Владимир Шлома – Непридуманные истории (страница 6)

Толе с утра нужно было бежать в институт на занятия, поэтому он проснулся рано. Быстренько умылся и стал одеваться. Надя и не собиралась вставать. Она так и продолжала лежать в постели ничем не прикрытая, вызывая у Толи очередной прилив желания. Кормить его она тоже не собиралась, а позавтракать перед занятиями было бы неплохо, ведь они вчера так и не поужинали. Но время поджимало, и Толе нужно было бежать. Как на грех, куда-то туфли запропастились. Толя уже все углы в прихожей осмотрел, но туфель нигде не было.

– Надя, ты мои туфли никуда не девала? – спросил он. – Туфли куда-то запропастились.

– Нет, не видела. Ищи лучше, не могли же они из прихожей убежать, – безмятежно улыбалась Надя. – А может ну их, и эти туфли, и твои занятия? Иди лучше ко мне.

Неожиданно дверь в спальню открылась, на пороге появились родители.

– Ой! – сказала Надя, и быстренько завернулась в простыню.

– Молодой человек, Вы случайно не эти туфли ищете? – спросил отец Нади, показывая туфли, которые он держал в руках.

Рой мыслей мгновенно пронесся в голове у Толи.

– Ну все, теперь женят! Взяли с поличным! Как же выкрутиться?

Женитьба в его планы никак не входила. Так глупо он еще никогда не попадался.

– Главное не волноваться, – успокаивал себя Толя. – Документов у него при себе нет. Его фамилию Надя не знает, поэтому, когда будут спрашивать, то можно и соврать. Проверить они не смогут. Сейчас можно обещать все, что угодно, даже жениться. Сейчас главное – отсюда вырваться. А больше сюда он и не придет. Ищи тогда ветра в поле.

– А вы почему вернулись? – подала из-под простыни голос Надя.

– Рейс до утра отложили, – ответила мать. – И давно это у вас? Ты его хорошо знаешь?

– Хорошо. Мы уже два месяца встречаемся, – пытаясь оправдаться сказала Надя.

– Нет, нет! – поторопился поправить ее Толя. – Это у нас первый раз.

– Да это не столь важно, – сказал отец, – первый, или не первый. Ты готов отвечать за свои поступки?

– Конечно готов, – сказал Толя, решив придерживаться выбранной тактики. – Мы с Надей любим друг друга, и я готов на ней жениться.

– Да погоди ты с женитьбой, – остановил его отец Нади. – Давай сначала познакомимся. Расскажи, кто ты и откуда, чем занимаешься, кто твои родители.

Толя почти все честно и рассказал. Что он студент, родом из далекого районного городка. Отца нет, воспитывает его мать. О том, что отца нет, он конечно соврал.

– А мать кем работает, – спросили его.

– Инструментальщицей на заводе, – опять соврал Толя.

На самом деле его мать работала на заводе главным бухгалтером.

– Ну и как ты собираешься семью содержать, – поинтересовался отец Нади.

– Через два года закончу институт, и пойду работать на завод инженером, – уверенно ответил Толя.

– А до этого? – захотел уточнить отец.

– Ну мы же не завтра собираемся пожениться, до этого будем просто встречаться, – выдал Толя новую, только что появившуюся у него мысль.

– Нет парень, не в тот огород ты залез, – выдал свое резюме отец Нади. Нам для Нади случайный жених не нужен. Ищи себе девушку по своему статусу, из заводских, а к нашей дочери больше не приходи. Держи свои туфли, и мотай отсюда. И чтобы я тебя больше возле своей дочери не видел.

– Ты поняла? – обратился он уже к дочери.

– Да, папа. Поняла, – покорно ответила та.

Толя надел свои туфли, вежливо попрощался, и быстренько ушел, пока родители Нади не передумали.

– Повезло, – думал он, шагая в институт, – легким испугом отделался.

Женитьбы удалось избежать. А с другой стороны, как-то и обидно. Случайный жених! Жених им, видите ли, не такой. Бедный студент им не подходит. Папаня небось какая-то крупная шишка? Ишь как квартира обставлена. От рабочего парня нос воротят! Буржуи проклятые! Да он и не собирался на их дочери жениться, пусть не воображают. Больно она ему нужна. Даже покормить поленилась. Теперь до обеда придется голодному сидеть. А вот трех недель не состоявшейся жизни в сказке, конечно было жалко. А ведь все так хорошо складывалось. Чертов Аэрофлот! Это из-за него у Толи сказочная жизнь сорвалась. Обидно, досадно, но ладно. Хорошо уже то, что жениться не придется. А с девушками у него проблем нет, сами к нему липнут. Главное, еще раз так по дурацки не попасться. В следующий раз так может и не повезти, женят, и не открутишься. А на этот раз он молодец, правильную тактику защиты выбрал.

Неожиданный поворот

Уже вторые сутки размеренно стучат колеса вагона, увозя Катю в Сибирь. Тук-тук, тук-тук, тук-тук, грустно стучат колеса. Кате кажется, что в первый день они как-то веселее стучали. И за окном пейзаж был веселее. Сначала были украинские города и села, с веселенькими побеленными и раскрашенными хатками. Потом пошли российские города и деревни. Такой красоты как на Украине уже не было, избы в деревнях серые, не беленные и не крашенные. Да отдельных изб практически и нет. Это какие-то, построенные буквой «П», сооружения: дом из почерневших от времени бревен, и пристроенные к нему два сарая, внутри небольшой двор. Все серое и некрасивое, но все это скрашивают растущие вокруг зеленые деревья. Никаких плодов на них не видно, наверно они не плодовые. Но все равно, там еще была жизнь. А дальше пошла степь. Единственное, на чем можно задержать взгляд, это растущий в посадке вдоль железной дороги корявый карагач. Иногда за окном пролетит какая-то степная птица. Станции встречаются очень редко, правда поезд стоит на них достаточно долго. Да только толку от этого мало. В буфете и киосках купить ничего нельзя. С приходом поезда, все они закрываются. Местные продавцы объясняют это тем, что народ с поезда разбирает весь товар, и им потом всю неделю, до следующего завоза товара, в киосках делать нечего. Все нагоняет грусть, и пейзаж, и обстановка. Наверно поэтому и колеса начали стучать так грустно. А еще ведь четверо суток ехать.

Тоска смертная. Соседи – старая семейная пара и такой же старый мужик, попались не разговорчивые. Катя, этой толстой старухе лет пятидесяти, уступила сдуру свою нижнюю полку, на которой та теперь постоянно лежит, а Кате и присесть негде. Не будешь же целыми днями, как она, валяться на верхней полке. Был бы купейный вагон, там можно было бы в коридоре на скамеечке посидеть, но на купейный вагон Катя денег пожалела, а в этом плацкартном, все места заняты, поэтому остается, в перерывах между лежаниями, только ходить по проходу вдоль вагона. От долгого лежания уже начинает болеть все тело. За перегородкой едет какой-то молоденький лейтенант, который ею явно заинтересовался, но он какой-то несмелый, никаких попыток познакомиться или поговорить не предпринимает. Что за мужчины пошли? То ли дело ее Петя, тот после первого же с ней танца полез целоваться.

Познакомились они с ним в Нежине, в городском доме культуры на танцах. Среднего роста парень, красивый, веселый и шустрый пригласил ее на танец. Пока танцевали, он, своими шаловливыми ручками кажется исследовал все складки ее платья, а после танца, отведя ее в сторону, еще и целоваться полез. Катя тогда ему хорошо врезала. Но он даже не обиделся, извинился, и пригласил ее на следующий танец. И Катя опять согласилась. Так и начали встречаться. Петя работал где-то на буровой в Сибири, в Нежин приехал в отпуск к родителям. Катя же сама из села Стодолы, где и сейчас живут ее родители. Два года назад она закончила среднюю школу в селе Вертиевка, и теперь работала официанткой в привокзальном ресторане в Нежине. С учетом чаевых, денег на жизнь хватало, поэтому снимала для проживания небольшую комнату в коммунальной квартире. Условия не бог весть какие, но жить одной в комнате ей нравилось. Когда училась последние два года в школе в Вертиевке, там она жила в школьном общежитии, где в комнате жили по шесть человек. Кате там не нравилось. Тесно, неуютно, да еще и эти дурацкие приколы. Одной девушке ночью выкрасили волосы мелом, а утром спросили: «Ты что, поседела?». Та посмотрела на себя в зеркало и чуть дара речи не лишилась. Другую, вместе с кроватью, ночью вытащили к коридор и там оставили. Та спала настолько крепко, что даже не проснулась. Утром ее разбудили ребята из соседней комнаты, которые поинтересовались, почему она спит в коридоре. А подруги стали ее убеждать, что она лунатик, что будто бы ночью она сама вытащила свою кровать в коридор и там легла спать. Поэтому каждый вечер, ложась там спать, Катя также опасалась, как бы и над ней тоже не подшутили. И вот теперь она наслаждалась тем, что жила в комнате одна. Много ли нужно человеку для счастья?

По окончании отпуска, Петя тогда уехал в свою Сибирь, а Кате стал писать письма, в которых признавался ей в любви. Признавался также и в том, что у него было много девушек, но Катя из них самая лучшая. Катя конечно понимала, что у Пети в Сибири и сейчас есть девушки, но то, что она самая лучшая, ей конечно же льстило. Красавицей себя она конечно же не считала, немного ниже среднего роста, немного толстовата, но в целом, она ведь очень симпатичная, и не скучная. В следующий свой приезд в отпуск, Петя предложил ей выходить за него замуж. Познакомил ее со своими родителями. Родителям она сначала тоже понравилась, но когда они узнали, что она работает официанткой, то стали категорически возражать против этого брака. Петя опять уехал в Сибирь один, но потом написал ей письмо и пригласил ее приезжать к себе, здесь, вдалеке от родителей, они и поженятся. Страшновато конечно было ехать в такую даль, но больше ей, пока-что, никто не предлагал выходить замуж, а половина ее одноклассниц уже были замужем, и она согласилась. И вот теперь она ехала к Пете в Сибирь, надеясь попасть на собственную свадьбу.