Владимир Топилин – Тайна озера Кучум (страница 67)

А в пихтаче, точно, какое-то движение. Вот между стволов замаячил неясный силуэт. Сбивая с кустов притаившуюся тишину, закачались изогнутые ветки-рога. Выбивая копытами размазанную грязь, покорный верховик везёт на своей спине человека.

Увидев бородатое лицо, глаза молодых людей потускнели. Агафон, как всегда, невозмутим и спокоен. Уверенно ведёт оленя по знакомой тропе. В руках повод. За плечами в такт движениям покачивается ствол винчестера. Сзади притороченный накоротко вышагивает ведомый учаг. На его спине потки с тяжёлым, драгоценным грузом. Уля и Сергей знают, что находится в кожаных мешках, и можно с уверенностью подтвердить, что Дьявол ведёт за собой золотого оленя. Агафон не видит молодых людей. Он и не подозревает, что на невысокой скалке из-под могучего кедра с расстояния полусотни метров за ним наблюдают люди, теперь уже, без всякого сомнения, враги. Если бы знал, его поведение было другим.

Сергей и Уля молча ждут, когда маленький караван поравняется с ними, пройдёт мимо и скроется из глаз, чтобы дальше продолжать слежку. Но что это? За парой оленей вновь качаются ветки деревьев, сзади нарастает чёрное, более крупное пятно, преследующее караван на некотором расстоянии. Кажется, что за оленями неторопко шествует могучий сохатый. Или сам хозяин тайги, батюшка амикан сопровождает Дьявола. Молодые люди в напряжении переглянулись, замерли в ожидании. И каково же было удивление, когда на открытое место, на частнику, гордо вышел обыкновенный конь.

Они никак не ожидали такого поворота событий. Там, под гольцом, вчетвером обсуждая план передвижения Агафона, они, кажется, предусмотрели всё. Как он заберёт золото. Как поедет по затесям. Как они, опередив его, в последний день пути поймают на прииске, свяжут, лишат свободы и передадут властям. Вот только забыли, что там, внизу, под гольцом с семьёй промышляет марала кыргыз Калтан. В череде мрачных событий никто из них не вспомнил о семье охотников, которая может предоставить Дьяволу кров и приют. Помочь сделать переход до Новотроицкого прииска. Они не учли этого варианта. А вот Агафон не забыл. И самое невероятное было то, что ехал на лошади за ним всего лишь один всадник. Точнее — всадница. Стройная юная красавица, молодая жена Харзыгака, Айкын.

Зачем она здесь? Куда едет? Почему одна, без Харзыгака? Где Калтан и Наталья? Сергей и Уля в полной растерянности. Неожиданное сопровождение Агафона в корне меняет планы молодых людей. Возможно, Агафон уговорил Калтана и Харзыгака помочь проводить его какое-то расстояние. Но на каких условиях? Как далеко Айкын будет его провожать? А если она поедет с ним до Новотроицкого прииска? Это вполне возможно, потому что за лошадью, на которой едет Айкын, в поводу идёт ещё один конь. На нём груз. Аккуратно упакованные баулы. Наверное, в них маральи панты. Да, скорее всего, Агафон уговорил Харзыгака отпустить с ним Айкын до прииска, за что он купит у них рога на выгодных условиях. Так Кулак убивает сразу двух зайцев: едет с проводником и заложницей. Молодая женщина и не подозревает, что является невольной защитой для Дьявола от возможного ареста. Если что, Агафон прикроется девушкой, как щитом, и вовремя скроется от опасности. А может быть, произошло что-то другое, о чём Уля и Сергей не знают? Остается только догадываться и который раз удивляться хитрости Агафона.

Что делать? Идти по следу за Агафоном? Или ждать Загбоя и Костю? Уля и Сергей в раздумье. Пока шептались, маленький караван Агафона скрылся в пихтаче.

— Как быть? — с тревогой спрашивает Сергей Улю. — Пойдем за ними, — махнул головой вниз по тропе, — или останемся здесь, ждать наших?

Уля молчит, сосредоточенно собирает вещи в потки, готовит оленей в дорогу. Потом, как будто очнувшись от раздумий, неторопливо отвечает:

— У Закпоя и Кости по четыре ноги. Етут пыстро, к ночи тогонят. Закпой тарогу знает карашо, он у себя тома. Нам нато ехать туда, — показала рукой вниз по тропе. — Бутем выручать Айкын. Пока не случилась бета…

Сергей понял, о чём думает подруга. Примерно такие же мысли витали у него в голове. Просто он ждал их подтверждения.

И снова дорога. Змеевидная тропа по девственной тайге, — между стволов могучих кедров, в густых зарослях пихтача, по липкому стланику, вдоль крутых оврагов, в обход переплетений завалов, под неприступными скалами и утёсами, иногда копирующая берег бурной реки, а иногда уходящая в крутые горы. Путь — кратчайшее расстояние между водоразделами, гольцами, белками, перевалами, долинами рек, озёр. Лучший ход, предопределённый природной интуицией зверя, натоптанная сотнями, тысячами, миллионами ног диких животных колея. Кажется, что она существует со времён появления на земном шаре первых существ. Постоянная борьба за жизнь заставила обитателей тайги приспосабливаться, инстинкты четвероногих существ в естественных условиях выше логики человека. И люди должны присматриваться к поведению животных.

Люди тайги всегда пользуются звериными тропами. Уля не исключение. Девушка быстро и в то же время аккуратно, бесшумно ведёт своего учага по знакомой местности. Впереди едет Агафон. Ей приходится быть предельно внимательной. Надо стараться держаться от него на некотором расстоянии, чтобы он не заметил преследования.

Безопасное расстояние Уля определяет по следам. Вот в след лошадиного копыта набегает грязная вода. Значит, впереди идущий караван неподалёку, слишком близко. Девушка останавливает верховика, какое-то время ждёт, чтобы Агафон уехал дальше, и только лишь потом торопит животное. Но вот сбитая травинка успела выпрямиться, встать на место, в вертикальное положение. Значит, надо прибавить ходу, аргиш ушёл слишком далеко. В какие-то моменты Уля спрыгивает на землю, наклоняется, проверяет следы на песчаной береговой отмели. Если мелкие, перевёрнутые ногами животных камни успели высохнуть на солнце, прошло около десятка минут. Те, кто едет впереди, успели пройти несколько сотен метров. Можно ехать за ними спокойно, не торопясь. Но вот в небольшой лужице плавает сбитая сухая веточка. Охотница берёт её в руки, растирает. Она ещё не успела намокнуть. Надо ждать. Лучше и точнее расстояние определяет Кухта. Собака бежит впереди оленя на длинном поводке. При непростительной близости она чует, волнуется, глубоко вдыхает воздух, крутит головой, часто останавливается, предупреждает хозяйку, что идти дальше опасно, надо подождать. Или наоборот: при остывающем следе тянет поводок, зовёт за собой, негромко скулит, призывая идти быстрее.

Таким образом, Сергей и Уля едут позади Агафона на безопасном расстоянии — около километра или немного больше. И пока что всё обходится хорошо. Девушка понимает, что Кулак ещё не знает о преследовании. Но ближе к ночи, перед тем как остановиться на отдых, он обязательно оставит «сторожа». Может быть, это будет надрубленная сушина, которая упадёт или сломается, когда человек или олень собьют протянутый через тропу кожаный шнурок. Или на россыпи обвалится хлипкий валун. Но страшнее всего, конечно, самострел. В любом случае Дьявол услышит, что кто-то идёт, предпримет меры предосторожности, покинет место стоянки. Тогда положение ухудшится не в пользу Ули и Сергея. Напуганный Агафон станет хитрее росомахи. Следить за ним будет тяжело. А им надо освободить Айкын. Как можно скорее. Иначе…

Близится ночь. Тёплое летнее солнце завалилось за ребристую макушку водораздельного хребта. От недалёкого гольца наплыла вечерняя прохлада. Сочные травы заплакали обильной росой. Рогатый месяц завалился на спину. К хорошей погоде. Подтверждая верную примету, к небу взметнулись ветки елей. Где-то в горе, подзывая к себе капалят, застонала заботливая мамаша-капалуха. Сверху вниз по логу потянул лёгкий тянигус.

Уля остановилась. Всё, дальше ехать нельзя! Скоро Агафон остановит караван на ночлег. Возможно, на невысоком пригорке около ручейка. Там лучшее место для стоянки. Есть вода, дрова. Но главное, с небольшой возвышенности отлично слышно, кто едет или идёт по тропе. Будет хорошо слышно «сторожа», которого Кулак поставит где-то на подходе. А им надо уходить в сторону, сворачивать с тропы, пока олени Агафона не почуяли их запах. Уля благодарит своего бога — Всемогущего Амаку, за то, что у Кулака нет собаки. Иначе их присутствие было уже давно замечено.

Место для ночлега Уля выбирала сама — под склоном крутого подъёма на водораздельный хребет, у падающего, гремучего ключа. Для уставших за день оленей есть сочная трава и молодой тальник. Шум воды отобьёт лишние звуки, можно рубить дрова, ломать сухие сучья. А нисходящие с гольца потоки прохладного воздуха быстро унесут и растворят лишние запахи и дым к пойме реки. И осторожный Агафон не заметит их присутствия. И, наоборот, если Загбой и Константин поедут по тропе, то быстро найдут их стан.

Уле не придётся коротать время у благодатного огня рядом с любимым человеком. Ей предстоит идти туда, к Агафону, проверить, что делает враг и по возможности вызволить Айкын. Как всё будет происходить, девушка не знает. Потом, на месте разберётся. Она знает одно, что идти надо и только ей одной. Сергей остаётся здесь, смотреть за костром, караулить оленей и Кухту, чтобы она не перегрызла поводок и не пошла за своей хозяйкой. Иначе все их старания будут напрасны.