Все крестьяне выхлестали девять бочек браги.
С того дня пошли в селе беды и несчастья:
В сенокосную пору там всегда ненастье,
Не сбирают пчёлы мёд, не родится гречка,
У попа угнали лошадь, сдохли раки в речке…
Раз сошлися старики вечером на сходку,
Мало было праздных слов — много было водки,
И сказал один старик, пнув ногой булыжник:
— Вишь, как всем нам поднасрал нищий шаромыжник!
Призрак попугая
Баю-баю, детка, сладко засыпай,
Умер ночью в клетке белый попугай.
Был здоров и весел он ещё вчера —
Только труп холодный мы нашли с утра.
Схоронили попку утром на заре,
Вырыли могилку на крутой горе,
Надмогильный холмик спрыснули водой,
Посадили лютики и пошли домой.
…И никто спокойно с того дня не спит:
Призрак попугая по ночам кричит:
Грязно матерится и кричит «Банзай!»
Всех замучил в доме чёртов попугай!
Приходил священник, ладаном курил,
И колдун заклятья чёрные творил,
Но они бессильны были нам помочь —
Попугай является, лишь наступит ночь.
Он кричит «Полундра!», он кричит «Пиастры!»,
На садовой клумбе поломал все астры…
Спи, моя малютка, глазки закрывай —
Умер ночью в клетке белый попугай.
Курочка Ряба снесла апельсин
Мощный и яростный голос набата,
Не умолкая, плывёт над селом.
Вот собралась на майдане громада —
Все исполчились на битву со злом.
Гневно на сходе толпа бушевала,
Батюшка в страхе сховался в овин:
Курочка Ряба народ напугала —
Вместо яичка снесла апельсин.
Взялись крестьяне за косы и вилы,
К деду и бабке явились во двор:
— Ишь, расплодили нечистую силу!
Эй, старый хрен!
Выйди, есть разговор!..
Дед торопливо портки одевает,
Валенки вздел да набросил армяк.
Вышел. Народ его враз обступает.
Дед испугался, в коленках обмяк.
— Ты не трясись! Чай, не студень на блюде! —
Строго сказали ему мужики.
— Мы тебя, старого, бить-то не будем.
Нечисть разводишь? Сознайся, не лги!
Дед заблажил:
— Пожалейте хозяйку!
Родные! Век буду бога молить!
Всё, голубки, расскажу без утайки,
Точно, скажите, не будете бить?
— Да говори уж! Сказали — не будем! —
Дед просморкался и начал рассказ:
— В ночь позапрошлую, добрые люди,
Темень была — хоть ты выколи глаз.
Вышел во двор я — живот прихватило —
Помню, с крыльца кувыркнулся впотьмах…
Тотчас весь двор, будто днём, осветило,
Ярко-преярко, аж режет в глазах! 
