А целуется она, прямо скажу, замечательно…
На улицу мы вышли минут через десять. Учить Лену искусству бильярдной игры не было никакого смысла. Брать реванш – тоже. Безусловно, я мог бы, как и она, собрать во второй партии восемь с кия, но… зачем? Зачем показывать ей, что мы, как минимум, одного уровня? Пусть всё идёт как идёт. Я теперь точно знаю, что шары Лена кладет вполне профессионально, ничем не хуже меня, но что из этого следует, пока сказать сложно. Информация к размышлению получена, но прежде чем делать какие-то выводы, надо её как следует переварить…
Снаружи, пока мы играли в бильярд, прошёл дождь. Совсем небольшой, если верить вахтерше, однако луж на асфальте было так много, что, казалось, город подвергся настоящему наводнению. И "угол срезать" тоже не получалось. Сырая земля, сырые листья, сырая трава на газонах. Идти приходилось хоть и по тротуарам, но какими-то зигзагами, что ли, из-за чего путь до Лениного дома удлинился раза, наверное, в два.
Странно, но за всю дорогу мы не сказали друг другу ни слова.
Лена держала меня под руку, я время от времени помогал ей перебираться через бегущие вдоль бордюров ручьи.
Просто шли. Просто молчали.
И только возле подъезда девушка вдруг указала на деревянную беседку на детской площадке напротив.
– Присядем?
В ответ я только плечами пожал. "Присядем. Почему не присесть?"
Скамейки в беседке оказались сухими.
На одной из них мы и расположились.
– Ты спрашивал, какое у меня будет желание? – Лена придвинулась ближе и положила голову мне на плечо.
Я кивнул.
– Да.
Девушка тихо вздохнула и…
– Расскажи мне… о будущем…
Глава 9
– Здравия желаю, Константин Николаевич.
– Здравствуй, Миша. Присаживайся… Ну? Какие ещё новости сорока на хвосте принесла?
– А… откуда вы…
– Да у тебя всё на лице написано. Сияешь, как новый пятак. Что, действительно что-то стоящее?
– Да, Константин Николаевич. Выяснилось, наконец, насчет девушки Свояка.
– Вот как? Ну что ж, это действительно интересно. Давай, докладывай, что накопал.
– Докладываю. Кислицына Елена Игоревна, шестьдесят первого года рождения, закончила МИИГАиК, в настоящий момент работает в ДСМУ геодезисткой, фотография прилагается…
– Какого, говоришь, года рождения?
– Шестьдесят первого.
– Хм, выходит, она его старше?
– Да, на четыре года.
– И что у них там… ну, в смысле, как они… эээ…
– С интимной жизнью у них, я думаю, всё в порядке. В ночь с шестого на седьмое Свояк ночевал у Кислицыной, так что… сами понимаете…
– Уверен?
– Да. По словам очевидцев, утром они вышли вместе и выглядели… ну, короче, выглядели они соответственно. Как люди, которые провели ночь в одной постели.
– Кто очевидцы? Доверия заслуживают?
– Молоткова Валерия Павловна, двадцатого года рождения, пенсионерка, соседка Кислицыной по лестничной клетке. Островская Татьяна Петровна, тринадцатого года рождения, пенсионерка, страдает бессонницей, особенно по утрам, проживает в том же подъезде, в квартире на втором этаже, окна выходят во двор. Никанорова Ольга Васильевна, двадцать первого года рождения, проживает в доме напро…
– Всё-всё, можешь не продолжать. Я понял. В справке это указано?
– Да, указано.
– Слушай, а не может так быть, что эта Елена Кислицына вовсе не девушка Свояка, а, хм, просто лёгкого поведения?
– Вряд ли. Характеристики и с места учёбы, и места работы у неё исключительно положительные. Институт закончила с красным дипломом. Её соседки Молоткова и Островская тоже утверждают, что до третьего октября ничего предосудительного за Кислицыной не замечали.
– Третьего? Ты же говорил, седьмого.
– Третьего Свояк тоже ночевал у Кислицыной. Островская и Молоткова его запомнили, и кроме того Островская сообщила, что, возможно, видела Свояка две или три недели назад возле подъезда. Правда, не уверена до конца, что это был именно он. Плюс имеется ещё один факт, говорящий о том, что у Кислицыной и Свояка не просто любовная связь, а более-менее серьёзные отношения.
– Какой факт?
– Восьмого Свояк пришел в бильярдную вместе с Кислицыной. Видимо, хотел познакомить её с нами. Согласитесь, Константин Николаевич, вряд ли бы он пошёл на такой шаг, если бы дело касалось просто подружки или обычной гулящей девицы.
– Да. Пожалуй, ты прав. Жаль, что нас в этот день там не было.
– Увы. Если бы мы знали заранее…
– Да. Было бы хорошо… Так… А это ещё что такое?
– Скорей, кто такая. Клёнова Жанна Викторовна, одна тысяча девятьсот шестьдесят шестого года рождения, учащаяся ММУ номер семнадцать, второй курс, фотография прилагается.
– То есть, ты утверждаешь, что…
– Ну да. Ещё одна девушка Свояка.
– Надо же, как интересно. Наш пострел везде поспел. Тоже интимная связь?
– Точно сказать не могу, но, думаю, нет. Отношения исключительно романтические. Видимо, из-за возраста девушки.
– То есть, Свояк совершенно сознательно не форсирует близость с ней только лишь из-за возраста?
– Скорее всего.
– Ещё интереснее. Парень уже вкусил запретного плода, гормоны должны зашкаливать, а тут… Другой на его месте давно бы уже плюнул на эту девицу и, если одной Кислицыной ему мало, нашел бы себе какую-нибудь без комплексов и постарше.
– Вот-вот, мне это тоже показалось странным.
– И что, по-твоему, из этого следует?
– Она для него чем-то важна. Чем-то, я бы сказал… эээ… нет, не могу сформулировать. На языке вертится, но… не могу.
– Может быть, перспективой?
– Да нет, ну какая там перспектива? Таких, как она, в стране тысячи или даже десятки тысяч. И родители у неё самые обыкновенные: не были, не участвовали, не состояли.
– Другие родственники?
– Всё как у всех.
– Что-нибудь в прошлом? В смысле, по родственным линиям. Семейные тайны или, к примеру, способности какие-нибудь необычные?
– До этого пока не дошёл, но займусь обязательно.
– Правильно. Прямо с сегодняшнего дня и займись. Как что любопытное обнаружишь, сразу докладывай.
– Сделаю, Константин Николаевич… Разрешите идти?
– Иди… Да, кстати! Ты Спортлото вчерашний тираж смотрел?
