Владимир Владимирович – Не дай мне упасть (страница 38)

   Внезапная догадка пронзила Учики в двух шагах от дверей в лекционный зал. Инори. Они с Кимико вчера поцеловались. Да, сам по себе этот поцелуй имел огромное значение. Но только ли для их душ? Что если каким-то образом их энергии, их поля, о которых говорил тренер Винсент, вошли в контакт и замкнулись друг на друга сильнее? И теперь они с Кимико делят не только жизненные силы, но и мысли, чувства, память? Инори наверняка разбиралась в Эрике куда лучше его, а теперь Отоко и сам стал разбираться в полковничьей дочери. То сияние, что окружило их, и эта неисчезающая прохлада внутри. Приятная прохлада счастья. Вдруг это все - союз силы наследников? Стоило проверить.

   Закончив занятия в академии, Учики добрался до пригородной станции электропоездов и отправился на тренировку к Винсенту. Несколько часов юноша потел и, стиснув зубы, игнорировал боль в напряженных мышцах. Тренировки, возобновленные после однодневного перерыва, изнуряли его. Тренер, призванный развить в молодом человеке физические навыки бойцовского уровня, нещадно нагружал Учики упражнениями, способными покалечить обычного человека. Что-то из комплекса занятий молодой человек узнавал - подобные вещи практиковались в карате, что-то в дзюдо, а что-то имело явные боксерские корни. Но больше всего было простых физических нагрузок, подходящих для спортзала, укрепляющих тело и обостряющих ум.

   Когда тренировка уже подходила к концу, Винсент привычно взялся за деревянный меч, напоминающий японский боккен для кендо. Учики, ощущая на плечах тяжелый груз утомления, приготовился. Первые месяцы юношу этим мечом поколачивали весьма чувствительно. Не в качестве наказания или издевательства, а в ходе тренировок по развитию реакции. Юноше казалось довольно странным развивать реакцию не после простого разогрева мышц, а после утомительных упражнений, но тренер ничего не хотел слышать. Слишком разными были подходы к развитию простого человека и Наследника. После первых побоев, оценочных, как их назвал Винесент, Отоко получил возможность тренироваться не столь сурово, но главным тестом оставался меч. Вот и теперь предстояло проверить, помогли ли тренировки стать быстрее.

   Когда Учики привычно отразил голыми руками первую серию ударов, уйдя от последнего в сторону, тренер не удивился. Когда оружие не коснулось молодого человека при второй атаке, Винсент одобрительно покачал головой. В конце третьей серии Отоко вдруг заметил, как деревянное лезвие слишком долго описывает полукруг, удаляясь. Сегодня тренер казался удивительно медленным. Отоко испытал сильное искушение ухватиться за конец меча и дернуть его на себя. Он воочию представил себе, как оружие переходит из рук тренера в его собственные. Подобный финал стоил всех ранних ударов, нанесенных ему. Нужно было только схватить проклятую деревяшку.

   Меч, наконец, ушел в сторону. Винесент остановился, уперев деревянное оружие в землю. Учики не расслаблялся. Зная, что кажущееся спокойствие может в любой момент кончиться болезненным тычком в живот или ударом по голове. Но тренер действительно прервал учебный бой. Задумчиво дернув себя за собранные в косичку светлые волосы, он спросил:

   - Ты почему не схватился за меч, Учики?

   - Вы заметили? - юноша опустил руки.

   - Заметил-заметил. Так почему?

   - Да не знаю, - честно признался Учики. Не успел сообразить, наверное.

   - Хм... - тренер недоверчиво хмыкнул. - Да нет, все ты успел. Скажи-ка мне, милый ребенок, с какой это стати твои показатели выросли почти вдвое?

   - Вдвое? - не поверил Отоко. Винсент регулярно сообщал, насколько лучше становился молодой человек с каждым днем. Но этот рост был стабильным и невысоким.

   - Навскидку - да, вдвое, - кивнул Винсент. - Ты же даже не напрягался сегодня.

   - Ну... - Отоко неопределенно взглянул на собственные ладони, подняв их к лицу. - Может, выработался, наконец, навык...

   - Да я не только про меч, - тренер взмахнул оружием. - К себе прислушайся. Тело как?

   - Тело?

   Учики вдруг понял, что совершенно не ощущает привычной усталости, валившей его с ног в первые месяцы и изматывавшей до сих пор. Но сейчас юноша чувствовал себя легко и свободно, как будто успел хорошо отдохнуть. А ведь еще пару минут назад, выполняя упражнения, он вполне серьезно напрягался и чувствовал усталость.

   - Вот-вот, - вторил удивлению тренер. - Нет, я, конечно, потрясающий и все такое, но откуда в тебе вдруг такие резервы открылись?

   - Хм... - юноша снова посмотрел на свои руки. - Не знаю.

   Было видно, что Винсент обеспокоен. Подобная прыть ученика не могла оставить его равнодушным. Отоко поймал взгляд мужчины из-под очков, полный какого-то напряженного ожидания. Тренер явно хотел что-то спросить. Но не спросил.

   - Ладно, там видно будет... - неопределенно сказал он. - Давай заканчивать занятия.

   Дожидаясь обратного поезда, Учики обнаружил, что Винсент отпустил его значительно раньше обычного. Это было странно, обычно тренер старался выжать ученика досуха. Неужели сегодняшняя мелочь так уж выбила его из колеи? Однако никаких угрызений совести по поводу внезапно образовавшейся халявы юноша не испытывал. Он торопился на новую встречу.

   Вечер окрасил город оранжевым светом заходящего солнца. Сойдя с поезда, Учики Отоко вынул из кармана наладонник. От Инори пришло текстовое сообщение, как и было условлено. Чувствуя себя каким-то заговорщиком, юноша отправился к ближайшей станции метро. Ехать пришлось долго, добираясь с окраины в самый центр мегаполиса. Затем Учики минут двадцать плутал по улицам. Но вот место встречи выпрыгнуло на него из-за угла последним ярким лучиком солнца на горизонте. Высокие бетонные стены зданий в центре Меркури обычно стискивали людей полумраком, погружая в царство вечных серых сумерек, но в самом сердце города безраздельно царили открытые пространства и белый цвет. Отоко вышел прямиком к площади Креста. Это было очаровательное и вместе с тем величественное место. Дом всех важнейших государственных организаций, место для массовых проповедей и собраний, площадь казалась целиком сделанной из белейшего мрамора, выложенного прямо на земле огромным распятием. Справа от того места, где оказался Учики, расположилась изящная церковь Спасителя. Солнце, подмигнувшее юноше из-за крыши какого-то здания с ионическими колоннами, окончательно скрылось. Сумерки готовились войти во владение городом. Медленно остывающий воздух делал белый камень площади темнее.

   Но Учики видел лишь одно светлое пятно на всем полотне площади. Кимико была одета точно так же, как и вчера - во все тот же белый топ с широким воротом, скромную юбку и теннисные туфли. Длинные волосы цвете воронова крыла девушка не завязала в хвост, и чарующий черный водопад казался юноше манящим и почти нереальным. В который раз Кимико стала для него похожей на видение. Девушка заметила Учики и помахала рукой. У нее были такие изящные узкие ладони.

   Шагнув вперед, Отоко вдруг со всей отчетливостью увидел себя со стороны - вспотевшего, грязного и неухоженного. Казалось невероятным, что эта красавица пришла на встречу с ним. Стало стыдно и неловко. Но Кимико не исчезала в прохладном вечернем воздухе, а приближалась невесомыми стремительными шагами.

   Они встретились неподалеку от церкви. Учики остановился и застыл. В который уже раз юноша не находил слов. Но слов и не потребовалось. Пройдя последние полметра, Инори безо всяких разговоров и предупреждений обняла его. Просто прижалась, уткнувшись лицом в грудь. Касаясь щекой грубоватой ткани его куртки, положив руки ему на плечи. Юноша так и остался стоять, неловко вытянувшись от неожиданности. Руки, яростно стремившиеся обнять Кимико, он почему-то стоически держал по швам. Не получалось даже дышать, чувствуя на груди девичью голову. Хотелось только вдыхать изумительный аромат ее волос.

   - Хорошо... - тихо сказала Кимико, прижимаясь к юноше сильнее.

   - Да... - только и смог ответить Учики.

   Инори с явной неохотой отстранилась и отступила на шаг. Мило улыбаясь, девушка сцепила руки за спиной.

   - Извини, Чики-кун. Неожиданно, наверное.

   - Ну, э, да... - пролепетал Отоко.

   - Просто мне очень хотелось это сделать, - в наступающих сумерках румянец на лице юной японки был почти незаметен. - Не знаю, почему. Но весь день только об этом и думала.

   - Да н-ничего, - ответил Учики. - Я и сам... Ну...

   - Понимаю, - снова улыбнулась Кимико.

   - Да, - послушно согласился Отоко. И тут юноша вспомнил о сегодняшнем открытии. - Я вот тоже... понимаю.

   - В смысле? - девушка глянула вопросительно.

   - Долго рассказывать.

   - Тогда давай по дороге? - спросила Инори и, дождавшись утвердительного кивка, взяла Учики за руку. Когда их ладони соприкоснулись, а пальцы сплелись, оба молодых человека одновременно покраснели.

   Кимико повела его в противоположную от церкви сторону. Пересекая площадь, Учики заметил какого-то странно знакомого мужчину, шедшего вдоль стены того самого здания с колоннами. Только когда они уже заворачивали за угол, юноша узнал мужчину. Мастер, англичанин, помогавший Ватанабэ в Токио! Сотрудник Восьмого отдела. Что он тут делал?