Владимир Владимиров – Фантастика 2025-138 (страница 701)
Грегор Зимин:
— Нет, не секрет. Я не знаю.
Бесекерский:
— Мы предполагали, что комиссар службы безопасности должен знать все о происходящем на станции.
Грегор Зимин:
— На станции, а не за ее пределами. За то, что происходит снаружи, отвечает навигационная служба.
Бесекерский:
— Вернемся к проблеме Нины. Что-то можете сказать на эту тему?
Грегор Зимин:
— Могу сказать, что это вне моих обязанностей. Феноменом занимается группа ученых под руководством Евгения Коршунова. Со своей стороны, готов заверить, на жизнедеятельности станции это никак не отражается.
Бесекерский:
— И последний вопрос: кто те люди, которые совершили нападение на «Honeybadger»?
Грегор Зимин:
— Полагаю, обычные пираты. Вольный флот никогда не давал себя в обиду, так это было и сейчас. Пользуясь случаем, хочу выразить благодарность экипажу «Красной королевы» за самоотверженную помощь в устранении угрозы.
Бесекерский:
— Мы присоединяемся к благодарности. Большое спасибо за интервью! С нами был Грегор Зимин, комиссар службы безопасности! Интервью провел Ричард Бесекерский, специально для канала #StarVoice. Всего вам звездного!
Глава 42. Слезы и игра в мяч
Станция Клондайк
Ночь с 15 на 16 мая
Дверь была чуть-чуть приоткрыта, и за ней слышались всхлипы. Купер приоткрыл еще чуть-чуть, аккуратно заглянул во внутрь. Все каюты на станции были одинаковы, но личность проживающего всегда оставляла свой отпечаток. Например, попав в каюту редактора, можно было увидеть запонки, инструктированные песчаными бриллиантами, рубашки хлопчатобумажной ткани, картины, написанные вручную на холсте, фигурки из эбенового дерева, сиберийские капли и множество прочих безделушек вперемешку со слегка архаичными предметами роскоши. Все это указывало на широкий кругозор обитателя каюты, а также на богатство жизненного опыта, идущее рука об руку с богатством мирским.
Совсем иначе выглядели каюты Вольного флота. Например, Куперу довелось побывать в тех из них, где проживал экипаж «Солнечной виверны». На всех стенах красовались постеры с мальчиками разной степени смазливости. Их обилие конкурировало только с рунными табличками. Последние были выгравированы на кусочках разнообразного металла, от латуни до золота. Таблички крепились на стенах, лежали на пороге, висели в проходах и украшали механизмы, все до единого. В центре этого находился чисто женский будуар, с обилием экстравагантных напитков, косметики и дамских аксессуаров.
Эта каюта тоже была женской. Точнее, девочковой. В отличие от матерых тигриц космоса, тут обитала жительница планеты: на полочке стояло дерево-бонсай, а везде, где только можно, валялась тысяча мелочей. И все это никак не закреплено, опытный астронавт такого допустить не мог. Всхлип повторился.
Хозяйка была обнаружена на кровати, она лежала, поджав ноги и обняв подушку. В этот раз на ней была чешуя слоновой кости: даже будучи в печали уроженка Кебриона-2 не могла не следовать моде. Снова всхлип.
Купер тихонько присел на краешек кровати, но Айя Реджина почувствовала его присутствие и слегка приоткрыла один глаз.
— Я надеялась, что придет Ханни, — ее голос заметно дрожал.
— Значит, твоей лучшей подругой надо считать меня.
Услышав такое заявление, хозяйка даже прекратила рыдать и слегка повернулась к новообретенной «лучшей подруге». Гэри продолжил:
— У Ханни — то роман, то свадьба. А я… я готов тебя выслушать.
— Но ведь…
— Что?
— Ты ведь такой…
— Какой? Взрослый?
— Да. Нет! Это ничего не значит, я могла бы в тебя влюбиться… И даже заняться сексом…, но не сейчас…
Купер усмехнутся про себя. Не то чтобы он был против этой интрижки — его посетила мысль, насколько разным стало человечество. Подобное признание было рядовым для Кебриона-2, но совершенно немыслимым для ханжеского общества Сиберии. А для Столицы — безразличным, на этой планете люди лучше всего научились не замечать себе подобных.
— Он тебя бросил?
Рыдания потекли с новой силой. Но в этот раз Айя Реджина повернулась в сторону Купера. Тот поднял руку и несколько раз погладил девушку по голове.
— Как ты догадался?
Купер усмехнутся, в этот раз не скрываясь:
— В карцере он ни разу не посмотрел на тебя. А после того, как отпустили, даже не поблагодарил за помощь. Я прав?
Айя Реджина сопела носом, ничего не ответив.
— Получается, он использовал тебя ради алиби. Ты — репортер, а значит, сможешь подтвердить записью в профиле, что у него был большой и тяжелый предмет в ранце. Помнишь, он дал тебе его подержать?
Айя Реджина едва заметно кивнула.
— А также ты сможешь подтвердить, когда он ушел с вечеринки. Он заказал всего один напиток и отхлебнул только крохотный глоточек, чтобы создать видимость. А теперь ты стала не нужна.
— Он правда убил?
— Все указывает на это.
— Но ты же сомневаешься! Я слышала!
Настала очередь Купера удивленно оглядываться: Айя Реджина подперла голову рукой и даже придвинулась ближе.
— Я случайно подслушала твой разговор с сеньором Альберто! Ты говорил, что он не может быть и убийцей, и похитителем.
— Раз ты такая смышленая, то надо проверить одну гипотезу. Пошли!
— Куда? — девушка вновь шмыгнула носом.
— Не в карцер. Носовой платок возьми с собой.
***
Полумрак седьмой палубы был неизменным, фабрика не работала, кругом стояла тишина.
— Гэри, если что, то я говорила серьезно, — голос девушки был тихим.
— И тебя совершенно не смущает, что я старше на пятьдесят лет, — это был не вопрос, а утверждение.
— Ты должен наказать строптивую девчонку! — глаза Айи Реджины лукаво блеснули.
— Ты ведь закончила факультет журналистики в Академии Гобера?
— Ага.
— Прекрасный сюжет для мелодрамы: девушку бросил парень, но она находит утешения в объятиях старого репортера. Однако, тот, разглядев склонность к мазохизму, заставил ее стать рабыней. Теперь она встречает господина стоя на коленях, а из одежды — только ошейник.
— Класс! — похоже, описанный сюжет ей понравился, — Ты столько лет работаешь на канале, настоящий профессионал!
Купер усмехнулся про себя, в очередной раз.
— Когда-то ты поймешь, что настоящему профессионалу не нужно много лет, чтобы занять свое место. Зачастую и пары недель достаточно.
— Куда мы идем?
— На место преступления, надо кое-что проверить. Сейчас налево.
Пара свернула в темноту бокового коридора и вскоре достигла злосчастной кладовки. Там было совершенно темно, но в этот раз Купер подготовился лучше: взял с собой пять предметов. Первым из них оказался всенаправленный фонарик, его установили на ближайший ящик. Света он давал немного, но уже можно разглядеть детали. Айя Реджина включила световой обруч и браслеты, что еще добавило света.