Владимир Сухинин – S-T-I-K-S. Маугли и Зверёныш (страница 50)

– Ага, ты поднимешь шум, тогда сюда десять БТРов примчится, – усмехнулся Саныч, но усмешка его была невеселой.

– Не убивайте меня, – попросил жалостливым голосом Жгут.

– Не хочу я тебя убивать, Жгут, но и выход ты должен найти сам. Ты же разведчик. У тебя какой дар?

– Я бегун и рукопашник. Ножевому бою обучен. Я подумаю, что можно сделать… Э-э-э, я могу их отвлечь, а вы проскользнете и уйдете. А я уж как-нибудь…

– Нет, Жгут, мы тоже прячемся. И ты нас видел. Если ты уйдешь, то станешь опасным свидетелем. Тебя могут поймать и ты расскажешь о нас. Понимаешь? – Тот отрицательно покачал головой.

– Думай, морда холопская! – прикрикнула Эльза. – Коммунист он, видите ли, за счастье он борется. Из-за тебя меня обоссали. Я сама тебя пристрелю, – и решительно достала «глок».

– Придумал! – тут же ответил парень.

– Говори, – сурово произнесла Эльза.

– Мы пойдем и убьем тех, кто в поселке. Путь на север будет открыт, и мы удерем от всех. Вот. Вы бегать умеете?

– По обстоятельствам, независящим от нас, – подумав, ответил Саныч, – мы не можем убивать фашистов. Убить их должен ты, но бесшумно. Сейчас пойдем и посмотрим, сколько твоих фашистов осталось в поселке. – Второй, если Жгут попытается удрать или напасть, пристрели его.

– Есть, Первый. А ну пошел наверх, комиссарская морда. Я тебе никогда не прощу, что меня обоссали… Так что можешь уже сейчас бежать…

– Нет, я не буду убегать, – испуганно ответил Жгут. – Вы страшные люди… Особенно девчонка… Я вам ничего плохого не сделал…

– Ты где таких слов нахваталась? – Саныч удивленно посмотрел на девочку.

– В кино видела, про революцию… А че он глупости предлагает. В расход его…

– Она шутит, – Саныч постарался успокоить побледневшего Жгута. – Иди, – подтолкнул его Саныч и первым полез из оврага.

Он вернулся на то место, откуда наблюдал за поселком. В доме рядом с тем, который подорвали, двигались три ауры. Тела рейдеров были вытащены на улицу и брошены во дворе. Сам дом дымил. Саныч взял в руки бинокль и поднес к глазам.

– Четверо, – произнес он. – Двоих добили выстрелом в голову. Ты, Жгут, остался один. Что-то плохо вас готовили для разведки.

– А нас не готовили. Месяц курс молодого бойца – и в пекло. Я выжил и получил назначение в разведроту.

– Сколько ты в Улье? – спросил Саныч, убирая бинокль от глаз.

– Год или почти год.

– Сколько в разведке?

– Семь месяцев, это мой третий боевой выход.

– А что, арийцы враги вам? – спросила Эльза.

– Фашисты. Нелюди… Так говорят отцы-командиры и политработники. Пока по земле ходят фашисты, нам нет покоя. С ними у нас непримиримая вражда…

– Хватит болтать, – прошипела Эльза. – Что дальше будешь делать? Думай.

– Отдайте мне мое оружие, я убью тех, кто в доме.

– Этих ты, может быть, и убьешь, – ответил Саныч, – но в другом доме еще трое, и они тебя увидят. Кроме того, ты поднимешь шум. Где твой автомат?

– ППС. Вон висит, на окне. Я зацепился ремнем за раму и выронил его.

– Пистолет-пулемет Судаева, – повторил Саныч, разглядывая оружие. – Плохо вас экипируют. Где глушитель?

– Глушитель у ликвидаторов, я тоже ликвидатор, но с ножом.

– Странные у вас порядки, – произнес Саныч, – можно сказать, глупые.

Пленник промолчал.

– Этих трогать не будем, – проговорил Саныч. – Уходим к дороге, там посмотрим. – Он сразу двинулся вправо вдоль кромки леса. – Идите рядом с кустами, – приказал он, – не высовывайтесь.

Вскоре он добрался до придорожной канавы и стал из кустов ежевики всматриваться в придорожные кусты.

– Есть, голубчики, двое, и пулемет, – проговорил он.

– Где? – удивленно спросил Жгут.

– Метров пятьдесят впереди на час, – ответила за Саныча Эльза. Она тут же начала срывать ягоды и пригоршнями совать их в рот.

– На час? Это как? – изумился парень.

– Ты не знаешь, что такое азимут? – спросил удивленно Саныч. – Какой же ты разведчик.

– Нас этому не учили, – смутился Жгут и опустил глаза. – Скажите, какой ориентир?

– Береза на противоположной стороне дороги, рядом куст, за ним два пулеметчика контролируют дорогу, – сообщил Саныч.

– Я не вижу там никого.

– А они сидят тихо, как положено. Теперь я понимаю, как вы напоролись на засаду. Ну что, сможешь без шума снять этих двоих? – спросил Саныч.

– Смогу, дайте нож. – Саныч вытащил нож и подал Жгуту.

– Смотри, поднимешь шум – я тебя сам пристрелю, – пообещал ему Саныч и присел.

Жгут оскалился, его лицо исказилось звериной яростью, словно он был не человеком, а голодным волком, вышедшим на охоту. Саныч почувствовал, как холод пробежал по его спине, – Жгут был в своей стихии. Он замер, наблюдая за каждым движением этого опасного человека.

Жгут с ножом в руке ужом бесшумно скользил по канаве. Его движения были плавными и уверенными, он не издавал ни единого звука, будто растворялся в воздухе. В какой-то момент он оказался за спинами пулеметчика и его помощника. Жгут мельком проскользнул по дороге и исчез.

Наступила зловещая тишина, нарушаемая лишь шелестом ветра в листьях. Но через несколько мгновений из-за густого куста внезапно появилась голова Жгута. Он медленно поднял руку, в которой блеснул окровавленный нож, и помахал им, словно приглашая. Его взгляд был радостным и решительным, он звал их за собой.

Саныч, не раздумывая ни секунды, бросился вперед. Он знал, что должен действовать быстро. Он пробежал по дороге, пригибаясь к земле, и спрятался за густыми кустами. Следом за ним метнулась Эльза, прикрывавшая его спину. Вместе они исчезли, растворяясь в листве кустов, как два призрака, уносящие с собой страх и напряжение. Все это заняло не больше десяти секунд.

Саныч присел рядом с телами арийцев. Он их не убивал и не жалел об этом. Если у них спросит ментат стаба арийцев, то он ответит, что не убивал, и это будет правда. А Жгут сам должен за себя отвечать.

– Куда бил? – спросил Саныч, не найдя раны на телах.

– В ухо, – ответил Жгут. – Что дальше?

– Бери пулемет и ленты, будешь пулеметчиком, и погнали по дороге подальше отсюда.

Саныч подождал, пока Жгут поднял FN Minimi.

– Ты им пользоваться умеешь? – спросил он.

– Да, это пулемет поддержки. Нас учили пользоваться оружием врага. – Жгут вполне уверенно держал в руках пулемет и приободрился.

Саныч обыскал убитых, нашел у помощника пулеметчика пистолет-пулемет СР–2 «Вереск» с глушителем и отдал его Жгуту.

– Оружие хорошее, – осматривая его, произнес Саныч. – Бьет на сто пятьдесят – двести метров. Милицейское оружие. Но патронов маловато, так что экономь. – Он оглядел довольного паренька. Снял с убитого арийца тактический пояс и распорядился: – Надевай пояс. Еще сними ботинки, если размер подойдет. У тебя не обувь, а черт-те что. Живчик забери и шевелись, некогда нам. – Отсчитал горох и спораны. – Вот твоя доля трофеев, три горошины и шесть споранoв.

Жгут изумленно уставился на пакет в руке Саныча.

– Это мне? – не веря, спросил он.

– Тебе. Бери. Больше ничего толкового у них не было, молодняк на обкатке. Им не повезло встретить нас.

Он подождал, пока Жгут разувал одного из убитых им арийцев, затем надел его тактическую обувь, притопнул и радостно ощерился:

– Хорошо. Я готов.

– Тогда погнали. Твой позывной Третий, я Первый, она Второй. Ты бежишь за мной, замыкает Второй. – Больше не говоря ни слова, Саныч побежал по дороге.

– Вперед, – Эльза подтолкнула замешкавшегося Жгута, и тот побежал следом. Бежали больше часа, и Жгут крикнул: