Владимир Василенко – Правый ангел (страница 14)

*

Декабрь. Извивающаяся лента тепла, видимая в тепловизоре, – что это: горячая вода в шланге или живая змея? Все, что мы видим, – мы видим снаружи. Наши ощущения и мысли – снаружи. А изнутри – и есть мир на уровне объяснения (смысла).

Что если смысл разделения мира на внешний и внутренний – возникновение в их слиянии ощущения в виде его уникальной модальности, не принадлежащей ни внешнему, ни внутреннему. То есть больно не мне и не миру – больно вообще. И из-за этого вообще все и существует; из развития этого вообще – Формула. Тогда взаимодействие двух половин целого (реальности и сознания, мира и его образа) – это не взаимодействие, это источник всего, самих этих двух половин. Чувство боли – источник нервных структур и непереносимости внутренним внешнего.

*

Февраль. Если цель сновидений – «высвободить из глубины подсознания истинные стремления человека», стоит подумать о том, кто их туда вложил.

*

Март. Устройство реальности и виртуальности схоже: реальным объектам в реальной бесконечности соответствуют локусы сознаний в бесконечном воображаемом мире – результат прорастания реальных живых существ в виртуальность. Реальность течет от условного начала, виртуальность – от условного конца (эти начало и конец – одно и то же). Как течет от начала реальность (инфляция, рост энтропии, «ничто»), мы усвоили. Виртуальностью же движет противоположная сила, ведущая к росту информации, обретению Формулы виртуальными локусами сознаний и, через это, – к проникновению сознания во все пространство-время сразу, то есть к выходу из «ничего» во «всё» – в более глубокое, надвременно-надпространственное измерение. В рамках отдельно взятого локуса виртуальности эта движущая сила – личное желание, истинное стремление человека, таящееся в глубине его подсознания. Не бесконечно нарастающий хаос трехмерной Вселенной толкает нас «сзади», из прошлого в настоящее, а возможность преодоления этой мировой тюрьмы (от Взрыва до вселенского небытия) тянет наше сознание «спереди», из настоящего в будущее, формируя главное личное желание отдельно взятого человека, его тайное подсознательное стремление. Это стремление проявляется уже в виде тяги малыша к чему-то определенному, малопонятному родителям. Виртуальность через взаимодействие с генами формирует главный побудительный мотив, главную движущую силу зарождающейся личности: тебе надо вот это! Кому-то – не много, кому-то – всё (здесь проявляется «величина» человека, широта души, «величие замысла»). Всё и не меньше! Великие, ничтожные – определяются не столько генами, сколько взаимодействием генетической программы с основным виртуальным запросом личности, сформированным в подсознании. Это нелегко осознать, с этим трудно согласиться. Но это так. Жизнь по закону шедевра. «Человек радуется, когда его память подсказывает то, что уже было ему когда-то известно», – дошедшее до нас из древности толкование познания как узнавания. С младенчества идеальный мир зовет нас. Не слабее, чем разрешают гены откликнуться на этот зов. Когда этот генный отклик «сбоит», возникает невроз с подменой реальности болезненной фантазией. Когда не гены, а суровая реальность противодействует идеалу – вы или ломаетесь, или становитесь персонажем романа – Гамлетом, Анной Карениной, Настасьей Филипповной: главные литературные герои – души, рожденные не в том месте не в то время. Отдельные «персонажи романа» дорастают до способности художественного освоения этого своего опыта, то есть до авторства: литературные шедевры, шедевры вообще – кратчайший путь к Формуле, средство тяги «спереди».

Генный отклик «сбоит» – это идеал выбрал не те гены. Если гены совсем плохи, действие на них идеала только усиливает это «плохо», превращая человека в носителя зла. Зло в человеке – выражение генетической недостаточности, ненаделенности рецепторами к идеальному запросу («жить по закону шедевра»). Человек – реально-виртуальный, генетически заданный сгусток, движимый тягой к постижению «всего». Это постижение нисходит через любовь в виде чувства над-реальности, испытываемого на пару, или через метафизику – то же, в одиночку. Носитель зла – бесчувственный комок вместо сгустка проходящих друг сквозь друга «световых» полусфер реальности и виртуальности.

Что за полусферы?

Возможно представить наш мир как картину двух идущих одно сквозь другое морей – реального и воображаемого, неравномерности ткани которых создают области повышенного трения, выражающие себя в поиске ощущения, в предощущении, в конце концов – в самом ощущении, дорастающем до понимания. Реальность отвечает на искомое ощущение рождением живого тела, виртуальность – рождением образа реальности в этом теле. В более глубоком измерении этого прохождения двух морей (как бы полусфер неких светящихся лучей) друг сквозь друга – не существует, там всё и вся сразу: морей не два, оно одно, спокойное и неподвижное. Здесь же, в реально-виртуальном мире предметов, рождаемый локусами трения двух морей поиск ощущения, дорастающего до понимания, приводит к тому, что отдельно сознающему виртуальному сгустку реальность его самого видится как последовательность событий: небытие – рождение – существование – смерть – небытие. Этот же цикл применяется им и к его сознанию. На деле, и реальный, и виртуальный материал сгустка – трение, взаимодействие неподвижных светящихся морей, выражающееся в ощущении, из которого вырастают: по одну сторону – мир, по другую – его образ, а вместе – сознающий субъект в объективном меняющемся мире. Что такое этот рождаемый трением морей поиск ощущения, из которого все и возникает, практически равный одной лишь возможности нашей четырехмерной Вселенной и нашей собственной жизни? Проще всего сравнить этот поиск с возможностью раскрыть закрытую книгу и начать читать. Весь наш мир, эта изменяющаяся во времени пространственная трехмерность – книга. В начале было Слово. Наше собственное существование – книга. Мы рождаемся, когда «открывают» книгу. Умираем, когда «закрывают». Нас читают. Даже когда мы читаем сами себя – вспоминаем события нашей жизни – читают на́с. Все, что с нами происходит – чтение. Кто же читатель? Не кто, а что. Нас «читает», то есть целиком от начала до конца содержит, более глубокое измерение – суть вещей. Наше существование в виде готовой, законченной книги и есть чтение. Воланд в «Мастер и Маргарита», взяв роман, моментально его прочел. Что при этом происходило? Герои книги жили, события совершались. То есть, кто они, герои книги? Кто мы со всеми нашими генами и что он – наш мир со всеми его бозонами? Всего лишь четырехмерная (длина-ширина-высота и время) проекция многомерной (десятимерной) сути. Практически, текст на плоскости.

*

Декабрь. Реальность и виртуальность стремятся соединиться в стихах, музыке, любви, научной теории. Сами по себе живописные полотна, сонаты и сонеты ничего не значат. Их художественные достоинства – достоинства средства, открывающего цель, а цель – то, что за, то, что за ними, реально-виртуальная десятимерность, единое и не делимое на зрителя и пейзаж: красота. Нобелевский лауреат Поль Дирак: «Гораздо важнее добиться того, чтобы в уравнениях присутствовала красота, чем добиться их соответствия экспериментам… так как несоответствие (экспериментам) может проистекать из-за того, что не были учтены (при составлении уравнения) те или иные незначительные детали, которые так или иначе будут выявлены в процессе дальнейшего развития теории… Представляется, что именно тот, кто работает, исходя из стремления добиться красоты в составленных им уравнениях и кто руководствуется внутренним импульсом, выбрал линию, которая действительно является направлением прогресса».

*

Январь. Разница между реальностью и виртуальностью сводится к не-выдуманности первой и выдуманности второй. Выдумано – не выдумано. И там, и там – реальность. Но что такое выдумывание? Скольжение по версиям, проявляющимся на глазах, и выбор одной, в ущерб остальным. Вот почему мир предметов в принципе может быть выдуман из квантового неопределенного мира. Стабилизация объектов, начиная с атомов, вследствие потери элементарными частицами версий при столкновении с версиями других элементарных частиц – выдумывание.

Само ли по себе происходит выдумывание или есть «выдумщик»? Сквозь кротовую нору можно попасть в другую Вселенную – в реальность, не знающую соседней. Но кто будет попадать? Кто этот теоретический «попадальщик», осознающий обе реальности – исходную и искомую? Существование его означало бы единую и неделимую мировую виртуальность, связующую реальные измерения.

Человек – сознающий объект – объективен, то есть реален, и сознает, то есть виртуален. Он – связь реальности с виртуальностью, он все глубже погружается и в то, и в другое. На определенной глубине этого погружения становится неважно, где виртуальность, где реальность. Эта глубина и есть Формула.

Виртуальность, воображаемый мир, побуждающий нас слиться с ним целиком, тянущий в себя «спереди» наше сознание, – это десятимерность в четырехмерном, таком же выдуманном, мире тел, десятимерность нашего сознания в нашем четырехмерном теле.

Доктор виноделия

(2008: события одной недели с флешбэком в 1991)