Владимир Торин – Мистер Вечный Канун. Город Полуночи (страница 57)
Корделия тем временем продолжала:
— И теперь Иерарх Оного Имени, известный также как Человек в зеленом, станет служить Крестовине Линар, станет служить ковену Кэндл. Мегана! — Ведьма повернулась к старшей сестре. — Пора!
Мегана вытащила из шляпы булавку — тонкую деревянную иглу — и швырнула ее на стол. В тот же миг со скрипом и скрежетом игла начала увеличиваться и в какой-то момент прямо на глазах у собравшихся превратилась в старую резную раму, всего за мгновение затянувшуюся ветхим холстом. На картине была изображена «гостевая» комната, в которой томился Иарран Ри. Сам пленник тоже там присутствовал — он наполовину врос в пробившее стену белоснежное дерево. Рядом на полу лежали две едва заметные фигурки — в одной из них Виктор с содроганием узнал себя.
Средняя ведьма Кэндл вскинула руку — и рама треснула. Подняв бокал, Корделия вылила на холст искрящуюся зеленую жидкость. Тут же послышалось шипение — это отвратительно пузырилась краска на картине. Холст стал похож на размалеванную молочную пленку, и тут прямо из него, будто из болота, начал кто-то выбираться. Сперва показались острия — зубцы короны, за ними и голова…
Виктор вздрогнул: она освобождала Иаррана Ри!
Спустя несколько мгновений на стол, опираясь на раму картины, как на края люка, полностью вылезла сгорбленная фигура. Вросшую в череп корону и плечи покрывали потеки масляной краски. Багровые волосы слиплись. Глаза Железного Короля незряче глядели прямо перед собой. В руке у него что-то блеснуло. Виктор ни за что не забыл бы этот нож. Тот самый кривой ржавый клинок, который Иарран Ри извлек из-под своей кожи. Нож, убивший Виктора.
Иарран Ри спустился со стола на землю.
— То, что соединит разорванное! — провозгласила Корделия Кэндл. — То, что сошьет лоскуты воедино. То, что вернет потерянное. Иарран Ри, Железный Король, — палач для Потаенных Вещей! И вы, Потаенные Вещи, — ведьма обращалась к кому-то, оборачиваясь кругом. — Добро пожаловать на Осенний Шабаш!
Из тьмы выступили фигуры. Нестройной походкой они приблизились к столу. Общим у всех явившихся были понуро опущенные плечи и пустые взгляды. Остановились те, кого Корделия Кэндл называла Потаенными Вещами, в двух шагах от стола.
— Мисс Юджиния Хэтти! — начала новая Верховная ведьма ковена. — Она же Шляпа!
Старуха, с которой Виктор познакомился в поезде, будто бы постарела еще лет на двести. Скрюченная, хрипящая, мелко трясущаяся, она совсем на себя не походила.
— Мисс Кеххи Брум! — продолжала Корделия, указывая на высокую женщину в узком коричневом пальто. — Она же Метла!
Мисс Брум опиралась на изящную метлу с фигурным метловищем. Виктор бросил быстрый взгляд на тетушку Мегану. Лицо тетушки было каменным. Мисс Брум же с той встречи на окраине города сильно исхудала. Она походила на скелет в пальто: щеки ее впали, под глазами повисли мешки, а кожа словно обтянула голые кости.
— Мистер Стюарт Биггль! — провозгласила Корделия, указывая на старика в затертом пальтишке и полосатом шарфе. У него не было носа. В самом центре лица зияла жуткая дыра, похожая на замочную скважину. — Он же Ключ!
Виктору было жаль пройдоху-ключника. Тот выглядел действительно плачевно. Почему-то вспомнилось, как он прикидывался инвалидом, а после беззаботно разъезжал по городу на своем велосипеде. Он всегда казался каким-то скорее нелепым, чем угрожающим.
Но еще не все гости были представлены ковену.
— Мистер Боул Колдрон! — воскликнула Корделия. — Он же Котел!
Мистер Колдрон был толст и, в отличие от прочих Потаенных Вещей, выглядел цветущим и полным жизни. А еще он явно понимал, что происходит, осознавал, где находится, и с ужасом и обильным потоотделением ожидал грядущего. Это было весьма странно…
Корделия Кэндл продолжала.
— Мистер Питер Мэйби! — указала она на сгорбленного почтальона. — Он же Фонарь и наследник печально известного Джека-Фонаря.
Вот уж кто выглядел по-настоящему угрожающе. Долговязый, с длинными руками, он стоял и ежесекундно кивал, словно его шея вдруг превратилась в пружину.
— Что ж, это все, — хмуро поглядев на сестер, сказала Корделия Кэндл. — Из-за трагической случайности последняя из так называемых Потаенных Вещей Человека в зеленом, а именно Зеркало, иначе известное как мистер Лукинг Гласс, к моему глубочайшему сожалению, была разбита в процессе ловли. Поэтому, я полагаю, можно начинать. Во славу древнего рода Кэндл, во славу срединного поколения и во славу ковена! Железный Король, возьми чашу и приступай!
Засунув руку по локоть в картину, Иарран Ри вытащил из нее простой деревянный кубок и шагнул к мисс Хэтти. Подняв кривой нож, он приставил чашу к горлу старухи. Многие из присутствующих отвели взгляды. Кое-кто даже ахнул.
Виктор судорожно моргнул, но этого короткого мгновения хватило, чтобы мисс Хэтти исчезла, оставив после себя лишь шляпу, которая теперь сиротливо лежала на столе. Иарран Ри тем временем направился к следующей жертве.
Нож скользнул по горлу, и из продолговатой раны в чашу заструилась вязкая серебристая жидкость, напоминающая ртуть. Мисс Брум растаяла прямо на глазах. Драгоценная метла тетушки Меганы стукнулась о столешницу, а Иарран Ри уже двинулся к следующему обреченному.
Вскоре Железный Король перерезал глотки всем Потаенным Вещам. Все они молчали и смиренно ожидали казни, после каждого на столе остался лежать какой-то предмет, подсвеченный медленно сплетающимися языками огня. Исключение составил лишь Котел. Прежде чем Иарран Ри расправился и с ним, бедолага пыхтел, потел и кусал губы. То он косился на Железного Короля с ножом, то на Виктора, словно ища у него поддержки. Толстяка было очень жаль — он с ужасом ждал того, что произойдет. Когда нож коснулся его горла, он что-то еще пытался мямлить про недоделанные отчеты.
Вскоре все было кончено.
— Вот-вот то, что себя разорвало, станет целым, — сказала Корделия. — Общее да составится из этих частей. Именно они и станут звеньями той цепи, которая будет удерживать тварь.
Иарран Ри подошел к Виктору и преподнес ему чашу — очевидно, Железный Король был одурманен заклятьем, поскольку даже не думал сопротивляться, при этом убитого им Кэндла он, кажется, даже не узнал.
Виктор поглядел на ведьму, которую еще совсем недавно звал «мамой».
— Не надо, — прошептал он.
Корделия Кэндл смотрела на него равнодушно. Сына для нее давно уже не существовало: Виктор отыграл отведенную ему роль.
— Пей, и пусть уйдет человек! — громко провозгласила она. — Пусть Древний Дух восстанет вместо него!
Виктор принял чашу из рук Железного Короля и попытался вылить ее драгоценное содержимое на землю, но предательские пальцы перестали слушаться. Ведьма обрела власть над его телом. Собственные руки против его воли поднесли чашу к губам и наклонили ее. Горло жадно глотало, обжигаясь ледяной жидкостью. Вкуса Виктор не ощутил никакого.
Когда последний глоток был сделан, Виктор выронил чашу. И покачнулся. Нет, ему не стало дурно — он неожиданно вновь ощутил свое тело. Удерживать его ведьме стало незачем.
— Пришло время изгнать человека!
Тут же по саду прошелся резкий порыв ветра. Он зашелестел невидимой тканью, срывая ее прочь. В тот же миг взорам присутствующих предстали два установленных друг напротив друга на вымощенной камнем дорожке зеркала. Между ними в воздухе висела зажженная свеча.
— Бесконечный Коридор… — раздалось со всех сторон.
Виктор поглядел на Скарлетт. Та едва заметно кивнула в ответ.
— Подойди, встань рядом со свечой, — велела Корделия Кэндл, но не успел Виктор и шагу ступить, как его остановил душераздирающий крик:
— А-а-а! — кричал сидящий рядом с Меганой Сирил. Глаза его закатились, но при этом он остервенело тер шею. — Больно! Как же больно! Не-е-ет!
Весь ковен повернулся к нему.
— Что происходит? — грозно спросила Корделия.
— Тетушка… — захрипел Сирил. — Жертва! Она похищена! Ее увозят!
Мальчишка мчался по коридору, а сумка болталась на ремне и билась о его ноги. Сейчас Чарли Уиллингу не нужны были ни колдовская часовая стрелка, ни живые туфли, чтобы двигаться в верном направлении. Сбежав из комнаты, он сразу же ринулся вверх по лестнице. Чарли точно знал, куда ему нужно.
Дверь преграждал один из Кэндлов — сын Меганы. Завидев мальчишку, он поднял руку и рявкнул: «Стой!» Глаза его загорелись темно-синим светом, но Чарли не испугался и останавливаться не собирался.
Мальчик вскинул левую руку — и сына Меганы подбросило и ударило о потолок, после чего колдун грохнулся на пол с такой силой, словно упал с высокого утеса.
Чарли был безжалостен. Он был в ярости. Он нервничал и боялся. Он был готов отнять жизнь…
Удар оказался настолько силен, что доски пола разлетелись фонтаном. Кровь брызнула во все стороны. Шея сына Меганы изогнулась под жутким углом, из нее, пробив кожу, вылезли обломки позвонков. Переломанные ребра прошили изорванный костюм, а лицо превратилось в сморщенный сухофрукт. Глаза мертвеца прекратили светиться, и он начал таять.
«Астральный двойник, — понял Чарли. — Должно быть, настоящий сын Меганы сейчас находится на шабаше вместе со всеми. Что ж, можно только представить, что он ощутил в этот момент… И это значит, что Корделия уже знает…»
Чарли провел ладонью по двери — и та распахнулась.
В комнате на прикроватной тумбочке горела лампа. У изголовья кровати стояла девушка и глядела в одну точку — она словно не услышала грохота за дверью.