Владимир Скворцов – Смута. Дилогия (страница 9)

— Да, Ванька диверсант от бога.

— Ладно, Лёва, хватит чужие косточки перетирать, там нас с тобой люди уже наверное ждут.

Все, кто нам был нужен, уже оказались на месте.

— Друзья, я вас пригласил, чтобы совместно обсудить проблему оружия и его производства.

Общий недовольный ропот можно было свести к одному — я ничего про бомбы, пушки, сабли не знаю. Пришлось немного остудить слишком говорливых и непоседливых.

— Про оружие и его применение много знают они, — и я указал на Лёву с Ваньшей. — И немного знаю я вследствие присущей мне любознательности и привычки читать разные книги. Но никто из нас в достаточной мере не обладает знаниями и навыками, позволяющими это оружие изготавливать. Зато этими знаниями обладаете вы.

— Но я не имею никакого отношения к оружию, — продолжал возмущаться Иван Михайлович.

— А вы наш штатный историограф и секретарь, вам вести летопись наших деяний и протоколы всех заседаний. А как вы думали — бюрократия прежде всего!

После этих слов я имел возможность наблюдать изумлённое лицо Ивана Михайловича, даже потерявшего от сказанного дар речи.

— Не беспокойтесь, коллеги, никто от вас не потребует немедленно начать производство автоматов Калашникова или пулемётов, снайперских винтовок, самолётов и танков. Но ознакомиться с постановкой задачи и существующими образцами оружия, а также обсудить возможности внесения в него необходимых изменений, улучшающих его характеристики, мы должны уже сейчас.

Сегодняшний разговор будем считать ознакомительным с имеющимися проблемами и пожеланиями военных специалистов. Хорошо бы и им познакомиться с местными мастерами и возможностями имеющегося производства. Надеюсь, что наша беседа даст вам пищу для размышлений о путях устранения существующих недостатков и подвигнет на модернизацию, как оружия, так и производства. Итак, Лев Фёдорович, прошу вас, начните с описания предстоящей работы.

— Самое главное, как я понимаю стоящую перед всеми нами задачу, — обеспечить защиту всех и каждого, кто присоединится к нашей общине или станет на нашу сторону. Конечно, лучше всего для этих целей подходит оружие нашего времени, но приходится обходиться тем, что есть.

— Арфы нет, возьмите бубен, — не удержался от комментариев Ваньша.

— Но надо учитывать, что мы знаем не только об оружии настоящего, но и о том, каким оно станет в дальнейшем и какой путь пройдёт в своём развитии. Поэтому я хочу вам предложить обдумать идеи о доработке существующего оружия или изготовлении более совершенного с учетом имеющихся технологий и материалов.

Сейчас в этих местах наиболее распространённым видом огнестрельного оружия является пищаль, или что более привычно для нас — гладкоствольное дульнозарядное ружьё, для воспламенения пороха используется фитильный замок. Время массового применения кремнёвого замка ещё не пришло, хотя он уже известен. Не надо описывать недостатки такого оружия, любому, хоть раз видевшему привычное нам, они понятны без всяких объяснений. Но тем не менее, хотел бы остановиться на двух обстоятельствах, характерных для этих ружей:

— низкая скорострельность из-за длительной перезарядки;

— частые осечки и ограничения в применении, связанные с погодой (дождь, снег).

И стоит отметить, что операция перезарядки осуществляется стрелком только стоя, при этом в дуло ружья засыпается порох, забивается пыж, вкладывается пуля, ну и выполняются все необходимые операции. Такие ружья называются дульнозарядные.

Впоследствии, однако, были изобретены и ружья, заряжающиеся с противоположной стороны, так называемые казнозарядные. Не все они оказались удачными, некоторым из них присущи недостатки, значительно ограничивающие возможности их использования. Тем не менее, появлялись и удачные образцы. Наиболее известным из них оказалась винтовка Фергюсона — казнозарядная нарезная винтовка с кремнёвым ударным замком.

Её калибр составлял 16,5 мм, затвор был выполнен в виде поперечного вертикально расположенного винта, вкручивающегося снизу в вертикальное гнездо, расположенное в казённой части. Перемещался этот винт, выполняющий функцию затвора, при помощи воротка, которым служила спусковая скоба. Затвор имел коническую многозаходную резьбу с шагом, обеспечивающим его полное открывание (выкручивание) или закрывание (вкручивание) за один оборот скобы.

Пользоваться такой винтовкой было достаточно просто — когда затвор открывался, а это осуществлялось поворотом скобы на триста шестьдесят градусов, в рассверленный казённик вкладывалась пуля, а затем насыпался порох. При закрытии затвора излишки пороха удалялись, и в стволе оставалось строго отмеренное его количество. Операции по зарядке винтовки можно было выполнять даже лёжа. Скорострельность такого ружья при определённом навыке составляла шесть — семь выстрелов в минуту.

Общее количество выстрелов, выполняемых без чистки оружия, доходило до шестидесяти, после чего необходимо было его чистить, иначе клинило поворотный механизм. Подобные винтовки применялись во время гражданской войны в Америке и проявили себя с самой лучшей стороны.

— Хочу только немного дополнить сказанное. Причиной, по которой подобная винтовка не нашла широкого применения, была высокая стоимость её изготовления, — добавил я. — И это не единственная казнозарядная винтовка с кремнёвым ударным замком. Я думаю, нашим специалистам стоит потом отдельно обсудить их конструкции для определения возможности повторения в наших условиях.

— Тут нам уважаемым Львом Федоровичем было сказано, что в настоящее время у нас используется только фитильный замок. Что, и его будем использовать в новых образцах оружия? — поинтересовался Григорий Петрович, бывший слесарь-инструментальщик и наша главная надежда на успешную модернизацию пищалей.

— А вот этого вопроса я сейчас коснусь отдельно, — ответил Лёва. — Кремнёвый замок, который буквально в это время начинает вытеснять фитильный, служил очень долго, к нему привыкли и уже не мыслили ничего другого на его месте. Но всё когда-нибудь случается, и на смену оружию с кремнёвым замком пришло ударное оружие с использованием взрывчатых составов, в частности гремучей ртути. Первые образцы представляли собой что-то похожее на всем известные детские пистоны, в которых между двумя слоями бумаги располагался состав, взрывающийся при ударе.

Подобные лепёшки из взрывчатого вещества получили название капсюли или пистоны. Конструктивное их исполнение было разным — в виде лепешек взрывчатого вещества (ВВ), помещённых между двумя слоями бумаги, трубочек, наполненных ВВ, колпачков, на дно которых помещалось ВВ, воспламеняющееся при ударе. В некоторых случаях отдельные пистоны соединялись в виде бумажных лент.

Потом их стали использовать для воспламенения пороха, и даже был разработан специальный замок для подобных (бумажных) капсюлей. На полке делалось специальное углубление, в которое помещалась такая бумажная лепёшка с взрывчатым составом, по ней ударял курок, вызывал детонацию капсюля и воспламенение пороха. Со временем бумагу сменил металл, и капсюль принял всем привычный вид медного колпачка. И были разработаны ружья под такие капсюли, или их можно назвать пистонами.

— А где мне взять такую песню? — Ванька, стервец, как всегда зрит в корень.

— Гремучую ртуть нам, конечно, получить будет затруднительно, а вот гремучее серебро достаточно просто. Для этого нужна азотная кислота, само серебро и спирт. Серебряные монеты есть, азотку можно получить, обрабатывая селитру серной кислотой, ну а где взять спирт, мне вас учить не надо.

— Так ты что, Лёва, предлагаешь нам открыть производство азотной кислоты и капсюлей?

— На мой взгляд, это самое простое, что мы можем сделать. Раз есть порох, то значит, есть и селитра. А серная кислота в это время уже известна, бумага тоже. Так что мне кажется, необходимо проработать технологию доработки существующих пищалей под казнозарядки по типу винтовки Фергюсона, или каким-то иным образом, а вместо кремнёвого ударного замка использовать замок с пистонами на основе гремучего серебра.

А с таким ружьём уже можно воевать и иметь неоспоримое преимущество над противником. Что касается пистонов, то думаю, этим займутся другие, вам нужно будет только помочь им с изготовлением необходимого оборудования. А вот доработка имеющегося оружия под новые замки ляжет на ваши плечи. Я так думаю.

— Броня крепка, и танки наши быстры, и наши люди мужества полны, — пропел Ванька.

— Ты же понимаешь, Лёва, что мы не сможем дать тебе ответ сию минуту? — спросил Григорий Петрович.

— А его никто сейчас и не ждёт. Главное, чтобы вы задумались о том, как это можно сделать. Нам всё равно придётся возвращаться к обсуждению оружейного вопроса ещё не раз, рассматривать различные варианты и выбирать лучший. А потом потребуется отрабатывать саму технологию, изготавливать при необходимости станки и инструменты. И времени у нас на всё это не так уж много. А врагов с каждым днём всё больше и больше.

— Ельничек, осинничек миную стороной, ох как страшно, девочки, в лес ходить одной, — пропел Ваньша слова из старой известной песенки.

— Это всё, что ты нам хотел рассказать, Лёва? — спросил Григорий Петрович.

— Нет, я бы хотел сегодня коснуться ещё гранат и ружейного гранатомёта, если вы конечно готовы меня слушать.