Владимир Сухинин – В паутине интриг (страница 46)
Айгуль с пониманием кивнула, она знала о той ревности, что бушевала в царице, и забрала девушек.
Артем крикнул ей вслед:
– Прикажи позвать Неелу.
Неела снова осталась в замке одна. Артем улетел, не забрав ее, и она в который раз погрузилась в уныние. Но новый вызов к Артему заставил ее воспрянуть.
– Собирайся, – распорядился он. – Поедем воевать.
– Я готова, – ответила Неела, и ее глаза радостно блеснули.
– Тогда пошли на балкон, – сказал Артем и первым вышел.
Артем недолго раздумывал над своим планом: он решил напасть на первую деревню у Перекрестка и запугать собравшихся там ополченцев. Его цель заключалась в том, чтобы лишить их воли и мужества, вселив в них страх. Он даже удивился, как сам не додумался до такой простой идеи: если у тебя нет пехоты, используй «авиацию», это же очевидно!
Утром он вылетел и еще до полудня закружил над селением. В домах, землянках и вокруг костров сидело и ходило множество людей, вооруженных косами, луками и топорами. Они с удивлением смотрели на возникшее над ними чудовище.
Затем рядом с большим чудовищем появились два поменьше, и они ринулись вниз. Люди, увидев их, в страхе стали разбегаться, а два чудовища пронеслись над улицей, и толпа поредела. Чудовища взмыли вверх, и с неба начали падать испуганные люди. Такого маневра Артем не ожидал и поднялся еще выше. Он думал напугать их и побросать мины, но его спутники решили поиграть. Они захватывали людей и швыряли их с высоты.
Ну что же, решил Артем, зато мины сбережем. Но тут раздался свист, и на земле прогремел взрыв.
– Свад, стой! – крикнул Артем. – Не надо тратить снаряды.
Он сделал несколько кругов над поселком и опустился вниз. Рядом появилась Неела с двумя своими псами. Она взмахнула посохом и что-то гортанно крикнула. Из грязи и слякоти снеговой каши стали подниматься тела. Они поднимались и разбредались по поселению. Их вечно голодные глаза искали пищу.
– Всех подняла, – сказала Неела с легкой, почти зловещей улыбкой. Ее глаза горели холодным огнем, не тронутые ни тревогой, ни жалостью. Для нее, как и для Артема, не существовало места сомнениям. Перед ними стоял враг, и закон был прост: если он не сломлен, его уничтожают.
– Отлично, – произнес Артем. План Свада отменно работал. – Тогда полетели к следующему поселку…
К вечеру все три ближайших поселка опустели, а в горы потянулись вереницы людей, которые уходили из-за навалившейся на них напасти. По дорогам и поселкам бродили голодные мертвяки. Ужас охватил жителей. Ополчение, собранное главами родов, стало разбегаться, и никто не мог их остановить. Слухи о чудовищах и мертвецах распространялись со скоростью молнии. Отряды, высланные для их остановки, исчезали и появлялись падающими с неба.
После встречи с Хозяйкой гор, о которой шептали старики, Донграндан почувствовал, как в его душе разгорается огонь. Он стал смелым, уверенным в себе и решительно взялся за наведение порядка в отрядах. Обреченность, что витала в воздухе среди воинов и знати, начала рассеиваться. Донграндан, с его неистовой энергией и силой духа, завораживал всех вокруг. Его слушались, ему подчинялись без колебаний. Он спал по три часа в сутки, носился между отрядами, укрепляя их дух и готовность к бою. Казалось, он никогда не знал усталости. Его глаза горели идеей свержения царя, и он заражал ею всех вокруг.
Ополченцев строили в фаланги, подражая озерным воинам. Работники мастерили лестницы для штурма, а дружинники учились брать замки. Лучники тренировались, посылая стрелы в укрепления. Казалось, что победа уже близка, но тут пришли тревожные вести: в небе появились летающие чудовища, а мертвецы восстали из могил.
Донграндан не поверил своим ушам. Он решительно отправился проверить слухи. По дороге они встретили толпу беженцев. Люди бежали, спасая свои жизни, и никакие слова не могли их остановить. Донграндан ругался, гневался, но все было бесполезно. То, что он строил почти десять дней, рушилось на глазах. В отчаянии он поднял взгляд к небу и замер.
Над ним зависло чудовище. Он задрал голову, приложил руку ко лбу козырьком и стал смотреть, не веря своим глазам. Вскоре к чудовищу из далеких сказок про драконов присоединились еще два монстра, поменьше. Они ринулись вниз, как хищные птицы.
– Луки доставайте! – крикнул Донграндан, поднимая копье, чтобы встретить летящее чудовище. Но внезапно все погрузилось в темноту. Рядом с ним в страхе и тесноте орали люди, ржали испуганные лошади. Когда свет вернулся и вспышкой ударил по глазам, он закричал так, как никогда раньше не кричал.
Он падал с огромной высоты вместе с конем. Время замедлилось, и он чувствовал, как его сердце разрывается от ужаса. Он вылетел из седла вниз головой, кувыркаясь в воздухе. Земля приближалась стремительно, и он уже не думал ни о чем, кроме неизбежной гибели.
Но в последний момент его подхватила мягкая неведомая сила. Он оказался в пещере, дрожащий и трепещущий. С воем ужаса он пополз по полу, не в силах осознать, что произошло. Мир вокруг казался чужим и враждебным, а сердце билось, как пойманная птица в клетке.
Богиня Нарна смотрела на ползущего на коленях мужчину с холодным презрением в глазах. Ее гнев был направлен не только на него, но и на ее сестру, которая передала Нееле Полумертвой власть над нежитью. Эта власть была применена не к месту, разрушая тщательно продуманные планы Нарны.
С самого начала все казалось идеальным. Артем должен был увести войска к реке, чтобы сразиться с пиратами. Эта битва должна была затянуться на долгие месяцы, позволяя горцам атаковать его царство с востока, а великим родам – с запада. Иль должен был провести часть сил через озера, осадив Озерную жемчужину. Лишенный возможности сражаться на три фронта, Артем неизбежно потерпел бы поражение, лишившись и жены, и царства. В этом случае ему оставалось бы только воззвать к богам, которые пришли бы на помощь, потребовав от него поделиться властью.
Но судьба сыграла злую шутку. Вместо метания, Артем в образе дракона внезапно атаковал горцев, молниеносно захватил замки глав великих родов и теперь атаковал ополчение, заставив людей разбегаться в панике. Нарне пришлось спасать этого жалкого плачущего человека, и даже недавняя близость с ним вызвала у нее отвращение. Она понимала, что ее планы рушатся, и ее победа, которая казалась такой близкой, ускользает, как песок сквозь пальцы.
– Поднимись с колен, воин! – проговорила Нарна, с трудом сдерживая себя, чтобы не обругать червем того, кто теперь ползал у ее ног.
Мужчина перестал стонать, поднял глаза и замер, увидев перед собой лик своей богини – воплощение чистоты и силы. Слезы, стекавшие по его лицу, мгновенно высохли, а сердце наполнилось решимостью. Он поднялся на дрожащих ногах, словно древнее дерево, вырванное из земли бурей, но обретшее новую опору.
– Ты способен меня слышать? – Голос богини был суров, как гроза, и пронзал до самой глубины души.
– Да, – едва слышно прошептал Донграндан, но, собрав всю свою волю, добавил тверже: – Я готов тебя слушать, моя богиня.
– Тогда я верну тебя к крепостям, которые уже не удержать, – продолжала богиня. – Уводи свои отряды в горы. Я проведу тебя и защищу от дракона. Там, среди скал и снежных вершин, ты восстановишь свои силы и начнешь новую битву с узурпатором. Я буду направлять тебя, моя воля станет твоей опорой. Ты понял меня?
Донграндан выпрямился, его взгляд стал тверже стали.
– Да, – ответил он, и в его голосе зазвучала уверенность.
– Тогда ступай, – богиня сделала шаг вперед, и ее фигура растворилась в воздухе. – Но помни, тебе нужна сила. Иди со мной.
Она исчезла, оставив за собой лишь эхо своих слов. Донграндан, ведомый невидимой рукой, двинулся за ней. Он вошел в пещеру с бассейном и услышал приказ:
– Лезь в воду и получи силу.
Так он и сделал, искупался в воде, от холода которой покрылся мурашками.
– Теперь вылезай и одевайся, – прозвучал новый приказ, и Донграндан его исполнил. – Иди на выход, – прозвучал затухающий голос.
Донграндан сделал пару шагов и очутился у своей крепости. Там царил хаос: люди кричали и метались, командиры с трудом наводили порядок. Лагерь перед крепостью превратился в разворошенный улей.
Глава 10
Нарна, охваченная яростью, ворвалась в их общий дом, место, где они с Марой часто встречались. Иехиль, презрительно отзывавшаяся об этом убежище, предпочитала уединение в своих ледяных подземных пещерах. Нарна не раз пыталась понять, что делает сестру такой отшельницей, но ответа не находила. Иехиль казалась чопорной, недоступной и холодной, словно бездна над планетой. Но притом она тайно встречалась с Марселоном и ей не были чужды обычные женские слабости, которые она тщетно пыталась скрыть.
– Позови эту ледяную бездушную тварь! – крикнула Нарна, красная от гнева. Увидев сестру в таком состоянии, обычно спокойная Мара сильно удивилась, но не осмелилась возразить. Она спустилась в мрачные подземные чертоги, где царили холод и тишина.
С тех пор как Мара была здесь до своего пленения, ничего не изменилось: покрытые инеем коридоры, души несчастных, блуждающие в поисках выхода, и сама Иехиль, сидящая в своем ледяном кресле в центре большой пещеры, словно статуя, вырезанная из вечного льда.