Владимир Сметанин – Долг платежом ужасен (страница 5)

Он рассеянно похлопал себя по карманам, извлек из пачки сигарету, вставив ее в рот фильтром наружу:

- Пойду, перекурю, - и вышел.

***

Не так просто вести разведывательную деятельность, когда приходится оперировать с оглядкой, таиться - инкогнито, так сказать. Необходима, во-первых, какая-то исходная информация о предмете исследования, и - на основании этого - план предстоящей работы.

Почерпнутых из рассказа Лобова сведений было явно недостаточно, чтобы составить ясную картину производственно-экономической деятельности ООО «Эко». Уточнив по интернетовской карте путь до намеченной цели и проведя онлайн-рекогносцировку местности, с весьма сомнительным планом действий Букин завел свое авто и двинулся в поселок Кедровый с прилегающими слободами. Дорога заняла полтора часа, как и ожидал Букин, изучив карту. Он, не останавливаясь, проехал Кедровый до середины, аккурат до указателя поворота направо и знака «д. Моховая», где свернул в переулок. Моховая открылась сразу же за ручьем, разделявшим два населенных пункта. В отличие от Кедрового, с его многочисленными новыми постройками, деревня носила вид утомленный и неухоженный. Старый шифер, продукт давних пятилеток, перемежался листами более нового, коим латали прорехи; пластиковые окна, вытеснившие неприглядные дедовские, стеснительно жались в окружении серых, щелястых стен; некогда молодые, стройные тополя разрослись до неприличных размеров, искривились и запустили корни в огороды, мешая произрастанию картофеля и огурцов. В тени заборов и тополиных кущ бесцельно лежали собаки и рылись куры. Время от времени из калиток выходили женщины и спешно направлялись в магазин, нарушая дремотное состояние улицы. Вдосталь наговорившись с прочими покупательницами, они так же торопливо и озабоченно возвращались домой. Вот с кем бы поговорить на волнующую Андрея тему! Уж словоохотливость – этого у порядочной дамы не отнимешь, особенно, если тема предложена злободневная. Например, с кем ходит Варька Петухова, несмотря на то, что старый ее ухажер всем нравился, а новый – нет. И много довольно встречалось Андрею женщин по пути его следования. Да. Но только в данном случае дама не годилась, совершенно никак. И он проехал мимо нескольких жительниц Моховой, не уделив им никакого внимания.

В тот же час на центральную улицу деревни вынесло Николая Зорина, который после вчерашних посиделок с приятелем чувствовал себя очень скверно и часто припадал к чайнику, делая глоток-другой холодной воды. Но самочувствие не улучшалось. Как назло, кроме чая, никаких иных напитков в доме не нашлось, ничем не мог помочь и приятель, который пользовал себя разбавленным одеколоном. Николай едва не лишился чувств, когда уловил запах снадобья и тут же ретировался. Ему как-то претило прибегать к подобным напиткам: как-никак бывший музыкальный руководитель клуба, баянист и частушечник. Не зря вышла за него Зинаида Петрова. Хотя теперь- то понимает, что совершила большую глупость. Да кто ж знал…

Внимание Николая привлек автомобиль, возле которого суетился владелец, пытаясь вытолкнуть экипаж из рытвины на грязной дороге. Он заходил то спереди, то сзади и старался сдвинуть транспортное средство с места. Но напрасно: коварная дорога не желала расставаться со своей добычей и, подавшись было чуть вперед или назад, тут же съезжала обратно.

«Идиот!» - вполне обоснованно пробормотал Николай Зорин и продолжил свой безрадостный путь. Но тут же остановился, объятый неким предчувствием. Водила призывно махал ему рукой.

Николай направил свои стопы к застрявшей «японке».

- Ну?

- Приветствую! – озабоченно отозвался бесталанный шофер, - так вот, видишь, увяз я. Подмогни! А я дам газу. Попробуем сначала вперед.

И он уселся за руль, а Николай занял позицию за багажником автомобиля, упершись в него обеими руками. Одновременно с подачей крутящего момента на ведущие колеса из-под них полетели ошметки грязи и заляпали Николая Зорина от горла до колен.

…ть! – вскипе л Николай, озирая фасад своего поруганного костюма, и в сердцах двинул кулаком по багажнику. Зато автомобиль выбрался на твердую дорогу.

- Ах ты, горе какое! – сокрушенно воскликнул водила, и принялся рвать траву поблизости в дополнение к той, которой Зорин чистил оскорбленное платье.

- Тьфу ты, пропади оно все пропадом! – негодовал тот, отбрасывая грязные пучки травы.

- Да ты не расстраивайся сильно! – увещевал его владелец авто. Я выложу тебе компенсацию.

И с этими словами он протянул Зорину руку:

- Андрей. В прошлом соболятник.

Несколько оживившийся при упоминании компенсации Николай сунул было навстречу свою сильно загрязненную ладонь, но тут же убрал ее, и стал яростно тереть листом лопуха. После этого рукопожатие состоялось.

- Поскольку кафе здесь нет, приглашаю в этот салон, - гостеприимно распахнул дверцу автомобиля назвавшийся Андреем. – Там у меня есть кое-что выпить и закусить. Это будет кстати после неприятностей.

- Ну, если так… - и Зорин последовал приглашению.

- А как же ты из соболятников да сюда? – спросил он, усаживаясь.

- Соболей мало стало, и шкурка нынче стоит копейки. Раньше белка и то больше стоила. - Букин почему-то не испытывал никаких угрызений совести. Да и на самом деле скупщики меха ущемляли промысловиков, это он знал довольно твердо.

- Чего тебя сюда-то занесло, в нашу Неурожайку, тож? – спросил Зорин, устраиваясь на широком заднем сиденье и наблюдая, как автовладелец достает бутылку водки, алюминиевые стаканчики и картонную коробку с закуской.

- Услышал я, что здешнее «Эко» четко занимается лесом, и хорошо живет. Заработок… И вот решил подать заявку, на работу устроиться. Есть шансы, как думаешь? А прежде захотел осмотреть окрестности, природу, где мне жить и трудиться. Вот заглянул и сюда.

Николай Зорин, как человек, привыкший к конкретике, ничуть не удивился такому стремительному вступлению, кивнул и осушил прежде предложенную чарку, шумно втянув ноздрями воздух.

- А ты по какой части спец-то, и кто тебя надоумил? На блюстителя ты не похож, заметно. Хотя вопросы задаешь.

- Я, видишь, какое дело – экономист. А у вас, как я понял, экономист ушел. И все бы ничего у меня, но цены растут, а зарплата моя – нет. Ну и пожалуйста – я имею подходящий стаж, очень подходящий, экономику прочувствовал вдоль и поперек.

- Осталось по диагонали? Ну-ну. Директор-то, Разуваев, имеет жительство в городе, сюда наезжает, чтобы наводить порядок. Жесткий мужик, что тебе фельдфебель. Не иначе, метит в губернаторы.

- Ну да, ну да. Плох тот фельдфебель, который не мечтает о мировом господстве.

- Вот я и говорю: нахватает бабок, и исчезнет, если раньше не пресекут.

- Храни нас, небо! А чего же такого пресекать, он ведь старается, двигает производство.

- Ха, двигает, само собой, - но тут особая история, - Зорин выразительно посмотрел на владельца авто, забывшего об обязанностях хозяина.

- О-о, один момент! – спохватился тот и наполнил стаканчик, тут же придвинув Николаю закуску. – Лосося в медово-горчичной глазури я не имею, но есть шпроты.

- А что же ты сам? - спросил тот.

- Так ведь хочу насчет работы зайти к эко-начальству.

- Ну, смотри. А система там старая, испытанная. Мужики валят, пилят лес, берут накладную – и в город его, к потребителю. Честь по чести. Только везут меньше, чем значится в бумагах. Остается на навар. Эти остатки потом отправляют тоже, но приемку не оформляют, если нет сигнала, что кто-то бдит. То же и с левыми заготовителями. Они сдают в «Эко» лес по сниженной цене, зато дальше – никакой мороки. Риск только, если застукают в лесу, или по дороге оттуда, с бревнами. Но жить-то надо.

На улице показалась фигура, влекущая двухколесную тележку с алюминиевой флягой литров на 40. При ближайшем рассмотрении она оказалась некрупной старушкой весьма почтенных лет. Было заметно, что транспортировка давалась ей нелегко, особенно там, где были колдобины.

- Хм, - произнес Андрей, - а что, она молоко продавать везет, что ли? Урожайная у нее корова!

- Какое молоко, какая корова! – фыркнул обретший легкий румянец Николай. – Воду она везет с колонки, для хозяйственных нужд – чай там, стирка, грядки…

- Это же сколько фляг-то надо! А что, водопровода нет?

- Был когда-то – износился. Заменить нечем, трубы дорогие, да и возиться-то с ними некому. Мужики на вахтах. Вот бабка Тюрина и тащит воду на себе. Которые с транспортом – им проще, а бабка живет одна. Летом грядки, зимой – дрова, ну и вода нужна, конечно, хотя не так много. Так что зима экономит нам деньги.