Владимир Сухинин – S-T-I-K-S. Маугли и Зверёныш (страница 65)
– Давно он в Улье?
– Полгода или чуть больше…
– Полгода – и такие дары? – удивился Большой.
– Да, и он спокойно убивает руберов в одиночку.
– Вот как! Вы наладили с ним связь?
– Да, мы выпросили у него место для базирования на острове. Он его оборудовал в инженерном отношении, сделал так, что туда никто носа не сует.
– Покажи, где это? – приказал Большой.
– Вот остров напротив спортивного центра, откуда арийцы набирают спортсменов.
– Он тоже спортсмен?
– Говорил, что не спортсмен, тут откормился…
– Да, откормился… – задумался Большой. – Есть предположения, где он может быть?
– На территории за водохранилищем. Там спокойно… Относительно спокойно, – поправился Волк.
– Можешь составить мне психологический портрет Маугли? – спросил Большой.
– Только поверхностно, – ответил Волк. – Я в этом не силен. Он странный.
– Я понимаю, поговори с Кларой. Пусть она составит его портрет на основе твоих слов и готовится к выходу. Я так понимаю, Маугли – это единственная зацепочка, связанная с грузом Института.
Волк молча покивал.
– Разрешите идти?
– Нет… – Большой ненадолго задумался, затем, понизив голос до шепота, стал говорить. – Волк, не хотел говорить этого раньше, но ситуация не та. Как ты думаешь, откуда берутся знахари? – Волк приподнял брови. Вопрос был непростой, но в то же время понятный.
– Как и все: человек получил дар и стал знахарем, – ответил он.
– А сколько инвизоров, бегунов, клокстоперов или пиромантов может быть в стабе? – спросил Большой.
– Много, это распространенные дары.
– А сколько знахарей ты знаешь в стабах? – спросил Большой.
– Один, всегда один, – ответил Волк. – И что это значит? – подобрался он.
– Я думаю, что знахари готовятся Институтом, а потом их отправляют…
– Куда? – спросил Волк, так и не дождавшись продолжения фразы.
– Не знаю. Может, по стабам, может, в свободный полет, так сказать. Короче, я считаю, что знахари – это агенты Института. Начни со знахаря стаба «Железный лес».
– Но если предположить, что знахари – агенты Института, то кейс может быть у Алмаза, знахаря…
– Не факт. Знахарь – человек дара, он в дела Института не лезет, у него другая задача… Он мог дать задание Маугли.
– Но вряд ли он скажет…
– Это твои проблемы, – оборвал его Большой. – Я и так много тебе рассказал, Волк. Думай, как выполнить здание.
– Допустим я узнаю, что кейс у Маугли. Что мне делать? – уточнил Волк.
– Найди его и приведи сюда.
– А если он откажется?
– Тогда поможешь ему сделать то, что он хочет… Я думаю, он ищет того, кому надо передать кейс. Из твоих слов я понял, что за материальными благами Маугли не бегает, ему нужно что-то другое.
– Знания?
– Совершенно верно. А у кого они есть?
– У Института… – Волк наконец понял, к чему клонит Большой, и уважительно на него посмотрел.
Большой всегда понимал и видел больше, чем другие. Он с самого начала был непререкаемым лидером стронгов на востоке. Попав в Улей с аппаратом Областного УФСБ, он выжил и сумел собрать выживших сотрудников. Оборудовал базу в одном из небольших стабов в лесу. Там сохранилась часть ЗКП ФСБ с оружием, техникой и всем, что необходимо на случай войны. Какое-то время он блуждал в тумане сомнений, не находя смысла в своих действиях. Но постепенно, словно по невидимым нитям судьбы, все начало выстраиваться в ясную картину. Он вступил в борьбу с мурами, а затем, шаг за шагом, и с внешниками. Его источником пополнения людей служил полуразрушенный город Стерлитамак, где он находил кадры для своего отряда. Иногда он отправлялся в рискованные вылазки в Уфу, но там опасность подстерегала на каждом шагу.
Со временем вокруг него сформировался костяк из бывших оперативных сотрудников ФСБ. Волк, один из первых, кто присоединился к их группе, сразу же проявил себя как выдающийся рейдер, чья удача была сродни легенде. Большой доверял ему самые сложные и опасные задания, зная, что Волк не подведет.
– Еще вопросы есть? – спросил Большой.
– Нет.
– Тогда иди. Выдвигайся завтра утром, прикрывать тебя будет Викинг со своими ребятами. Но на него не надейся. Это так, на крайний случай.
Волк кивнул, но сам подумал: «Знаю я эти крайние случаи. Мы на себя принимаем удар, а Викинг нашими руками загребает жар».
Большой как будто уловил его мысли, он подошел к столу и, не оборачиваясь, произнес:
– Викингу я не могу поручить это задание, Волк. Он не справится, но сможет подстраховать. Иди…
Саныч не спал, он всматривался в пространство, которое открывало окно из водонапорной башни, пил кофе, заваренный из пакетиков, и думал.
Его напарники тихо спали, и он их не будил. Завтра будет сложный день, и они должны отдохнуть. Он отвечал за них перед собой, пред Ульем. Повел их в опасный поход за чем-то незримым. По сути, он сделал свою работу, отнес кейс в стаб «Железный лес» и мог отказаться от того, чтобы передать его знахарю стаба ЗКП. Но он чувствовал, что это лишит его возможности понять Улей лучше. Улей словно подсказывал ему шаги, и он не стал противиться желанию продолжить маршрут и закончить работу. В его душе неожиданно поселилась уверенность в том, что он поступил правильно. Мелкие недочеты он во внимание не брал. Улей вел его по нужному маршруту. Это был как экзамен на зрелость. Сначала его поселили в «песочнице». Там он обрел знания, теперь эти знания надо применить. Вечно сидеть на острове и передвигаться по безопасным местам не получится. От него Улей ждет большего. Проникнувшись этой мыслью, Саныч обрел внутренний покой. Он дойдет до конца своего маршрута, и его спутники тоже сдадут экзамен на выживание. Вот что главное тут – выживать и учиться. Учишься – получаешь шанс выжить, не учишься – Улей тебя заберет. Где бы ты ни прятался, он найдет тебя.
На дороге было пусто, мутанты прошли и занялись своим мрачным кровавым делом в городе. Им там дел хватит на неделю.
Стало смеркаться, и Саныч почувствовал беспокойство, словно кто-то внутри него требовал встать и двигаться дальше. Саныч машинально разлил кофе по двум кружкам, достал две плитки шоколада и по пачке печенья, затем стал будить спутников. Оба очнулись мгновенно.
– Пора уходить, – негромко произнес Саныч и подал обоим по кружке кофе и по шоколадке. – Ешьте и собирайтесь в дорогу. – Но, подумав, Саныч решил быть честным. В нем жили две мысли, которые мешали ему. Он понимал, что надо идти вперед, и чувствовал, как с той стороны, куда они направлялись, растет давление. – Только… – Он замолчал, подбирая слова.
– Говори, дед, не томи, – проворчала Эльза. Саныч машинально ее поправил.
– Я Первый. Впереди нас что-то ждет, друзья, – произнес он.
– Что-то опасное? – спросила Эльза. Она выглядела спокойной, и голос звучал спокойно.
– Да.
– Тогда зачем туда идти? – спросил Жгут.
Саныч врать не стал:
– Другого пути у нас уже нет, Жгут, только вперед.
– Ты знаешь, что делать? – спросила Эльза.
– На месте соображу, – ответил Саныч. – Кроме того, у меня есть вы, – улыбнулся он. – Справимся.
Его слова приободрили Эльзу и Жгута.
– Хорошо, я сейчас схожу по-маленькому, вы отвернитесь, и будем выходить, – беззаботно ответила Эльза, и Жгут тоже успокоился, он верил этим людям. Саныч разглядел на его лице мысли.
«Если девчонка не боится, то и он не будет бояться».
Саныч улыбнулся.
– Второй, иди к лестнице и там сделай свои дела.
– Я тоже хочу, – стесняясь, произнес Жгут.