Владимир Тимофеев – Мезолит СССР (страница 5)

Наиболее ранним бассейном было Балтийское ледниковое озеро, ограниченное на севере ледником; уровень этого бассейна был выше уровня океана. После прорыва перемычки в средней Швеции около 10200 лет назад Балтика соединялась с океаном: образовалось Иольдиевое море. Максимальный подъем уровня этого водоема произошел 9700–9500 лет назад (Кессел, Пуннинг, 1969а, б).

За счет гляциоизостатического подъема Скандинавии около 9200 лет назад Балтика вновь изолировалась от океана; возникло Анциловое озеро.

Около 7200 лет назад в Балтийском бассейне начинается трансгрессия Литоринового моря, вызванная эвстатическим подъемом уровня Мирового океана. Литориновая трансгрессия проявилась в виде ряда последовательных повышений уровня, отражавших общепланетарные колебания уровня Мирового океана.

На побережье Литовской ССР, характеризующемся низкими значениями послеледниковых поднятий, установлено (Gudelis, 1979) четыре литориновые трансгрессии. Максимальный подъем уровня (около 2 м) датирован временем около 5600 лет назад.

Значительное влияние на природную обстановку Северного Причерноморья оказывали колебания уровня Черного моря. На протяжении времени, соответствующего максимальному развитию последнего оледенения Северной Европы, уровень Черного моря понижался на 70–80 м ниже современного. В течение позднеледниковья, раннего и среднего голоцена происходило постепенное повышение уровня — новочерноморская трансгрессия. Максимальных значений (2–3 м над уровнем моря) эта трансгрессия достигала 4,5–4 тысячи лет назад (Федоров, 1978).

На побережье Северного Ледовитого океана сохранились береговые уровни с отметками 3–6 м над уровнем моря, соответствующие голоценовой трансгрессии. Наиболее ранние даты, полученные для этих уровней в районе Анадыря, — около 7 тысяч лет назад (Валпетер, 1982, с. 65).

Голоценовая трансгрессия Тихоокеанского бассейна имела пульсирующий характер. Максимальное поднятие уровня моря привело к образованию террасы с отметками плюс 3–5 м. Наиболее ранний уровень голоценовой трансгрессии датирован на Алеутских островах — около 8250 лет тому назад (Валпетер, 1982, с. 62; Хошберг и др., 1982, с. 924).

Большое значение для жизни первобытного поселения южных районов СССР имели колебания уровня Каспийского моря. После мощной верхнехвалынской трансгрессии (20–10 тысяч лет назад), в ходе которой были затоплены низменные районы Западной Туркмении, Куринская и Прикаспийская низменности, в начале голоцена наступила глубокая Мангышлакская регрессия. Следующее повышение уровня — Новокаспийская трансгрессия произошла около 9 тысяч лет назад. Новокаспийская трансгрессия проявилась в виде пяти последовательных повышений уровня, охвативших практически весь голоцен. Наибольшее повышение уровня (на 8–9 м выше современного, до отметки минус 19–20 м) произошло около 8 тысяч лет назад (Леонтьев, Рычагов, 1982, с. 151).

Существенным обстоятельством было то, что начиная с 9 тысяч лет назад по территории низменных Каракумов протекала мощная речная артерия — Узбой. Воды в эту речную систему поступали из Арало-Сарыкамышского бассейна, который, в свою очередь, питался Амударьей и Сырдарьей; водность этих рек в голоцене была значительно выше современных значений (Кесь и др., 1980; Квасов, 1980).

В течение голоцена происходили колебания уровня ряда озерных водоемов. При этом данные, полученные за последние годы, позволяют считать, что колебания уровней озер, удаленных на значительные расстояния, были синхронными. Более того, оказывается, что озерные трансгрессии на северо-западе Русской равнины происходили одновременно с трансгрессиями Литоринового моря в Балтике. Такие данные получены в настоящее время для трех озерных бассейнов, образовавшихся на месте обширных приледниковых водоемов: Лубанского на востоке Латвии, Усвятского и Жижицкого в Псковской обл.

Устанавливаются следующие колебания уровня: трансгрессия — 7200–6500 лет назад, регрессия — 6500–5000 лет назад, трансгрессия — 5000–4500, регрессия — около 4500, трансгрессия — 4500–4000, регрессия — 4000–3800, трансгрессия — 3800–3700, регрессия — 3700–2500, трансгрессия — 2500–1500 лет назад, регрессия — 1500 лет назад до настоящего времени.

Заселение человеком лесной зоны Европейской части СССР произошло в позднеледниковое время, вскоре после отхода льдов последнего оледенения. Как следует из наблюдений Р.К. Римантене, позднепалеолитические памятники, которые исследователь датирует временем аллерёда и верхнего дриаса, залегают в песчаных отложениях второй и третьей надпойменных террас рек бассейна Немана (Римантене, 1971). Эти террасы соответствуют береговым образованиям обширных водотоков, сбрасывающих воды приледниковых бассейнов в море.

Стоянки со свидерскими наконечниками обнаружены во многих пунктах на северо-западе Русской равнины. В пределах Усвятской котловины на юге Псковской обл. (Микляев, 1971) наконечники свидерского типа были обнаружены на дюнах, развитых на береговых образованиях позднеледникового бассейна, датируемого аллерёдом — верхним дриасом.

В течение пребореального, бореального и первой половины атлантического периода на территории лесной зоны существуют довольно многочисленные мезолитические стоянки. Памятники мезолита известны в бассейне Среднего Днепра, в частности в Киевском Поднепровье и в Полесье. В Поднепровье мезолитические стоянки располагаются обычно на дюнах, развитых на нижних террасах и на пойме (Телегiн, 1982).

Мезолитические стоянки многочисленны в Западном Полесье (Исаенко, 1966). Они располагаются на тыльных участках первой надпойменной террасы бассейна Припяти; на дюнных всхолмлениях в пределах низких террас; в отдельных случаях — на второй надпойменной террасе или на склонах коренных берегов. Многие стоянки расположены на останцах коренных берегов, в пределах низких террас верхнего течения Припяти.

Мезолитические памятники на территории Литвы, открытые и исследованные Р.К. Римантене (1971), обычно располагаются на низких террасовых уровнях (на первой надпойменной террасе и на пойме).

Довольно многочисленные мезолитические памятники и в других районах северо-запада Русской равнины. Мезолитические памятники, в частности, были обнаружены в Лубанской котловине, на востоке Латвии. Мезолитические материалы найдены на стоянке Оса, археологически изучены Ф.А. Загорскисом (1967). Стоянка эта находится в отложениях минерального берега обширного торфяного массива, в слоях, фиксирующих начальную стадию трансгрессии озера, происшедшей в начале атлантического периода. Согласно палинологическим данным (Долуханов, Левковская, 1971), в то время на берегах озера были распространены преимущественно сосновые леса, заросли ольхи покрывали более увлажненные участки.

Состав фауны мезолитического слоя Оса достаточно характерен для позднего мезолита Северной Прибалтики. Мезолитические обитатели Лубанской низины охотились преимущественно на лося и на кабана.

Крупные мезолитические стоянки существовали в приморской зоне области последнего оледенения. Ранний мезолитический памятник Пулли был обнаружен в юго-западной Эстонии, на правом берегу р. Пярну, близ г. Синди (Jaanits, 1965; Jaanits, 1975). Находки были сделаны в слое черноватого гумуса и вышележащего древесного торфа. В нижней части органогенных отложений преобладает пыльца березы; в верхней части — пыльца сосны. Образование вышележащих слоистых отложений, видимо, происходило в лагуне Иольдиевого моря. Образцы из контакта слоя гумуса и органогенной толщи были датированы: 9600±120 и 9575±115 лет назад. Образцы из верхней части органогенной толщи датированы 9300±75 и 9285±120 лет назад. В гумусированном слое обнаружена фауна (северный олень, медведь, бобр) и орудия из рога, кости и кремня.

Известная стоянка Кунда (Indreko, 1948) приурочена к обширному торфяному массиву на севере Эстонии. Южная часть массива ограничивается береговыми образованиями позднеледникового бассейна. К северу от г. Кунды, в районе Балтийского Глинта наблюдаются песчаные береговые валы более поздних стадий развития Балтийского моря.

Находки мезолитического возраста были сделаны в опесчаненном торфе, на холме Ламмасмяги, а также непосредственно в озере — в слое озерного мергеля. Находки эти датируются началом бореального времени. Радиоуглеродное датирование образцов обугленной древесины из второго культурного слоя позволило получить даты 8340±280 (ТА-14) и 6015±210 (ТА-16).

Обитатели мезолитической Кунды охотились преимущественно на лося (Паавер, 1965). Большое значение имела охота на тюленя. Огромное количество костей рыб свидетельствует об очень большой роли рыбной ловли в хозяйстве мезолитических обитателей северной Прибалтики.

Крупный мезолитический памятник, относящийся к более позднему времени, обнаружен в пределах г. Нарвы, на высоком коренном берегу р. Нарвы. Детальные раскопки позволили установить на стоянке наличие трех мезолитических культурных слоев, разделенных стерильными прослойками. В составе фауны преобладает лось (55–37 %), представлены также благородный олень, косуля, кабан, бурый медведь, тюлень (Паавер, 1965). Для памятника получена серия радиоуглеродных дат (Лийва, Ильвес, Пуннинг, 1974). Наиболее глубокая дата — 7640±180 лет назад (ТА-53); наиболее молодая — 5300±250 лет назад (ТА-7).