Владимир Василенко – Шанхайская организация сотрудничества в региональной системе безопасности (политико-правовой аспект). Монография (страница 4)

Следует обратить внимание на такой феномен современной мировой валютно-финансовой системы, как ее хрупкость и уязвимость, что во многом является следствием глобализации. Нынешняя ситуация парадоксальна: крупнейшими долларовыми резервами обладают государства, валютам которых угрожает не обесценение, а удорожание. В мировой экономике в целом может возникнуть неуправляемая ситуация с высокой степенью неопределенности на весьма длительный период. Это может иметь и значительные кумулятивные последствия для многих государств и регионов в политическом и даже политико-военном плане.

Кризис доллара и структурно-институциональные изменения на валютных рынках означают, что начался переход к многополюсной валютной системе. Постепенно набирает силу тенденция к диверсификации мировых валютных рынков за счет валют, которые в XX веке не играли заметной роли в мировой торговле. Начавшаяся перестройка международной валютной системы, проявлениями которой стали возмущения на финансовом рынке США и сильная нестабильность курса доллара, безусловно, затронет все страны мира. Всякое государство, интегрированное в мировую экономику, будет вынуждено реагировать на разворачивающиеся события.

Сегодня, по мнению многих экспертов, уже очевидно, что экономические меры по международному валютно-финансовому регулированию практически полностью исчерпаны, а политическую (и политико-экономическую) повестку дня для предотвращения глобального кризиса Запад так и не выработал.

Большую тревогу вызывает падение в последнее время регулятивной роли таких институтов, как Международный валютный фонд и Мировой банк¹³. Все большие сомнения вызывает и способность позитивно воздействовать на ситуацию Федеральной резервной системы США, которая еще в 1990-е гг., по сути дела, превратилась в институт влияния на глобальную экономику, не имея на то никаких полномочий от других субъектов мировой политики и экономики.

При этом американские власти готовы сделать практически все, чтобы избежать распада финансовых рынков, что объяснимо с учетом важности финансового сектора для глобальной экономики.

Совершенно очевидно, что США не справились со своей ролью единоличного лидера в мировой экономике. И, как предполагают некоторые зарубежные и отечественные эксперты, может наступить резкое ухудшение экономической ситуации¹⁴.

Американская политическая и деловая элита продемонстрировала свой эгоизм и пренебрежение интересами других наций. При этом США уже эмитировали в мировую экономику около 630 млрд долл. только в наличности, причем из них почти 500 млрд долл. обращается вне США. Фактически это бесплатный беспроцентный кредит, который выдан американской экономике со стороны всех тех, кто пользуется наличной долларовой массой вне США.

Эта долларовая масса нарастает: по оценкам экспертов, дополнительная эмиссия казначейства США составляет до 20–25 млрд долл. в год. В частности, последнее крупное эмиссионное вливание было сделано по команде администрации Клинтона в период президентских выборов в США для «демпфирования» неблагоприятного воздействия на ориентации избирателей происходившего тогда повышения цен на нефть и нефтепродукты¹⁵.

Отсюда императив коалиционной стратегии преодоления структурного кризиса, поиск нового международного валютно-финансового режима, который может и должен быть создан группой ведущих стран мира.

С высокой степенью вероятности можно предположить, что значительная, если не подавляющая часть американской политической и деловой элиты, привыкшей к безраздельному господству доллара и американских финансовых институтов, поначалу воспримет такого рода инициативу негативно. Но в экспертном сообществе США среди ряда политиков и бизнесменов растет понимание того, что альтернативой такому коалиционно-кооперационному подходу к выходу из кризиса может быть фрагментация мировой валютно-финансовой системы.

Неизбежное падение доллара как мировой резервной валюты обещает быть очень болезненным. Необходимость выплачивать иностранцам долларовую задолженность может настолько сковать американскую потребительскую и экономическую активность, что это приведет к усилению социального давления, росту инфляции или и того и другого, вместе взятых. Маловероятно, что Соединенные Штаты захотят вступить на такой болезненный путь по собственной воле, и можно ожидать применения определенных экономических, финансовых, политических и, не исключено, даже военных мер для того, чтобы предотвратить или отсрочить такое развитие событий. Таким образом, США все более теряют способность «управлять долларом», в частности поддерживать низкий уровень инфляции, не прибегая к повышению процентных ставок. Последнее обеспечивает дальнейший приток капитала, но мешает экономическому росту.

Для мирового финансового порядка это означает, что американский доллар рискует утратить роль ключевой валюты – причем скорее раньше, чем позже. Но и остальной мир в этом случае тоже не избежит потерь. Использование такой универсальной валюты, как доллар, служило источником стабильности международных отношений. Глобальная финансовая система без опоры на ключевую валюту может породить кризис. Повсеместно принято считать, что естественной альтернативой доллару в качестве глобальной валюты является евро, однако долговечность евро вовсе не стабильна. Последствия даже небольшого взлета глобальной инфляции могут оказаться весьма серьезным.

Возникшая в результате геополитическая напряженность, включая протекционизм США, может подорвать глобальную экономику и спровоцировать глобальную рецессию. По некоторым прогнозам, к 2020 г. в иерархии стран по объему ВВП на первое место выйдет Китай – 23 % мирового ВВП. США окажутся только на втором месте – 18 %. Далее будут следовать Индия (8,4 %), Япония (4,6 %), Россия (3,2 %), Германия (2,9 %), Бразилия (2,4 %). Если будет создан общий рынок государств АСЕАН, Китая, Японии и Южной Кореи, то на долю этой коалиции придется свыше 30 % мирового ВВП¹⁶. Восточная Азия превращается в новую «мастерскую мира».

Таким образом, данное обстоятельство подводит к выводу о расширении сферы влияния основных геополитических игроков в регионе Центральной Азии.

Вторая группа факторов обусловлена возрастающей конкуренцией за ресурсы. Эта конкуренция втягивает богатый Север / Запад и бедный Юг / Восток в конфликтные отношения (которые проявляются также в форме культурно-цивилизационных противоречий), побуждая придавать особое значение фактору силы в мировой политике и расходовать все больше средств на вооружения.

Главенствующее положение в этой группе факторов занимает конкуренция за доступ и контроль над энергоресурсами. На сегодняшний день эта конкуренция суть всех геополитических процессов и конфликтов, и нет оснований полагать, что в среднесрочной перспективе данная тенденция изменится.

Об этом свидетельствуют события, происшедшие в Ливии, которую США и ЕС обвинили в деспотизме внутри страны, нищете населения, отсутствии государственной социальной политики. Однако факты об экономическом положении в Ливии накануне 2011 г. говорят об обратном: ВВП на душу населения $14 192; на каждого члена семьи государство выплачивает в год $1000 дотаций; пособие по безработице $730; за каждого новорожденного платилось $7000; новобрачным дарилось $64 000 на покупку квартиры; на открытие личного бизнеса единовременная помощь $20 000; образование и медицина – бесплатные; образование и стажировка за рубежом – за счет государства; сеть магазинов для многодетных семей с символическими ценами; за продажу продуктов с просроченным сроком годности – большие штрафы и арест; часть аптек – с бесплатным отпуском лекарств; за подделку лекарств – смертная казнь; квартирная плата, плата за электроэнергию для населения отсутствует; кредиты на покупку автомобиля и квартиры – беспроцентные; покупку автомобиля до 50 % оплачивает государство, бойцам народного ополчения 65 %; бензин стоит дешевле воды: 1 литр – $0,14.

Ливия делала много для нормализации отношений с США: после террористических актов 11 сентября Каддафи одним из первых арабских лидеров осудил произошедшее; в декабре 2003 г. Каддафи официально объявил: государство отказывается от своих планов по созданию ядерного оружия; в марте 2004 г. Ливию посетил премьер-министр Великобритании Тони Блэр; в апреле ливийский лидер совершил первый за пятнадцать лет после изоляции официальный визит в Европу, встречался с руководством ЕС; в октябре 2004 г. были сняты санкции ЕС; в мае 2006 г. Госдепартамент США исключил Ливию из списка государств, поддерживающих терроризм; в сентябре состоялась встреча госсекретаря США К. Райс с М. Каддафи.

Однако после того как в октябре – ноябре 2008 г. Каддафи совершил визит в Россию, в ходе которого обсуждалось сотрудничество в военной, технической и энергетической сферах, обстановка резко ухудшилась¹⁷. В феврале 2011 г. в Ливии начались массовые выступления против режима Каддафи. Нет оснований сомневаться, что роль природных ресурсов – прежде всего энергетических – может радикально измениться для мировой экономики¹⁸. Более того, с учетом фактора новых быстрорастущих экономик значение многих видов ресурсов будет критически возрастать. Тенденции развития мирового энергопотребления указывают на то, что значение углеводородных источников будет только возрастать, что дает неплохие шансы государствам Центральной Азии для развития.