Владимир Васильев – Солдат Второй Демонической (страница 26)

И такое представление вызвало просто шквал восторга от зрителей. Ну ещё бы! И сам танец оказался интересным, а уж танцовщица тем более. А ещё всё это умножалось на провокационный наряд. Я тоже залюбовался на несколько секунд, но затем даже потряс головой, в которую вдруг пришло понимание, что всё это как-то сильно странно. Пока не мог понять что именно, но как минимум с таким номером эта девица могла бы хорошо зарабатывать и в куда более приличных городах. Здесь же у неё явно будут проблемы, когда все эти дровосеки захотят познакомиться поближе. Причём типы эти неотёсанные и вряд ли будут слушать слова. Особенно после такого количества выпивки.

Я собирался уже продолжить путь, но тут заметил, что Чимин у моих ног смотрит на представление широко разинув свою совсем не кошачью пасть, да ещё и слюна оттуда начала капать.

— Очнись! — тихо проворчал я, для привлечения внимания даже слегка подпнув ногой спутника по защищённому доспехами заду. — Что? За шестьдесят лет жизни в этом мире девиц не видел?

— Таких не видел… — чуть придя в себя простонал енот. — Это же кицунэ!

— Кто? — не уловил сути я.

— Ты не поймёшь, — вздохнул спутник. — Это легенда. Но если совсем просто, то девочка-лиса.

— А по-моему, — пожал плечами я, — просто танцовщица, а скорее всего ещё и шлюха. Уж извини, если задел твою ранимую душу.

— Как ты можешь так говорить про девушку, про которую ничего не знаешь! — возмущённо завопил Чимин, и даже на задние лапы встал.

И нет, я не опасался разговаривать с животным, стоя посередине рыночной площади. Гвалт здесь стоял первостатейный, это не говоря о музыке. Но активность спутника была уже с перебором, так что я показал пальцем на начало нужной нам улицы, и вторично подпнул несдержанного дурика под зад. Для доходчивости.

К сожалению, наш путь лежал мимо помоста, и Чимин хоть и трусил рядом со мной, но его башка как по компасу была направлена на танцовщицу.

А та, более чем подтверждая мою нелестную характеристику, вдруг резко подняла и без того весьма горячий градус представления. И причина в целом понятна. Куча зрителей смотрели разинув рты, а многие и восторженно орали, но деньги кидать никто не спешил.

Девица же в танце подскочила к краю помоста и шлёпнула по доскам глиняной тарелкой. После чего взмахнула юбкой, заодно напоказ потерев большим пальцем два других. И дело пошло. Один из дровосеков подошёл к краю помоста и положил в тарелку монету, на что девица, не прерывая танца подскочила к спонсору и взмахнула юбкой прямо над его головой.

Толпа охнула, и дело пошло. Аж очередь выстроилась. Монеты звенели по тарелке, а девица уделяла внимание каждому дарителю, причём взмахивала юбкой бывало и несколько раз, в зависимости от номинала монеты.

— Так значит ты утверждаешь, что я ошибся в оценке девицы? — хмыкнул я спутнику.

На мои слова енот только простонал что-то невнятное, а затем ринулся под помост. Я даже поразился экспрессии дурня, но тут рассмотрел, что щелей там хватает, а значит Чимин решил посмотреть бесплатно. Ну логично же! Если девушка его мечты оказалась всё-таки обычной шлюхой, то хоть какую-то компенсацию за разбитые мечты ухватить надо.

Я тихо матерясь вышел на нужную улицу, вздохнул и принялся ждать. Чимин идиот, конечно, но не бросать же моего связного. К счастью, человек-енот уже через пару минут скользнул мне под ноги и проворчал:

— Ты слишком плохо о ней подумал. У неё надеты трусики.

Я пожал плечами, считая, что это не так чтобы особо меняет ситуацию. А вот дурик вдруг мечтательно добавил:

— Но они тоже меховые!

К счастью, Чимин уже был более-менее в себе, и мы продолжили путь. Я ещё во время путешествия с караваном выяснил, что мне нужно сделать для присоединения к очередной партии искателей приключений, и вскоре разыскал нужный трактир у самой реки. Огромный и мрачный, даже почти без окон.

А когда уже протянул руку к дверной ручке, собираясь зайти внутрь, та сама распахнулась, и, заняв буквально весь дверной проём, наружу шагнул огромный мужик, заросший косматой бородой по самые глаза. И с дубинкой на поясе, так что я догадался, что это не иначе как вышибала. Плюхнулся на скамеечку рядом с дверью, окинул меня взглядом, ещё не привыкшем к свету после темноты помещения, и буркнул:

— О, ещё один сопляк!

А пока я раздумывал, не стоит ли мне хватать меч и слегка попугать хама, тот поморгал, заметил мой скромный знак рыцаря и добавил:

— О! Приношу наши прощеньица, ваше милордство.

В тоне типа, правда, никакой почтительности не добавилось, а только ещё больше язвительности, но я решил, что мне нарываться не стоит, так что имеет смысл сделать вид, что извинения приняты. Я же пришёл сюда присоединится к очередной партии идиотов, а не исправлять местные правила. Да и не по силам мне пока такие противники. А ещё… я же никакой не благородный пока… пока не стану Алексом, так что нечего и натягивать на себя вредные привычки чужого сословия.

Тем временем тип лениво произнёс:

— И это… парень… Раз уж ты решил попытать счастья на Диком Востоке, то слушай главное правило, которое действует уже в этом трактире… Дык вот. За этой дверью и пока не прибудете… ну куда отправляетесь… В общем, за оружие хвататься нельзя.

Насмешливо посмотрел на меня, смачно сплюнул в пыль, покрывавшую улицу вместо мостовой, и закончил:

— Морды бить — это со всем удовольствием, а вот кто за нож или топор схватится, то всё. Его путь на Дикий Восток прямо сразу и закончится, — затем показал пальцем с грязным ногтем на Чимина, который немного отстал, но как раз подошёл и сел рядом с моей ногой на чудом уцелевший островок пожухлой травы, и добавил. — И кота своего ни на кого напускать даже не думай.

Я молча кивнул и вошёл, наконец, в сам трактир. Секунду стоял в дверях, привыкая к темноте помещений, а заодно и к спёртому, немилосердно воняющему на все лады воздуху, а затем чуть не улетел в уже прикрытую за спиной дверь. Просто на меня налетела рослая девица в брючном костюме, украшенном кучей кружев, вот я и еле удержался на ногах, заодно подхватывая незнакомку.

В следующую секунду я понял аж три вещи. Первое — это оказалась вовсе не девица, а парень, лет так восемнадцати, но очень стройный, хотя и мускулистый. А судя по одежде и сверкнувшему знаку на цепи — явно дворянин. Вдобавок ещё с волосами до плеч и со смазливой мордой, но сейчас здорово разбитой.

Второе — этот несчастный если и был в сознании, то частично. Скорее всего в глубоком нокауте. Стряхивать нежданный подарочек на заплёванный пол я не стал, а аккуратно сгрузил на скамейку у двери. Как минимум этот парнишка мне ничего плохого не сделал. Сознательно не сделал.

Ну и третье — наши невольные объятья вызвали просто шквал хохота в трактире.

Пока пристраивал несчастного, заодно и к темноте привык, и осмотрел зал. Довольно просторный, с покрытыми вековой грязью стенами, заставленный несколькими большими столами, за которыми на массивных скамьях расселось человек пятьдесят весьма потёртой публики. Шваль отменная, и никто из них мне не противник, если дело дойдёт до драки. Но это если один, ну в крайнем случае двое будут нападать одновременно. Я вырос на улице, потому драться умею отлично. И силы у меня даже в шестнадцатилетнем возрасте больше, чем у обычного мужчины, увлекающегося выпивкой и всякими другими излишествами.

Только в самом почётном углу стоял отдельный стол, за которым сидело около десятка действительно опасных типов. Воины или наёмники в самом расцвете сил. С такими мне пока не тягаться даже на кулаках, не говоря уж об оружии.

Ещё было несколько небольших столов, на двух-трёх посетителей каждый. Но те стояли в непристижных углах, это я ещё по жизни в Кобурне сразу определяю. Или входная дверь рядом, или проход на кухню, или на задний двор, где несомненно находится туалет. А у всякой швали почему-то особо трогательное, в смысле что неприемлемое, отношение именно к сортирам.

Ну и напоследок, в трёх шагах от меня стоял и скалился в улыбке крайне неприятный тип. Лет так двадцати, невысокий и худой, но опасный. С покрытой угрями рожей и с несколькими отсутствующими зубами. По всем признакам — хоть молодой, но уже опытный вор или грабитель, из тех, кто в дневное время в людных местах не появляются, чтобы стража не скрутила просто для профилактики.

Довольно опасный типчик, но не для воина, конечно. Ну и когда поединок проходит не на кулаках. Ведь именно он отправил налетевшего на меня парня в глубокий нокаут, как это назвал бы Алекс. А сейчас решил переключиться на меня:

— О! Что я вижу! У нас ещё один милорд появился. И сразу начал обниматься со своим… своим…

Как закончить пооскорбительнее, он придумать не успел, так как я шагнул вперёд, недвусмысленно приподняв руки со сжатыми кулаками. Драка началась. Оскорбление прозвучало, я готов… Что ещё надо? Только один из воинов проворчал от лучшего стола:

— Это ты зря, Щербатый. Сейчас у тебя зубов станет ещё меньше. И я ставлю золотой на новенького.

Принял ли кто-то ставку, я уже не слушал, сосредоточившись на схватке. И самое неприятное, я вдруг сообразил, что вырубить этого типа одним ударом будет плохой вариант. Ну не должен я показывать все свои возможности. Как минимум, говорливый наёмник сразу понял, кто победит в драке, и показывать, что он всё-равно ошибся в пользу моего противника — это уж совсем лишнее.