать… жаль, когда в дело ввязываются личные отношения…

— Отвязать её! — Взревел вместо ответа не своим голосом Бирз.

Блэк спокойно велел:

— Да, отвяжите.

Через минуту Томас Бирз выводил Мадлен из помещения полиции. Он не слышал ничего, лицо его пылало от гнева. Мадлен чуть шла, измученная допросом «третьей степени». Но, как сквозь толстое одеяло, он слышал ещё угрожающий голос Блэка, что говорил ему вслед:

— Вы раскаетесь в этом, мистер Бирз. Я подчиняюсь вам только потому, что вам предоставлены неограниченные полномочия от губернатора. Но… вы сами увидите, что вы сделали… Но тогда уже будет поздно…

Эти слова Томас Бирз воспринимал механически, они в ту минуту не доходили до его сознания. Вспомнил он о них только в машине; но тут же снова забыл о них, заметив на руках Мадлен красные следы, как от ожога. Это были следы «допроса третьей степени»…

К ОРУЖИЮ, ТОВАРИЩИ!

Новость бежала по рабочими кварталам, передавалась от одного дома к другому.

Томас Бирз поставил роботов охранять завод вместе с полицейскими… Отряды социал-фашистской молодёжи, всех клерков с заводской конторы, вооружила полиция, и вместе с ней они охраняют учреждения и завод… Они не пускают никого на заводскую площадь… Полиция с социал-фашистами наступает!..

А вслед за первой шла вторая новость, которая радовала рабочих и наполняла их надеждой… нет, уже не надеждой, а уверенностью победы. Но об этой вторую новость знали не все; её передавали осторожно, только верным, испытанным людям:

— Из Нью-Йорка прибыло оружие… сегодня его выгружают… будет с чем дать отпор полиции!..

Обе новости были правдивы. Томас Бирз действительно выставил роботов у заводских ворот. Он поставил их ещё и у своего кабинета, как верных железных стражей. Роботы неподвижно стояли, скрестив руки на груди и загораживая своими крепкими фигурами вход. Для чего сделал это Бирз — никто не знал.

Также правдиво было и то, что социал-фашистская молодежь получила от полиции оружие и откровенно выступила против забастовщиков. Фашистские боевые отряды заняли заводскую площадь, заняли улицу перед полицией и банком. Очевидно, полиция решила хорошо защищать свою крепость во время боя, который должен был начаться в любую минуту.

По оружию — забастовочный комитет действительно получил из Нью-Йорка сообщение о том, что вечером в Нью-Харрис прибывает два вагона оружия, как и сказано раньше, под названием «скобяной товар».

— Начинается очень серьезное дело, — сказал Боб Лесли Тиму, прочитав сообщение и показывая на свежие газеты.

— А что в газетах?

— Почитай, увидишь.

Боб взял газеты. Это были, конечно, буржуазные издания, которые ругали забастовку и рабочий класс последними словами. Но они не могли теперь замалчивать настоящих событий, потому что о них подробно писали коммунистические листовки, которые издавались подпольно. Никакая полицейская опытность и строгость, никакие средства не могли помочь правительству ликвидировать эти подпольные редакции и прекратить выход листовок.

Газета «Дейли-Телеграф» писала:

«События последних дней показали, что с революционным движением нельзя вести себя так, как это делало до сих пор правительство.

Откровенные стычки вооружённых рабочих с полицией в Джерси, Коломбо, Чикаго и других городах показывают, что мягкотелые средства не помогут. Дело идет уже о попытках рабочих под руководством коммунистов свергнуть власть и сделать революцию. Совсем недавно правительство уверяло, что оно держит войска наготове. Где же они?.. Десятки убитых и сотни раненых полицейских — вот последствия столкновений, происходящих по всей стране. Мы требуем решительных мер, чтобы преодолеть революционные выступления, ибо они обессиливают страну и не дают мирным гражданам возможности честно работать. Надо силой оружия раздавить гнездо преступников, называющих себя революционерами. Надо начинать делать это с Нью-Харрис, который является настоящим рассадником заразы».

В разделе «Телеграммы» говорилось:

«По нашим сведениям, около Нью-Харрис сосредоточено несколько полков территориальных войск. Вчера эти полки получили приказ выступать в направлении города, находящегося под властью забастовочного комитета. Эта преступная организация захватила в свои руки все общественные учреждения. Мы надеемся, что отважное войско установит порядок и безжалостно накажет его нарушителей».

Боб Лесли отложил газету; лицо его было мрачно. Он видел, что Тим сказал правду: начинается очень серьезное дело… Как видно, правительство выдвигает войска, не получив желаемых результатов от попыток спровоцировать столкновения с полицией. Для того, чтобы оправдать себя, правительство дало в газеты лживые сведения о том, что забастовочный комитет захватил город в свои руки…

— Если бы мы это действительно сделали, какой бы шум подняли газеты, — сказал он наконец. — Наверное, они бы не удовлетворились этакой маленькой заметкой…