Владимир Сухинин – Король мертвецов (страница 47)
Лодки с воинами стремительно понеслись к берегу, а плот, подняв «якорь», поплыл следом. На плоту сидели у ног Артема и смотрели безразличными, ледяными глазами псы. Им не было никакого дела до суеты живых. Они ждали команду от своего повелителя, а тот, как и они, смотрел на берег и молчал.
Вот воины высадились и, растянувшись полумесяцем, пошли к линии домов. Свернули к югу и стали выбивать хрупкие двери жалищ. Плот с Артемом пристал к берегу и в сопровождении Неелы и пятерки псов-ширдов он сошел на причал. Прошел по доскам и поднялся на невысокий пригорок с вытоптанной, пожухлой травой. Подошел к одному из домов и толкнул дверь. Она оказались запертой. Ударом ноги он сломал засов, и дверь распахнулась. Мысленно приказал двум псам пойти вперед.
Псы рванулись внутрь, и тут же в доме раздался истошный мужской крик и вопли ужаса нескольких женских голосов. Артем вошел следом. На полу в небольшой комнате лежал в луже крови воин, и псы сидели над ним. Его шея была разорвана в клочья, на боку одного из псов рыжел широкий порез от удара топором. В дальний угол, за очагом, забились старуха, женщина лет тридцати и девочка лет двенадцати. На их лицах застыл ужас.
– Если хотите жить, выходите к общинному костру! – приказал Артем. – Два раза не повторяю, если сейчас не выйдете, вас сожрут эти псы. Первой метнулась к выходу старуха. Она пробежала мимо псов и скрылась в дверях. Женщина и девочка, пошли следом, осторожно обходя стороной тело мужчины и собак.
– Жрите! – разрешил Артем и вышел.
По всей южной оконечности поселка шли короткие стычки. Шавланы, не сумев организовать общее сопротивление, отчаянно и фанатично сражались по одиночке и так же быстро гибли под натиском превосходящих сил союзных отрядов. Воины Артема методично обходили дома, выгоняя женщин и стариков к общинному костру. Общего сопротивления не было. Каждый шавлан защищал свой дом. Мужчина-воин, или подросток, или старик, оказавшие сопротивление бесславно гибли от рук пятерки воинов, заходящих в дом.
Вскоре оттуда потянулся ручеек женщин и детей. Они теснились у общинного костра и горько рыдали.
Еще через полчаса подошел сотник тойва Торгул.
– Вождь Артам. В одном из домов засел шаман, нам туда не пробиться. Уже пятерых воинов потеряли. Травит, гад, чем-то…
Артем кивнул, показывая, что понял его, и мысленно приказал вожаку притащить шамана живым сюда.
– Пес притащит этого шамана, Торгул. Покажи ему нужный дом.
Пес и сотник ушли.
«Действительно, странное племя, – подумал Артем, – мужчины гибнут, но не сдаются. Или фанатики, или обреченные. Сейчас узнаем».
Он вскоре увидел, как по направлению к нему воины волокли человека в красном балахоне. Шамана притащили. Нога и рука у него были перекушены. Он корчился и стонал.
«Молодой. Лет двадцать всего», – разглядывая пленника, подумал Артем и спросил: – Тебя как зовут, парень?
– Не тебе, еретику, знать мое имя. Убей меня лучше… – злобно, преодолевая боль, прохрипел шаман.
– Убить я тебя всегда успею, – усмехнулся Артем. – Ты, значит, поклоняешься Дракону…
– Не твое дело, темный. Что б ты сдох!..
Артем понял, что спесь и гордыня этого шамана перекрывают его разум. Он кивнул на пленника сотнику Торгулу и отдал приказ:
– Поработай с ним, чтобы он смог отвечать на мои вопросы.
Шамана подхватили двое воинов и потащили за бугор, к воде.
Южная часть поселка была зачищена, и воины пошли изс центра на север. Там тоже проходили короткие стычки, и оттуда тоже потянулся новый ручеек женщин и детей.
Когда весь поселок был очищен от оказывающих сопротивление воинов шавланов, в толпе женщин оказалось всего пяток стариков, и тех таких дряхлых, что не могли держать в руках оружие. К этому времени шаман сдался и готов был отвечать на все вопросы. Артем направился к месту дознания. На него смотрело и скулило запуганное существо, которое человеком назвать можно было весьма условно.
– Он говорить может? – поинтересовался Артем.
– Может, – спокойно отозвался Торгул. – Сначала грозил карами, потом молил Дракона дать ему силу, потом плакал, а потом сдался. Спрашивай его, вождь Артам.
Артем кивнул и задал вопрос.
– Вы откуда черпаете силу?
Ответ шамана Артема покоробил.
– Жертвы… мы приносили нашему повелителю в жертву младенцев…
– Вот как? – неприятно удивился Артем. – И что вы с ними делали?
– Топили в болоте. Там есть одно святое место, и туда бросали новорожденных, а взамен получали силу…
– Что за святое место? – уточнил Артем?
– Место силы… Там много магической силы…
Артем задумался.
«Уж не про это ли место говорила ему Иехиль? Нужно будет туда наведаться».
– А как матери отдавали своих детей? Не жалко было? И как часто вы приносили жертвы?
– Мы приносили в жертву детей рабов…
– У вас есть рабы? – удивился Артем, – и где они?
– На восточных островах лагеря рабов. Мужчины и женщины…
– Много там рабов и кто эти рабы? – допытывался Артем?
– Сотня где-то… когда больше, когда меньше. Это тайно украденные мужчины и женщины… больше женщины, из союзных племен. Мы их воровали по дорогам и тайно вывозили на острова.
– Странно, – недоверчиво произнес Артем, – и что, никто не заподозрил ничего?
– Мы к себе никого не пускали. А люди пропадали с концами, и все…
– Давно это у вас практикуется?
– Давно, еще до моего рождения. Первый озаренный был шаман Шалман. Он получил откровение от нашего господина и силу от него. Потом племенем правили уже шаманы, а вождь был так, для показа остальным племенам, он ничего не решал…
– И где теперь ваши шаманы?
– Погибли… все.
– Все? Что-то не верится, – невесело усмехнулся Артем. – А кто на островах?
– Там только рабы в загонах, рыбаки и охрана.
– Много охраны?
– По два десятка воинов на загон.
– Торгул, – обратился Артем к сотнику. – Бери этого озаренного, пару лодок с воинами, и поплывем к месту их силы.
Сотник кивнул и отдал короткий приказ одному из воинов. Тот сорвался с места и убежал.
– Как остальные члены племени относились к вашим жертвоприношениям? Одобряли? – спросил шамана Артем.
– Мы устраивали по этому случаю праздник. Жертва господину – это радость для всех…
– И как часто вы это дело праздновали?
– Каждый новорожденный месяц…
– Да уж… – протянул Артем и замолчал. Затем, подумав, спросил вновь. – А как рабы относились к тому, что у них забирали детей? Не бунтовали?
Мы сводили вместе мужчин и женщин заставляя их совокупляться. Потом женщин, которые беременели, отделяли от остальных… Некоторые убивали себя, и мы заменяли их на новых женщин…
Больше Артем спрашивать не стал. Ему до жути захотелось придушить шамана. Он отвернулся, переборол себя, подождал посыльного и вместе с воинами и пленным шаманом направился к лодкам. По указке пленного они обогнули южную оконечность острова и на паре лодок поплыли на восток. На полпути к первому острову Артем увидел ярко разукрашенный большой буй. На нем стоял весь в цветных ленточках кол. На верхушку был нанизан человеческий череп с венком из засохших цветов.
– Вот это место силы, – указал рукой шаман и вдруг злорадно ухмыльнулся.
– Стой! – быстро приказал Артем. Он заподозрил неладное. Внутренним звериным чутьем ощутил приближение опасности. С этими прихвостнями Дракона нужно быть очень острожным. Он выхватил костяной нож. А пленник вдруг разорвал веревки на руках и поднял руку к небу. Артем не задумываясь быстро полоснул его по шее ножом и крикнул:
– Иехиль, эта жертва тебе!..
Кровь хлынула на ноги шаману. А он быстро и резко встал на ноги, рукой оттолкнул Артема. Неожиданно толчок оказался очень сильным, и Артем, потеряв равновесие, кубарем полетел в воду.
Шаман зарычал и повернулся к Торгулу. Его руки превратились в лапы с когтями. Мантия затрещала… Артем уже ничего не успевал сделать. Торгул же, не раздумывая, сиганул в воду следом за Артемом. За ним почти мгновенно последовали гребцы. А с другой лодки в шамана полетели дротики.