и это было элегантно.
О том, как весело поели
один певец с одним поэтом.
О том, как плотно мы попели—
а что, попели с ним дуэтом.
И оценили все, кто честен.
мой вклад посильный в Дело Вкуса.
Дарить себя, помимо песен, —
для нас важнейшее искусство.
Нашлись и те, кто спит и видит,
нашлись и те. кому неймётся,
кого советские завидки,
берут рукою немигающей,
они предприняли попытки,
ага, отдельные товарищи, —
мол, это мы, а не Вишневский,
мы кайфовали с Паваротти!..
Ну да простит их дон Лучано.
Простите все, что я поехал
без визы силовых министров,
без наблюдателей, без рифмы,
без депутатов поп-культуры…
Но хорошо, что мы сидели
Так хорошо, приняв на веру,
и что не только с ним попели
но и — «А как у вас, к примеру?..»
И это было так нормально,
наш пир горой, а не «пирдуха»,
экстаз взаимопониманья,
взаимопения и слуха.
Он «соле», я. понятно, «мио»,
и дальше — выше, к нотам новым.
Он обещал меня с Доминго,
я обещал его с Буйновым.
Он жадно спрашивал и строго,
за весть любую благодарен,
он теребил: «Как там Серега
Крылов?.. Махмуд?.. Лолита?.. Бари?..»
Нет, нас уже не запугают…
И — чтоб вы все так пели дружно!..
Ведь если звезды зажигают —
нам. звездам, это тоже нужно?..
…Во дни тревог, в обломах смуты
и в трудных думах о народе
спокоен я
уже наутро:
я верю, с нами Паваротти.
И если снова свора грянет
над нами, что пока быть может,
то заграница нам не станет,
а Паваротти нам поможет!..
Лишь мы, работники Всемирной,
владеем публикой всемерно.
И наше пение всесильно,
поскольку верно.
ИЗ ДНЕВНИ К
Я оптимист. Уже вдвойне.
Весь, как один. — за Дело Вкуса!
Не пой, красавица, при мне
Ты «Гимн Советского Союза»*.
__________
1991**
Р. S. сноска—2000
Принято в первом пении и третьем вставании
ИЗ ДНЕВНИКА
