Владимир Сухинин – S-T-I-K-S. Маугли и Зверёныш (страница 67)

Саныч соображал быстро. Он тут же стал раздавать приказы.

– Третий, осмотри машину, на ходу или нет. Второй – контроль направления, куда убежал рубер.

Жгут размазался в воздухе. Вскоре мотор «мерседеса» загудел, и автомобиль задом направился к Санычу. Саныч похвалил:

– Молодец, Третий, ты за рулем. – Саныч рывком открыл дверку микроавтобуса, закинул рюкзаки и подождал Эльзу. – Второй, на тебе тыл. Выбей заднее стекло. Третий, что с мотором, он как-то с перебоями работает?

– Выдюжит, – ответил Жгут. – Удар пришелся мутанту в колени. Со стороны пассажира мотор не задет. Радиатор сбоку помят, может, протечка. Сколько-то проедем, а там что-нибудь найдем подходящее.

– Гони, – прикрикнул Саныч, и Жгут врубил передачу. Проехать удалось пару километров. Мотор глох и надрывался.

На посту ГАИ обнаружили «Шкоду-Октавию» и «Газель».

– Останови у поста, – приказал Саныч и на ходу выпрыгнул из машины.

«Шкода» была вымазана в крови, внутри покоились останки людей в форме. А «газель» оказалась целая, в кузове продукты: ящики со спиртным, конфеты, майонез в больших банках, минеральная вода.

– Вещи в кузов, сами в кабинку, – приказал Саныч. – Поедем на «газели». Третий, за рулем, путь пока свободен. Погнали!

И снова они мчались вперед, пока не проехали полсотни километров. Саныч посмотрел в планшет.

– Мы проехали поселок Игнатовка, здесь начинается горлышко. Далее до поселка городского типа Пишмы, и сворачиваем на запад, через мост – и путь обратно, но с другой стороны черноты, – сообщил он спутникам.

– А эта Пишма далеко от Уфы? – спросил Жгут.

– Тридцать семь километров, – ответил Саныч.

– Мы так близко к Уфе не подбирались, – покачал головой Жгут.

И Саныч понял: Жгут сильно боится. «Еще бы», – догадался Саныч. Жгут не понаслышке знал, какие волны мутантов оттуда идут. Для Востока это было «Пекло».

Саныч почувствовал тревогу, это уже было не давление. Это было чувство острой опасности.

– Сбавь скорость, – попросил он и стал пробовать понять, что случилось. – Сворачивай направо, – тихо произнес он.

– Куда? Там железнодорожные пути, – растерянно ответил Жгут.

– Сворачивай и двигай потихоньку, Третий, так надо. Там будет заброшенное прудовое хозяйство и лесок, в лесу спрячемся. – Жгут осторожно провел автомобиль через железнодорожные рельсы и поехал по грунтовке. – Прими правее, – подсказал Саныч. – Так хорошо.

Скоро они увидели лесной массив. Жгут загнал машину на проселочную дорогу и остановил машину.

– Что дальше? – спросил он и в ответ услышал приказ:

– Руки в гору!

Кваз пробудился из забытья, словно вырванный из мрака глубин бездны, куда упало его сознание. Там, в бездне без начала и конца, он видел лицо врага, враг смеялся над ним. А он тонул в небытии, растворяясь в нем, и отчаянно сопротивлялся, пытался вырваться, но небытие все сильнее его засасывало, пока не поглотило полностью. И когда он готов был от отчаяния закричать, очнулся.

Кваз и в самом деле плавал в вязком болоте, погруженный в темную жижу по шею, но инстинкты хищника, настроенные на выживание, не позволили ему утонуть даже в беспамятстве. С неимоверным усилием, преодолевая предательскую слабость, он вырвался из трясины и выполз на твердую землю.

Грязь и раны не могли сломить его – природа наделила его дикой регенерацией. Кости срослись, раны затянулись, оставив лишь ноющую боль и лютый голод, как память о том, что с ним произошло. Этот голод словно демон терзал его изнутри. Кваз превратился в охотника, одержимого жаждой насыщения. Его инстинкты, обостренные до предела, вели его назад, откуда он спешно бежал. Кваз знал – пища осталась там, откуда он бежал. Не размышляя, он повернул назад и побежал к месту своего последнего боя. Он надеялся, что оставшиеся пулеметчик и водитель не станут собирать убитых, а уедут. Так оно и вышло. Среди пожухлой травы лежали голые тела убитых людей. Их основательно обобрали, но бросили гнить у черноты. Обычная история для стабов – они не устраивали кладбища и бросали тела на съедение мутантам.

Он схватил первого, кого нашел, и принялся жадно есть. Он ел долго, срыгивал и снова набивал свой желудок. Наконец утолив мучивший его голод, отяжелевший и осоловелый, побрел в сарай и упал там на землю. Он был сыт, доволен и почти счастлив. Пролежав несколько часов, он вышел, огляделся и, не увидев опасности, прихватил одно из тел, взвалил на плечо и побежал на север – туда, где должен был находиться враг.

Он домчался до места, где упал в болото, вброд его перешел и очутился перед гаражами. Откинул ворота, прикрывающие вход в гараж. Заглянул в гараж и принюхался. В сумраке гаража стояла машина, запах врага шел от нее. Значит, враг был тут, и он, оставив машину, пошел дальше пешком. Это радовало и уравнивало их шансы. Кваз двинулся дальше и вскоре увидел церковь и кладбище. Бросив тело за одну из оградок, он, таясь, направился к церкви.

Ему сразу стало очевидно, что дом за ней пуст, но на его стенах и вокруг виднелись следы недавнего присутствия людей. Может, враг прячется? Кваз, словно тень, прокрался к дому и целый час наблюдал за его тишиной и безжизненностью. Наконец, он решился и ступил во двор. Пройдясь по двору, он заглянул в баню, где еще сохранялось тепло. Облив себя водой из бочки, он смыл налипшую грязь и, чувствуя себя почти человеком, вошел в дом.

Коридор встретил его полумраком и пылью, но преодолев его, он спустился в подвал, где царил хаос. Среди разбросанных вещей он заметил копченые свиные ноги, свисающие с потолка. Сняв одну из них, он, жуя на ходу, поднялся наверх. Оказавшись на кухне, он замер. Да, враг был здесь, кваз чувствовал это по знакомому запаху, свежему и ощутимому, словно ветер только что принес его. Это означало, что враг задержался здесь по какой-то причине.

Не возвращаясь за телом, кваз схватил копченую ногу свиньи и выбежал со двора. Он вновь устремился за противником, который казался недосягаем.

Но кваз опоздал: городок, к которому он приблизился, ночью перезагрузился. Он был полон людей и перерожденных мутантов. В нем царили хаос и смерть. Но квазу «пустыши» не были страшны: он был сильнее их и быстрее. Свернув за мостом направо, он побежал в обход городка по окраине. Из двухэтажного дома-хрущевки вышла женщина и, заурчав, устремилась к квазу. Пробегая мимо, он раздробил ей голову ударом копченой ноги и, не останавливаясь, двинулся дальше.

Окраины были безлюдны. Все новообращенные пустыши-мутанты устремились в центр. Он пробежал мимо высокого забора с колючей проволокой. Навстречу ему вышли прапорщик и два солдата с автоматами в полной боевой выкладке. Вид их был испуган и потрепан. Увидев кваза, два солдата немедленно открыли огонь. От страха руки у них дрожали, и один солдат нажал на курок, забыв, что в магазине не было патронов. Зато прапорщик выпустил в кваза полрожка. Пули ударили в грудь, в плечо и пролетели выше. Из последних сил кваз налетел на троих военных и сломал им шеи. Матерясь на чем свет, он схватил солдата и затащил во двор частного дома, из которого вышли солдаты. Во дворе лежали старик и старуха с расплывшимися кровавыми пятнами на груди. На цепи сидела собака. Она забилась в будку и скулила. Дверь в дом была открыта настежь.

Кваз вломился в дом, забежал в комнату, закрыл за собой дверь и тут же упал на пол. Он потерял много крови, и она не успевала восстанавливаться. Левое плечо и грудь были прострелены. Ему повезло: ни одна из пуль не попала в сердце.

Кваз посмотрел на копченое мясо в правой руке и бросил взгляд на свежее у ног. Сняв с солдата бронежилет, он жадно ел, утоляя голод кровью и мясом. Закончив, он задремал. Проснувшись поздно ночью, доел солдата и вышел из дома.

Город окутала тишина, и кваз почувствовал, что нужно уходить. Он шел, не имея сил бежать. На пустой окраине он оказался на развилке. Враг мог оставить следы в любом направлении. Кваз остановился, пытаясь понять, куда тот направился, но не успел. Рядом появился бегун, который, заурчав, потянулся к нему. Кваз ударил его свиной ногой, сломав шею. Однако за одним зараженным пришли еще двое. Кваз отмахивался, убивая мутантов.

Он понял: в город пришли новые мутанты, среди которых могли быть сильные особи. С рубером он не справится. С трудом бы справился с лотерейщиком. Но сейчас в его положении об этом нечего и думать. Кваз вздохнул и поспешил прочь в темноту. Он хотел спрятаться в городе.

Чем больше кваз удалялся от перекрестка, тем яснее становилось: городские кварталы не укроют его от опасности. Ему предстояло вернуться к мосту и обойти город стороной. Путь удлинялся, но зато он избегал встречи с мутантами, наводнившими улицы.

Кваз всегда был прост. Его новое тело диктовало жесткие правила: не терзай себя неразрешимыми проблемами, сосредоточься на том, что можешь сделать. Отгородившись от мыслей о задержке, он устремился прочь от зараженных толп.

К рассвету кваз отошел от города на километр и, преодолевая бездорожье, углубился в поля и лесные чащи. Он шел неутомимо, словно ведомый невидимой силой, всю ночь напролет. Когда первые лучи солнца коснулись земли, он наткнулся на дачный участок. Не раздумывая, кваз разломал дверь одной из дач и, войдя внутрь, доел оставшееся мясо. Затем, обессиленный, рухнул на пол и погрузился в глубокий сон.