Владимир Торин – Мистер Вечный Канун. Город Полуночи (страница 89)
— Помочь? — удивилась Клара. — Но они все улетели! Все закончилось!
Петровски мрачно переглянулись. Настроение этой эпатажной парочки сменилось столь резко и неожиданно, что Клара даже вздрогнула.
— О нет, мадам, — хмуро сказал Фред Петровски. — Все только начинается…
Мистер Эвер Ив явился вовремя. И пусть «вовремя» для него теперь было всегда — неважно. Он оказался у порога Гаррет-Кроу как раз тогда, когда планировал.
Подлетев к дому, он увидел чудн
В любом случае ждали они явно не Человека в зеленом. А раз он их нисколько не интересовал, то и они не особенно его заботили.
Мистер Ив направил метлу прямиком ко входу в особняк. Быстро преодолев пустырь и добравшись до двери Гаррет-Кроу, он слез на землю. Приколоченная к косяку записка, оканчивающаяся странной фразой
Мистер Эвер Ив подергал ручку. Заперто. Ненадолго…
Фонарь осветил ему замочную скважину, и даже котел, висящий на ремне за спиной, едва слышно звякнул крышкой, словно в предвкушении — а может, он просто вспомнил, как его стукнули по лбу этой самой дверью.
Мистер Ив прислонил метлу к косяку, достал из кармана связку ключей и принялся искать нужный. Спустя какое-то время ключ нашелся, и Человек в зеленом без промедления засунул его в замочную скважину.
Дальнейшее произошло столь неожиданно, что даже мистер Эвер Ив на мгновение опешил и отшатнулся. Не успел он повернуть ключ, как дверь распахнулась и из нее вылетел спутанный комок из двух дерущихся женщин. Клочья волос, кровь и слезы разлетались во все стороны. Женщины не заметили мистера Ива и покатились по земле.
— Ай-яй-яй, как некрасиво, — осуждающе заметил Человек в зеленом, но при этом, словно позабыв о своих делах, оперся на метлу и с удовольствием принялся наблюдать за дракой.
Разумеется, он сразу же узнал дерущихся, но даже и не подумал поинтересоваться подоплекой происходящего. Его занимал сам процесс. Ах, как они замечательно швыряли друг друга! А эти вырванные, словно сорняки, волосы, подхваченные ветром! А пудра, плотным туманом висящая в воздухе! А живописные царапины на искаженных яростью лицах! А эти ласкающие слух крики и ругательства, грязнее которых даже мистер Эвер Ив на своем веку не слышал!
Зрелище как минимум стоило его внимания. А как максимум ему захотелось сделать пару ставок. Мистер Ив порядочно мухлевал: сначала он поставил на более опытного «бойца», но потом, увидев, чья берёт, сменил предпочтения. Он мог себе это позволить, поскольку сам был игроком и сам же принимал ставки.
Драка длилась довольно приличное время, и прочие зрители — ведьмы и колдуны на крыше дома — не стали дожидаться развязки — вскочили на метлы и улетели прочь. Мистер Эвер Ив был куда более вынослив и заинтригован: его не смог отвлечь даже раздавшийся в какой-то момент где-то в доме грохот, который мог исходить лишь от рухнувшей в одночасье крыши, не иначе.
Человек в зеленом досмотрел представление до самого конца, и в тот миг, когда одна женщина рванула прочь с пустыря, а другая погналась следом, он в очередной раз поменял ставку и поздравил себя с выигрышем.
— Что ж, а теперь пора возвращаться к делам, — сказал мистер Ив и вновь стал серьезным.
Бросив прищуренный взгляд в темноту, в которой скрылись ведьмы Кэндл, он развернулся и вошел в дом.
Методичность и последовательность мистера Ива, которые он на время отделил, вложив их в Котла, снова были при нем, поэтому сейчас, в эти ключевые мгновения, им двигали лишь хладнокровие и расчет. Никакого нетерпения! Никакой спешки! Многие злодеи, он знал, поплатились лишь потому, что торопились и перед самым претворением своего коварного плана в жизнь допускали какую-нибудь оплошность. Он же для этого был слишком умен. Торопиться ему некуда. Часы стоят. Канун застыл — он сам видел замершие стрелки на часовой башне.
Поэтому мистер Ив преспокойно запер за собой дверь, оглядел крошечную прихожую, посветил себе фонарем и прислушался.
В доме стояла тишина, как в могиле. Ошибки не произошло: он явился по адресу. Столь им желаемый «ужин» ждал здесь, да и проходимец Зеркало — как удачно! — ошивался где-то поблизости…
«Должно быть, трясется сейчас от страха, — подумал мистер Ив, — и лихорадочно подбирает выражения, чтобы припасть, так сказать, к стопам, повиниться, раскаяться в своеволии и вымолить пощаду. Хотя этому мерзавцу хватило бы наглости притаиться в темном углу с зеркальным осколком в нелепой и безнадежной попытке вогнать его мне, своему благодетелю и создателю, повелителю и боссу, мистеру Иву, в горло».
Человек в зеленом поправил шляпу и напомнил себе об осторожности. Это ведь именно Шляпа всегда была подозрительной — что ж, теперь ее паранойя, быть может, сослужит мистеру Иву службу и не позволит совершить напоследок какую-нибудь оплошность.
Мистер Ив бросил подозрительный взгляд на гардероб, перегораживающий вход в кухню: не рухнет ли он на него, стоит ему подойти? Нет, с гардеробом все было в порядке.
«Что ж, лестница наверх или же дверь, ведущая в подвал? — подумал мистер Ив. — Что бы сделала Метла? Она всегда делала правильный выбор, хоть и была слегка чокнутой. Подвал… подвал…»
Мистер Эвер Ив шагнул к открытой двери подвала, заглянул в темноту. Фонарь высветил лишь несколько ближайших футов лестницы.
«Да, Саша Кроу там. Нужно всего лишь спуститься и достать ее и… а может, это ловушка?.. Нельзя забывать о Зеркале. Да и Клара Кроу вряд ли просто так отдаст свою дочь: от ведьм всякого можно ожидать — особенно если ведьма зажата в угол…»
Мистер Ив тряхнул головой. Сейчас в нем говорил Ключ, а это известный перестраховщик и вообще весьма неуверенный в себе тип. Будь его, Ключа, воля, мистер Ив и вовсе повернул бы назад и явился бы сюда лишь в сопровождении пяти десятков пугал.
— Вспомни обо всех злодеях, которые проиграли от излишней самоуверенности, — напомнил себе мистер Эвер Ив и достал из кармана фиолетовую свечу — на ней была вырезана тыква-рожа.
Человек в зеленом зажег фитиль от фонаря и пристально поглядел в пламя. Его губы зашевелились, он произнес едва слышно: «Сюда… сюда… сюда…» — после чего, довольный своей предусмотрительностью, поставил свечу на тумбочку.
— А теперь вперед! — велел себе мистер Ив и шагнул в проход, ведущий на винтовую лестницу. — И пусть только кто-то попытается играть со мной — я отрежу им головы, вычищу их, как хэллоуинские тыквы, и поставлю внутрь парочку свечей.
Это говорил в нем Фонарь, чьи кровожадные порывы всегда было так тяжело сдерживать…
Опираясь на метлу, как на посох, придерживая рукой шляпу и освещая себе путь фонарем, мистер Ив спустился по лестнице и осторожно ступил на каменный пол подземелья. Часы лежали в кармашке жилетки и не издавали ни звука. В отличие от котла, который вдруг предостерегающе звякнул крышкой.
Мистер Ив все прекрасно понял. Да и запах паленого мяса не мог не насторожить.
— Я ведь знаю, что вы здесь! — воскликнул мистер Эвер Ив. — Не нужно прятаться! Выходите!
В тот же миг повсюду зажглись свечи — сотни висящих в воздухе свечей.
Как мистер Ив и предполагал, его уже ждали. У дальней стены, подле большого зеркала, в котором отражалась едва ли не вся подземная гостиная, стояла и глядела в пустоту перед собой Саша Кроу.
У мистера Ива даже пересохло во рту от предвкушения столь долгожданного освобождения. Все тело ужасно зачесалось. Оно готово было слезть с него.
…Клара Кроу дрожала от страха. Стоя в темноте подвала и ожидая явление ужасного зла, она не могла заставить себя успокоиться, осознавая, насколько она ничтожна и бессильна против существа, которое столь чудовищным образом недавно изменило целый город и которое собиралось прийти за ее дочерью.
Двое нежданных союзников, эти экстравагантные, но отнюдь не кажущиеся опасными или хоть сколько-нибудь могущественными Петровски, напротив, вели себя непринужденно и, как показалось Кларе, слишком уж легкомысленно, если учесть, чт
Когда они спустились в это подземелье, о существовании которого в своем собственном доме Клара, к слову, и не догадывалась, их встретил мерзкий, тошнотворный запах. На полу у черного гроба — и кто вообще хранит гробы в доме?! — лежала Кристина Кэндл, похожая на подушечку для иголок. Гвозди торчали из ее тела, и вокруг каждого из них образовалась застывшая кровавая лужица.
Увидев Кристину, Петровски помрачнели всерьез, их напускная веселость рассеялась, словно дым на ветру. Фред побелел, а Мари покрылась портящим ее румянцем. Клара зажала рот рукой — ее начало тошнить от запаха паленой плоти и жуткого вида несчастной.
— Бедная девочка, — угрюмо сказал Фред.
— Это… — начала Клара. — Это Он?
— Нет, я боюсь, что это кто-то из ее родственников или их противников, — ответил Фред. — Если бы это был Он, мы бы ни мгновения не остались в неведении. Он любит эффектные появления и не упустил бы возможности покрасоваться.
— Убили девочку, — со слезами на глазах проговорила Мари. — Фёдор, что это за люди такие? Что она им сделала?
— Дорогая, мне чрезвычайно жаль бедняжку, — твердо проговорил Фред, — но, если мы не поторопимся, нас всех ожидает участь не лучше…