Владимир Солоухин – Сорок звонких капелей. Осенние листья (страница 42)
А я ушел… Я долго нес
Пучок сухой травы в руке.
«У тех высот, где чист и вечен…»
У тех высот, где чист и вечен
Высокогорный прочный лед,
Она, обычная из речек,
Начало робкое берет.
Архар идет к ней в час рассвета,
Неся пудовые рога,
И нестерпимо ярким цветом
Цветут альпийские луга.
На камень с камня ниже, ниже —
И вот река уже мутна.
И вот уже утесы лижет
Ее стесненная волна.
Потом трава, полынь степная,
И скрыты в белых облаках
Вершины, где родилась злая
И многотрудная река.
И наступает место встречи,
Где в воды мутные свои
Она веселой бойкой речки
Вплетает чистые струи.
Ах, речка, речка, может, тоже
Она знакома с высотой,
Но все ж неопытней, моложе
И потому светлее той.
Бродя в горах, величья полных,
Узнал я много рек, и вот
Я замечал, как в мутных волнах
Вдруг струйка светлая течет.
И долго мчатся эти воды,
Все не мешаясь меж собой,
Как ты сквозь дни мои и годы
Идешь струею голубой.
Цветы
Я был в степи и два цветка
Там для тебя нашел.
Листва колючая жестка —
Все руки исколол.
Цветы невзрачны — не беда,
В степи ведь нет других.
Скупая горькая вода
Питала корни их.
Вся жизнь для них была как боль
В пустынной стороне,
И не роса на них, а соль
Мерцала при луне.
Зато, когда железный зной
Стирал траву с земли,
Они в пыли, в соли земной
По-прежнему цвели.
А если розы любишь ты,
Ну что ж, не обессудь!
Мои колючие цветы
Не приколоть на грудь.
Погибшие песни
Я в детстве был большой мастак
На разные проказы,
В лесах, в непуганых местах
По птичьим гнездам лазал.
Вихраст, в царапинах всегда