Владимир Снежкин – Академия (страница 15)
— Твой обидчик очень популярен сегодня, — послушав разговоры окружающих, заметила Урсулла. — Как ты думаешь, его зачислят?
— Мы не знаем, как он сдал первые два экзамена, — пожала плечами Тиллиана. — Даже если неведомым образом зачислят, хотя его интеллектуальные возможности у меня вызывают сомнения, я сделаю все, чтобы его здесь не было. Ты же знаешь, я никогда и ничего не забываю.
— … ту Люсю! Екарный бабай! — вырвалось у меня, едва мы с Содером оказались наедине, спустившись на улицу под предлогом подышать свежим воздухом. — Можно считать, мы спалились!
— Оу-оу-оу! Поменьше слюней, Гарет, а то ты сейчас забрызгаешь нам всю Академию! — Содер прошел к ближайшей скамейке, уселся на нее, и с удовольствием потянул свежий вечерний воздух, наполненный ароматами травы. Солнце уже скрылось за горизонтом, так что мы сидели в свете двух фонарей, освещавших вход в здание общежития. — Кто тебе сказал, что мы спалились?
— Чую я, — я уселся рядом с Содером и откинулся на спинку скамейки. — Ты думаешь, маги не заинтересуются результатами наших испытаний?
Содер пожал плечами.
— И? Пусть даже заинтересуются, что с того? Мне, допустим, тоже интересно, почему реакция этого булыжника оказалась совершенно иной, чем у других.
— Добавь сюда экзамены, — не унимался я. — Не знаю, как ты, но я на все вопросы ответил. Причем, уверен, правильно. Надо было несколько ошибок для видимости сделать.
— Там такие вопросы были, что на них ответила бы даже обезьяна! — возразил Содер. — Если бы мы сделали с тобой хотя бы по паре ошибок, нас бы точно не зачислили.
— Почему?
— Потому, что все остальные тоже ответили на них в полном объеме и правильно.
— Ну, не знаю, — слова Содера не развеяли моих сомнений. Мне казалось, что мы с ним допустили где-то ошибку. — Зачем тогда нужны эти экзамены? Я всегда думал, что они призваны отсеять лишних.
— Я тоже так думал, — качнул головой Содер, — пока не увидел вопросы. Теперь я уверен, что экзамены лишь ширма. Принимают в Академию по результатам тестирования, и здесь можно только радоваться, что артефакт на нас так необычно отреагировал. Я тут за ужином примерно прикинул, на каком мы месте, если брать уровень наполнения Камня.
— На каком?
— В районе сорок пятого — пятидесятого. То есть, мимо кассы. Теперь же, уверен, есть большая вероятность, что нас возьмут.
Я вздохнул.
— Будем надеяться, что ты прав и я загоняюсь. В последние дни у меня что-то с нервами не в порядке, — поймав вопросительный взгляд Содера, пояснил. — Мне все время кажется, что за нами кто-то следит.
Содер сдержанно улыбнулся.
— Потом тебе начнет мерещиться, что с тобой кто-то говорит. Что-то вроде «Га-а-аре-е-ет! Иди-и-и ко мне-е-е! Загляни-и-и в унита-а-аз! Я зде-е-есь!».
— Не смешно! — огрызнулся я.
— Шучу, — Содер со смехом хлопнул меня по плечу и встал. — Нервы все это, мой друг, нервы. На нашем месте кто-то другой вообще бы с ума сошел. Попасть в другой, совершенно незнакомый средневековый мир, в котором есть магия, и оставаться при этом совершенно спокойным невозможно. Я тоже очень волнуюсь, но стараюсь все воспринимать с улыбкой. Поверь мне, помогает. А теперь пойдем спать.
Я схватил протянутую Содером руку и рывком встал.
— Пойдем.
Темный маг девятого круга Аврелий Драгомир встал из-за своего стола, и с задумчивым видом прошелся по кабинету. Вернулся к столу, и невидящим взглядом посмотрел на столешницу, на которой продолжало мягко светиться изображение входа в здание общежития,
— Другой мир, стало быть, — Аврелий провел рукой по шевелюре, про себя даже не отметив это привычное движение. — Другой мир… Наверняка, более развитый. А я-то голову ломал, откуда такие познания, откуда такая скорость мышления… Значит, вы, ребята, не шпионы.
Неожиданно, темный маг вспомнил про слова Содера об экзаменах и усмехнулся. Интересно, что сказал бы этот пришелец из другого мира, если бы узнал, что он со своим другом оказались единственными, кто ответил на все вопросы. Причем правильно! У всех остальных результаты были намного хуже.
— Связаться с Грасием сейчас? — прошептал Аврелий. — Или рассказать обо всем с утра?
Чуть подумав, темный маг склонился ко второму варианту. Завтра! А теперь следует поспать.
Двести пять абитуриентов, включая меня и моего глубокоуважаемого американского партнера, в две шеренги стояли на академической площади и, затаив дыхание, смотрели на главу учебного заведения Грасия Децимуса Флора, в своей белой мантии неторопливо шагавшего в нашу сторону от главного здания. Позади нас нестройной толпой с ноги на ногу переминались родители, а прямо перед нами, в десяти метрах, лицом к нам стояли пять десятков магов, разделенных по цветам их мантий на шесть примерно одинаковых по численности групп. Среди них я без труда нашел всех членов вступительной комиссии.
— Как думаешь, я поступил? — сдавленно прошипел Тин, ощутимо дернув меня за левую руку.
— Тссс! Слушай его, — кивнул я на ректора, как раз взошедшего на красивую резную трибуну, выточенную каким-то гениальным мастером из кроваво-красного дерева.
На секунду оглянувшись на своих коллег, ректор повернулся к нам, несколько раз кашлянул, прочищая пересохшее горло и начал:
— Я вас приветствую, дорогие абитуриенты. Сегодня, в этот знаменательный день, весь преподавательский состав Академии Магии Восточной провинции Тардинского королевства поздравляет вас с окончанием экзаменов и испытания, которые вы все успешно прошли. Помните, это была проверка Ваших достижений и успехов Ваших наставников. Это, смело могу сказать, был первый самостоятельный шаг Вашей жизни. К величайшему нашему сожалению, мы не можем принять всех, хотя все, безусловно, были достойны….
Ректор говорил минут двадцать! Без запинки, и с витиеватыми словесными кружевами, довольно сложными для запоминания. Наверняка, выучил одну речь, и повторял ее ежегодно. Волнение, охватившее абитуриентов при появлении ректора, к концу его выступления заметно спало. Однако, стоило ему предоставить слово Клофелинщице для оглашения результатов, градус толпы вновь подскочил до критической отметки.
— Ясий Дор Ханг, — звонко зачитала симпатичная магесса, и очередной абитуриент, двадцатый по счету, встал в один ряд с остальными по правую руку от ректора.
— Тиллиана Типполи Талииди.
О! Старая знакомая, гордо вздернув подбородок, брачующимся павлином прошествовала к счастливчикам.
— Урсулла де Кляйне, — вот и ее подруга побежала следом.
Затем последовало еще шесть фамилий, среди которых было четверо наших соседей по комнате. Неужели мы с Содером не прошли? Мое волнение достигло апогея. Осталось всего два места! Ну же!
— Гарет Плевакус и Содер Смэлл! — торжественно выпалила Клофелинщица сразу две фамилии.
Два наших имени! И две наших фамилии!
— Уф, — рядом облегченно выдохнул Содер и мы под завистливые взгляды сотен глаз последними присоединились к теперь уже студиозам.
— Парни! Поздравляю! — встретил нас Тин, восторженно сверкая на меня косым правым глазом.
Из Академии нас выпустили часа через три, повелев вернуться к утру. Я уж думал не доживу до этого светлого момента — уж больно убийственными по скукоте и продолжительности были и утешительная речь ректора, обращенная к тем, кому не повезло, и последовавшая за ней церемония посвящения в студиозы тех, кому повезло.
Парни сразу помчались к своим родным, а мы с Содером направились к знакомой таверне на окраине города. На входе в нее нас встретил самолично Хромой. Увидев наши знаки студиозов, он расплылся в довольной улыбке.
— Поздравляю, парни! Эй, Сиплый, Корявый! Встречайте наших героев! Герда, накрывай стол, будем отмечать!
— Хромой! Нам нужно завтра с семи утра быть в Академии, — поспешил заявить я.
— Клянусь Валесом, вы там будете! — ударил себя в грудь Хромой, и потащил нас вглубь таверны.
Он сдержал свое обещание. Несколько дюжих молодцев бандитской наружности привели нас с Содером прямо к воротам Академии в полседьмого утра, после чего поспешили покинуть элитный район — уж больно много бодрствующих стражников тут было даже в столь ранний час. На пути к Академии нас останавливали три раза, и все три раза без разговоров отпускали, едва завидев значки студиозов.
— А как они выбираться-то будут? — заплетающимся языком спросил Содер. — Их же опять стража тормознет.
Я легкомысленно пожал плечами.
— Не знаю, но полагаю, что выбираться им из этого района не впервой. Помнишь, Сиплый рассказывал, как обнесли тут дом…
— Тссс!!! — прижал палец к губам Содер, и я тут же прикусил язык, воровато посмотрев по сторонам.
Действительно, что-то я слишком разболтался. Так, что мы имеем? Сбор всех студиозов у нас в девять, а сейчас, как заявил один из наших сопровождающих, половина седьмого. Значит, мы успеем вздремнуть и хотя бы немного прийти в себя после бессонной ночи.
— Спать! — заявил я, и первым, на заплетающихся ногах, вошел на территорию Академии.
Позади Содер негромко затянул:
Что это? Слова смутно знакомые, мотив тоже. Гимн Соединённых Штатов! Только в переводе на местный язык.
— Слышь! Янки! Ты чего тут разгорланился? Родной флаг померещился?
— А что? — сосредоточил Содер на мне мутный взгляд. — Имею право!