Владимир Тимофеев – Грешный (страница 39)

«Кр-р-рста!» — подтвердил тхаа.

«Вы думаете?» — протянула в сомнении женщина.

Мы с Малышом дружно кивнули…

«Быстрая» магическая дорога заканчивалась на лесной опушке метрах в двухстах от дороги обычной и где-то в полукилометре от городских ворот. Ворота, как и предупреждала Ирсайя и подтвердил после вчерашней разведки Малыш, были распахнуты настежь, а мост через ров опущен. Поток телег и людей через южный въезд в Витагарад выглядел достаточно плотным, но всё-таки не настолько, чтобы создать реальную пробку. Самое то для нас…

«Удачи!» — напутствовала меня бывшая пленница третьим по счёту заклятием.

Первое я трансформировал в «легковесность», второе — в «ловкость», последнее преобразовалось в «невидимость». И то, и другое, и третье я успешно использовал в Драаране, в Горках и при захвате имперского лагеря у Пустограда.

Ирсайе подобная комбинация, хоть я ей об этом рассказывал, казалась чрезмерно рискованной. Ведь у местных волшебников такие колдунства держались недолго — слетали всего через полминуты, а при использовании ускорения или замедления времени рассыпались, вообще, мгновенно. И даже к моим уверениям, что при трансформации я их усиливаю в несколько раз, королева отнеслась настороженно.

А зря.

Судя по расходу влитой в заклятья энергии, они должны были действовать минут пять. Чтобы добежать до стены, потом перебраться через неё и сделать то, что задумано, пятиминутки хватало с лихвой. На марш-бросках с полной выкладкой я за такое время полтора кэмэ успевал пробегать, а если без выкладки, то и больше.

И тем не менее, моя спутница сомневалась. Нечасто, видать, у них в королевстве, да и вообще в Вестарии, штурмовали укрепрайоны столь малыми силами. Но это не страшно. Один раз попробуешь, дальше легче пойдёт. Проверено на собственном опыте…

От леса до городских стен я добрался за две минуты. Мог бы, конечно, быстрее, но примерно каждые тридцать метров приходилось огибать растущие на этом пространстве кустарники или искать в их рядах удобный проход. Ломиться насквозь означало привлечь внимание дежурящих наверху стражников, и если они вдруг стали бы что-то подозревать, уже никакая «невидимость» не помогла бы.

На этом этапе скрытность была важнее, чем скорость. По этой причине я, кстати, решил заодно отказаться от лошади, хотя верхом сэкономил бы минуты, наверное, полторы, а возможно, и больше. Однако больше мне пока что не требовалось, и под стенами я оказался, как и рассчитывал — с запасом по времени около трёх минут. Полминуты из них ушло на то, чтобы забраться на зубчатый гребень. В грубой каменной кладке впадин и выступов было хоть отбавляй, а с магической «ловкостью» и «легковесностью» в деле вскарабкивания на такую вот верхотуру я мог бы дать фору даже какому-нибудь спайдермену из голливудского комикса.

Стражников на стене, к моему удивлению, не оказалось. Трое, один из которых лучник, «туси́ли» только на верхней площадке надвратной башни. Безалаберность, как по мне, потрясающая… Хотя, с другой стороны, ну кого им тут было бояться? Граница, за которой враги, проходила отсюда в полутора сотнях лиг, военное положение жрицы не объявляли, а все диверсанты-шпионы, если и попытаются проникнуть в столицу, то, сто против одного, будут это делать легально, под видом своих или как честные гости, ничего криминального не замышляющие.

Какой-нибудь жрицы, как я надеялся, на башне не обнаружилось. Поэтому с магией пришлось пока повременить. Быстро забравшись наверх, я осторожно приблизился к находящимся там бойцам. Службу они несли явно спустя рукава. Панцири-шлемы сняты (жара), копья стоят прислонённые к парапету, там же валяется и колчан со стрелами… Зато скатертёрка со снедью расстелена аккуратно, в тенёчке. И свёрнутые плащи вместо ковриков, чтобы на камнях не сидеть.

Сидели, правда, не все. Лучник (пусть и без стрел) стоял пока у бойницы (метрах в пяти от «стола») и, опершись локтями на кладку, наблюдал за окрестностями. Судя по разговорам, один из сидящих собирался сменить его на посту минут через десять.

Удивительная расслабленность, как уже говорил, но мне это было лишь на руку. Обещал же ведь королеве, что постараюсь обойтись без смертоубийств, и, значит, чем больше у меня на пути встретится таких ситуаций, тем лучше.

Лучника я приголубил заранее приготовленным мешочком с песком. «Нежно» тюкнул по темечку, подхватил обмякшее тело и уложил у бойницы. Двое его товарищей ничего не заметили и спокойно продолжили трапезу. Увы, но закончить её им было не суждено. Первого я нокаутировал хлёстким ударом в ухо, второго, выпучившего от неожиданности глаза — чётко в лобешник. Жёстко, конечно, зато нелетально.

Следующие полторы минуты я потратил на то, чтобы стащить всех троих в угол площадки, за каменную загородку, вставить им в пасти кляпы и хорошенько связать. После чего вернулся к скатерти со жратвой, уселся и начал старательно поглощать то, что не съели охранники.

Ну, а когда ещё нормально наешься, как не в перерыве «между боями», когда первоочередные задачи выполнены, условия для выполнения следующих ещё не созрели, начальство над душой не висит, а противники пребывают в полной уверенности, что всё хорошо, и даже не подозревают, что творится у них перед носом?..

О том, что движуха внизу наконец-то пошла, я понял по резко усилившемуся шуму.

Вздохнул, отложил в сторону недоеденный кусок холодной телятины и пошёл посмотреть в бойницу. Как и предполагалось, причиной внезапного возбуждения скопившихся перед воротами граждан стало неожиданное явление им священного зверя и сидящей на нём всадницы.

Зрелище было и впрямь феерическое. Малыш и Ирсайя сделали всё, чтобы оно запомнилось людям надолго. Они двигались к воротам от леса, минуя дорогу, через заросшее высокими травами поле. Обоих будто окутывало мягко-зелёным свечением, фигуры казались в несколько раз больше, растительность словно бы расступались перед ними на каждом шаге, клыки Малыша сверкали на солнце, а шерсть переливалась всеми цветами радуги и колыхалась волнами.

Еще эффектней, чем тхаа, выглядела наездница. Причём, волшебства в свою внешность она добавила самую малость — благодаря иммунности к магии я легко мог сравнить и то, и другое и, честно признаюсь, разницу между «сценическим образом» и реальностью едва ощущал.

Магия понадобилась властительнице Ларанты только, чтобы навести себе макияж без косметики, подогнать по фигуре туни́ку и соорудить из растрёпанных в условиях леса волос причёску, достойную королевы… Или даже не королевы — богини, почтившей своим вниманием грешную паству…

Каюсь, я сам на какое-то время, несмотря на иммунность, поддался тому же порыву, что и замершие внизу ларантийцы. То бишь, разинул рот и застыл в немом восхищении. Правда, довольно быстро взял себя в руки, подобрал упавшую челюсть и принялся ждать реакции тех, кто командовал здешней тусовкой. «Невидимость» с меня к этому мигу уже слетела, однако маскироваться по новой я смысла не видел. Лишь плащ одного из связанных стражников на плечи накинул на случай, если первыми сюда заберутся не жрицы, а простые вояки.

Первыми, к счастью, ко мне прибежали именно жрицы. Я услышал их, ещё когда они неслись вверх по лестнице. И не только неслись, но и перебрасывались довольно громкими фразами.

«Это точно она? — Самозванка! — Уверена? — Приказ Дамиры! — Всё свалят на нас. — Плевать! Её надо остановить…»

Секунд через пять на площадку выскочили две жрицы в пятнистых плащах и такой же расцветки масках. Первая, увидев меня, коротко бросила:

— Где остальные?

— Патрулируют гребень стены, госпожа, — доложил я, вытянувшись во фрунт.

— Встань здесь, — приказала вторая, указав на выход с площадки. — Будешь следить, чтобы сюда никто не вошёл. Понятно?

— Так точно, высокая госпожа! — я шагнул к лестнице и наложил стрелу на трофейный лук.

Больше они на меня внимания не обращали. Оказавшись возле бойниц, чародейки выглянули наружу.

— Это точно она, — подтвердила первая.

— Вижу, — кивнула вторая. — Но с нею священный зверь.

— Неважно. В город они войти не должны. Это приказ Верховной.

— Я помню.

— Значит, валим обоих. Готова?

— Готова.

— Бьём по команде. Пусть подойдут поближе. Полсотни аршей, чтобы наверняка.

— Согласна.

В руках у обеих засверкали боевые заклятия. В одном из них я узнал копьё праха, в другом — воздушное лезвие. Навряд ли этого хватит, чтобы убить Малыша и Ирсайю, но если по королеве и тхаа ударят ещё и снизу, их защита может не выдержать.

— Прошу прощения, дамы, что вмешиваюсь, — проговорил я, нацелив лук на правую жрицу, — но вам не кажется, что пытаться убить свою королеву — это преступление против трона и государства?

— Что ты сказал? — обернулась та.

— Я сказал, что не дам вам выстрелить в королеву и священного зверя.

— Идиот, — процедила левая.

— Согласна, — кивнула правая.

Я даже моргнуть не успел, как «лезвие» и «копьё» сорвались с их пальцев двумя зелёными росчерками…

Ей-богу, если бы жрицы пальнули заклятиями не в меня, а в Ирсайю и тхаа, толку было бы больше. А так я просто отправил их оба обратно, преобразовав в стазис и усилив так, чтобы они гарантированно пробили чужую защиту.

Чародейки рухнули, словно подкошенные. Не опуская лука, я подошёл к ним поближе, чтобы проверить, нет ли сюрпризов.