Владимир Сухинин – S-T-I-K-S. Маугли и Зверёныш (страница 43)

Сама дорога была недолгой. Проехав несколько километров по грунтовой дороге вдоль канала, Клещ попросил остановиться.

– Дальше нужно идти пешком, – сообщил он. – В подвалах насосной станции стоит генератор. Снаружи камеры слежения за окрестностями.

– Оп-па! – воскликнул Саныч. – Ты знаешь, где камеры, которые следят за подъездной дорогой?

– Да, на дереве справа от разрушенного цеха, – ответил Клещ.

– Второй, обнаружить камеру и уничтожить ее.

– Зачем? – удивился Клещ.

– Тогда кто-то выйдет посмотреть, в чем дело, и дверь в ваш подвал останется открытой.

– Ну, это да, – немного растерянно проговорил Клещ.

– Вижу камеру, сто метров. Азимут на час, камера одна, могу сбить.

– Как скомандую «огонь», то сбивай, – распорядился Саныч.

Он вылез с водительского места и стал качать энергию в ноги. В руках он зажал два пистолета.

– Огонь, – скомандовал он, и Эльза выстрелила.

– Готово, объект уничтожен, – доложила она.

Саныч бросил короткое: «Жди здесь и присмотри за Клещом», – и исчез в тени. Минуты тянулись как вечность, пока из мрака разрушенного цеха не возник силуэт. Человек неспешно приближался к дереву, словно чувствуя себя хозяином этой земли. В сумерках его лицо было неразличимо, но Саныч рванулся вперед, словно брошенный пращей, скользящий по воздуху камень. Он достиг дерева во мгновение ока и, не теряя ни секунды, выпустил две пули в того, кто осмелился выйти на проверку камеры. Фигура рухнула, но Саныч уже устремился ко входу в подвал. Массивная стальная дверь была гостеприимно распахнута, будто приглашая его внутрь. Тот, кто вышел, не удосужился закрыть ее. Саныч на это и надеялся и не мог не воспользоваться этим.

Он проскользнул в темноту подвала, как змея, и оказался среди лабиринта труб и кабелей. Сердце билось как молот, но волнение отступило перед решимостью. Пробежав короткий узкий коридор, Саныч выскочил в помещение, где четверо бандитов сидели за столом.

Они даже не успели осознать, что произошло, как восемь быстрых щелчков разорвали тишину. По четыре из каждого «глока» – и четверо врагов упали, словно марионетки, чьи нити были обрезаны. Или почти упали. Для Саныча это не имело значения. Они больше не могли ему помешать.

Саныч проскочил их, не останавливаясь. Он перешел на внутреннее зрение и увидел еще двоих в соседнем закутке. Они лежали на полу. Пробегая мимо, он прикончил и их спящими.

Впереди была дверь в торце, и она стала открываться. В проеме лицом к лицу с Санычем появился человек с седыми волосами, подстриженными ежиком. Он тоже был быстр и мгновенно исчез. Саныч же продолжал смотреть внутренним зрением и разрядил пистолеты в мерцающую страхом и недоумением ауру. Седой со стоном выпал из невидимости и кулем упал, держась за косяк двери. Он преградил вход в комнату, где остались еще двое. Саныч, перезарядив пистолеты, крикнул:

– Свой, не стреляйте! – и, создав вокруг себя энергетический щит, вошел в комнату. Он сразу понял, что эти двое не бойцы. Один пухлый, розовощекий. Второй худой с крючковатым носом. Оба бандита смотрели испуганными глазами, подняв руки над головой.

– Не убивайте, – попросил пухлый. – Мы не окажем сопротивления.

– Вы кто? – спросил Саныч, уже догадываясь, кто это. – Вермут и Торгаш?

Оба, глядя на стволы пистолетов в руках огромного мужчины, как заведенные закивали.

– Это хорошо, – произнес Саныч, его голос звучал холодно и уверенно. – Теперь я главный. Слушаете меня и радио. Где товар, спораны и все ценное? – Он говорил напористо, словно высекал слова из камня, и оба бандита, ошеломленные его внезапным появлением, молча указали руками на стальную дверку в стене. – Где ключ? – спросил Саныч, его глаза сверкнули, как лезвия клинков, и заставили сердца бандитов сильно забиться. К ним постепенно подкрадывался ледяной змей ужаса.

Оба бандита, не сговариваясь, указали на мертвого седого мужчину, лежавшего на полу.

– Это Сталь? – уточнил Саныч, его голос был полон ледяного спокойствия и уверенности. Оба бандита кивнули, их лица выражали смесь страха и покорности. – Вермут, забери ключ и открой сейф, – приказал Саныч, его тон не терпел возражений.

Он сел напротив них в канцелярское кресло, и оно жалобно заскрипело, словно прося пощады. Пухлый сидел справа, резко вскочил на ноги и бросился к убитому. Его руки дрожали, как листья на ветру, когда он снимал с шеи цепочку с ключом и протягивал ее Санычу.

– Сам открой и неси все сюда, – Саныч указал стволом пистолета на стол перед собой, и бандиты, понимая, что сопротивление бесполезно, начали выполнять его приказ.

На стол перед Санычем начали выкладывать содержимое сейфа. Сначала появилась железная круглая коробка из-под конфет, пачки купюр – и российских, и европейских, целлофановые пакеты, наполненные золотыми украшениями. Всего этого было немного.

Саныч недоверчиво нахмурился:

– И это все? – спросил он, не веря своим глазам. – Как-то маловато.

В этот момент лица бандитов изменились: страх на их лицах сменился ироничной ухмылкой. Торгаш с орлиным носом, словно хищная птица, взглянул на Саныча и заговорил:

– Уважаемый главный, как вас величать?

– Называй меня Первый, – коротко ответил Саныч.

Торгаш продолжил:

– Очень хорошо, Первый. Вы, должно быть, не до конца понимаете, что здесь происходило.

– Ну так объясни мне, торговая душа, – ответил Саныч. – Я послушаю.

– Все просто: все эти разбои, ограбления, торговля оружием и людьми нужны были для того, чтобы главари банды и их ближайшие подручные качали свои дары. Остальные, и мы в том числе, их обслуживали из-за страха быть проданными мурам. За иммунных и золото покупались спораны, горох, а главное снаряжение внешников – их оружие и патроны. Их меняли на жемчуг. Пять тысяч споранов или пять сотен гороха – черная жемчужина. Если нужна красная, то добавляли золото или снаряжение от внешников, но обычно за красную жемчужину давали черную жемчужину и пятьсот споранов или пятьдесят гороха. Поэтому тут на столе только расходный материал. То, что осталось от продажи…

– Интересно, и что, жемчуг можно так легко купить?

– Нет, жемчуг этот к нам с западных земель привозят торговцы. Там, за Оренбургом, простираются дикие просторы, где нечисть ордами бродит по землям. В тех местах много элитных зараженных, и потому жемчуг там дешевле. Можно, конечно, купить его и в Северном Форте, что южнее Уфы, но это обойдется дороже. На севере цены на жемчуг всегда выше. Северяне не принимают золото, в отличие от оренбуржцев, которые, видимо, не имеют связи с внешним миром. Они активно торгуют с теми, кто живет западнее: с Саратовом, Самарой, Казанью, – и заглядывают сюда. А у нас тут степь да степь, места не слишком людные, и жизнь течет своим чередом, без суеты большого мира. Но зато есть выход на внешников. Главари банды, а они менялись часто, поняли, как можно извлечь выгоду, не особо себя утруждая. Только поверьте мне, Первый, это до добра не доводит. На нашей памяти вы пятый главарь.

– Я вас понял, но я не главарь, я командир. И вот думаю, что с вами делать.

– Как что? – воскликнул Торгаш. – Оставить здесь. Мы тут прижились, можем быть полезными. А в стабах… Там сами знаете: работай за один споран с утра до вечера, и никакой благодарности.

– А вы что, жили в стабах? В каком?

– Нет, нас прихватил Дракула, это один из прошлых главарей. Любитель компьютерных игр. Мы сидели в ресторане, когда началась загрузка, и нас схватили его бандиты. Хотели сдать мурам, но мы с уважаемым Вермутом доказали свою полезность на поприще торговли. И вам поможем, если что захотите продать или купить…

– Даже не знаю… – задумался Саныч. – А если нагрянут люди Берии? Гориллу-то мы вроде отправили на небеса вместе с его бандой и квазом, но могут прийти другие.

– А об этом не беспокойтесь. Тут все в округе заминировано. Если кто попробует взять стаб приступом, то он пожалеет. Еще пулеметы. Управление всем этим оружием происходит из дежурной комнаты.

– А когда дизель или бензин кончатся, кто вам его будет доставать? – спросил Саныч.

– Зачем нам дизель? – удивился молчавший все время Вермут.

– Как зачем? Для генератора.

– А у нас турбина внизу, электричество от нее поступает. Тут были умельцы… Правда, их уже нет, сгинули.

– Да-да, сгинули, – задумчиво повторил Саныч.

– Вы нам тройку охранников поставьте, и не беспокойтесь, – предложил Торгаш. – Мы сохраним это место для вас. Вижу, вы не бандит, только бедный и в обносках. Хотя бывалый.

– На меня одежду трудно найти, – машинально ответил Саныч. – А бедность не порок. Я вот что подумал: я вас оставлю, а вы меня подорвете, когда я вернусь.

– А мы вам коды деактивации дадим, – ответил Вермут. – Мы с Торгашом дежурим тут, когда бандиты уходят в рейды. Все знаем, все изучили. Привыкли жить в одиночестве.

– Постойте, – опомнился Саныч. – Так тут все покрыто минами!

– Да, все подступы, и можно осуществлять подрыв частями…

– Вот же хорек, умолчал, – проговорил Саныч и произнес в рацию: – Второй, тащи Клеща сюда.

– О, вы не один? – произнес Торгаш.

Саныч не ответил, он смотрел на черную жемчужину, и мысли несвоевременные и не совсем приятные роились в его голове. Он знал поверье Улья, что не использованный жемчуг притягивал к себе неприятности. Вот они случились с бандой. Может, и не сразу, но жемчуг тянет к себе любителей легкой добычи. Об этом надо будет обстоятельно подумать. Он вышел из задумчивости и отдал новый приказ: