Владимир Сербский – Третий прыжок с кульбитом и портфелем (страница 45)
Второго наглеца я снял неспортивным ударом под колено. Футбольный пыр, носком в голень снизу вверх, дарит незабываемые эмоции, и раззявленный в стоне рот подтвердил яркий болевой синдром. Во избежание гематомы необходимо обеспечить покой больному и немедленно приложить холод, а дальнейшие действия подскажет врач скорой помощи.
— А то что, а то что… — пробурчал я запоздало. — А то козленочком станешь!
Конькобежец не возражал, он готовился стать плаксой и отойти на отдых. Но я не позволил ему прилечь, придержав за майку на груди. Подтянул, невзирая на треск материи, от души врезал в выпученный глаз. Замахнулся вновь, и неожиданно получил в ухо от третьего гладиатора, который стоял в стороне и выпал из поля зрения. Пальцы разжались, в голове зазвенело. Но тут выручила Нюся — своим коронным ударом дровосека она срубила подлого врага, подкравшегося сбоку.
На этом битва завершилась. Гладиаторы кончились, а свежие бойцы на смену не выдвинулись. Более того, группа запасных конькобежцев отхлынула на безопасную дистанцию, чтобы оттуда стартовать вдаль, наперегонки.
— Антон Михалыч, спокойно, — сообщили двое крепких парней, усаживая меня на скамейку. — Предупреждали нас, что вы шустрый. Но чтобы настолько резкий? Мы ахнуть не успели…
— Батюшки светы, вот это ухо! — воскликнула Анюта.
— Феерично, — согласилась с ней Лена, заглядывая с краю.
Я потрогал уши руками — правое огнем горело. У Антона сейчас похожая беда… Блин, погорячился я здесь, а там ему наверняка досталось. Нет, теперь точно не рассчитаюсь. И телефона в кармане нет, видимо, дома забыл. Поднял тревожные глаза на девчонку
— Нюся, звони Вере. Пусть в морозилке пороется, какой-нибудь пакет парню приложит.
На ходу доставая телефон, Анюта пулей метнулась к киоску. Влезла без очереди, чтобы вернуться с двумя бутылками холодной минералки. Тихая охрана из поля зрения пропала, но с наведением порядка Витя и сам справился. Быстро почистил площадку — раздал несколько оплеух, разгоняя оставшихся поклонников. Группа конькобежцев рассосалась так, что рядом вдруг образовалось пустое место.
— Что сказала Вера? — озабоченно пробормотал я, пристраивая ледяную бутылку к огненному уху.
— У нее нет слов, — хмыкнула Нюся. — Антон шипит от боли и злости, а Вера будет думать всю ночь, какую ответную гадость вам можно потом учинить.
Ухо горело, однако внутри меня всё похолодело. И чего это я разошелся на старости лет? Тоже мне, нашелся ревнивый идальго.
О Дульсинея, что ранила мою любовь своим кнутом! Тьфу. Ведь советовали мне умные люди быть мягче, добрее… Если Антон с Верой ополчатся против, жизнь там превратится в каторгу. И разве в таком случае это будет жизнь?
Тревога переросла в страх, это иррациональное чувство, свойственное любому человеку. Когда в детстве я полез за мячом по пожарной лестнице на крышу школы, первый серьезный страх шел за мной по пятам. Позже для этого ощущения появлялись разные поводы, обоснованные и не очень. Однако теперь у меня есть опыт, и умение преодолевать это неоднократно испытанное чувство. Научиться можно, лишь когда действуешь и ищешь решения.
К опасениям прислушиваться полезно, но поддаваться страху не стоит. Только вот странно, чего это я такой нервный стал? И что интересно, не первый раз… Ладно, хватит стонать. Вот вернусь домой, пороюсь в баре. Разложу все по полочкам, и под добрую закуску чего-нибудь придумаю.
Люди, гуляющие в парке по центральной аллее, интереса к инциденту не проявили. Молодежь здесь гоняет на роликах постоянно, кучкуется, толкается, и постоянно падает. Подумаешь, большое дело. Тем временем двое потерпевших, кряхтя, поднялись. Отряхнувшись, подхватили под руки третьего, и покатили прочь. При отступлении они чего бормотали чего-то о скорой встрече, но такой финал стычки — обычное дело. Пусть мечтают, это не вредно.
По обычаю подобных конфликтов, пострадавшая сторона с безопасного расстояния должна была прокричать что-нибудь обидное, давая выход эмоциям, жаждущим реванша. Анюта традицию поломала — замерев, она пристально глянула вслед парням. И гладиаторы вдруг бодро, не оглядываясь злобно как прежде, рванули к биотуалетам в кустах.
— Ишь, разговорчивые какие нашлись, — пробормотала девчонка. — Посидите там, подумайте о вечном.
Хлебнув минералки, она принялась нарезать круги. Желающих присоединиться к променаду более не наблюдалось. А вот очередь возле туалетов росла, гладиаторы выходить не спешили.
Глава тридцать шестая, в которой обнаруживается босс мафии
— Лена, необычный вопрос, — поманил я девчонку, перекладывая бутылку на ухе. — Как думаешь, насколько быстро можно перевести несколько песен с английского языка на армянский?
— Песни известные? — прищурилась та, усаживаясь рядом. Скамейка неожиданно оказалась пустой.
— Да, хиты.
— Тогда работа давно сделана, — категорично махнула рукой Лена. — Надо только найти, где это у армянских братьев в сети заныкано.
— Найди, — посоветовал я. — Заплачу, как за литературный перевод.
Она быстренько нырнула в телефон, чтобы посмотреть расценки интернета.
— Так-так… Базовая цена перевода… английский язык — четыреста рублей за одну нормативную страницу текста. Армянский язык — семьсот. Выходит, армянский язык будет дороже? А самый дорогой — вьетнамский, аж тыщу двести. Не надо?
— Это вряд ли, — усмехнулся я, а потом спохватился: — Может, понадобится испанский, точнее, его кубинский диалект. Но позже.
— Какой срок?
Хорошая девочка… Хваткая и деловитая.
— Пару дней терпит, — я поморщился, поворачивая бутылку другим местом. — Лена, мне и семьсот рублей не жалко за четыре куплета песни. Берешься?
Она взялась за телефон:
— Гаянэ? Барев, джана! Вонцес? Инчес анум, куйрик? Спасибо, тоже хорошо. Слушай, быстро срубить деньжат не желаешь? Работа простая, надо десяток известных песен с английского перевести на армянский. Нет, Рузанне звонить не буду. Потому что ты сама сказала: она очень умная, но тормоз! А ты в душе поэт, я знаю. Только не халтура, ахчик! Наличные, плачу сразу. Но лично проверять буду. Сколько? Триста рублей за песню. Понятно, что в интернете это где-то уже лежит. Искать надо… Кто здесь армянка, ты или я? Инч ка чка?! Поползай по форумам, поройся, потом стяни нарытое. Не получится содрать — переведи компьютером, следом причеши гладко. Или тебя учить надо? Так что, берешься? Времени полно, до завтра надо сделать. Не грузи, список хитов сейчас сброшу. Аджох, джана. Пока-пока.
Сценарий выступления в сельском клубе вертелся в голове все это время. Однако совместное выступление с оркестром Кима Назаретова виделось мне раздельным — одно отделение они отыграют, мы другое. Только так: смешать, но взбалтывать. Нет, саксофон и тромбон мы временно в чужой оркестр отдадим, раз надо. Но без вокала. А второе отделение сделаем как-нибудь сами. Потому что сами с усами… И с Надежной Козловской.
Песни зарубежных авторов на языке оригинала с советской эстрады исполнялись иногда. Но редко и осторожно. Жесткой цензурой являлся худсовет, и если дело доходило до выступлений под эгидой филармонии, на такое смотрел косо. А уж полный концерт на английском языке не допустят и до худсовета, каким бы гениальным ни был солист, ни сочинения.
В конце шестидесятых годов Валерий Ободзинский, страшно популярный певец, позволил себе исполнить композицию «Girl» группы Битлз. При этом давно известный, всемирный хит прозвучал на русском языке, и с комментарием, что это народная английская песня. Вскоре шлягер стал действительно русским народным, несся из каждого утюга.
Мэтр Ободзинский, конечно, велик, но первоисточник важен не менее. «Я хочу вам рассказать, как я любил когда-то, правда, это было так давно». Удивительно, но одно английское слово «girl» в тексте осталось. Оно было настолько понятным, видимо, что переводить его не потребовалось.
Следующими смельчаками стали ребята из ВИА «Весёлые ребята». Они взялись за целину, и подняли немало кавер-версий на ниве иностранных песен. Но лишь одна композиция Битлов, «Облади-облада», прозвучала на английском. Цензура и такое посчитала немалым успехом либерализации. Кто сейчас знает «Веселых ребят»? А ведь в этом инкубаторе вылупились Алла Пугачева, Александр Градский, Александр Барыкин, Александр Буйнов, Александр Добронравов и еще масса знаменитых птенцов.
Великий хит «Yesterday» пережил в нашем мире три тысячи каверов. Три тысячи исполнителей прикоснулись к великой славе группы Битлз, но на русском языке в эфире шедевр так и не проявился.
Советские молодые дарования пытались бороться, создать что-то свое. Александр Градский, будучи одним из лидеров «Веселых ребят», мечтал «урыть» ливерпульскую четверку. Он искренне верил, что для достижения цели надо всего лишь раздобыть аппаратуру, на которой работали «Битлз». Это не наглость, некоторые основания для смелого утверждения были: не каждому человеку журнал «Биллборд» дает «звезду» за выдающийся вклад в мировую музыку. После фильма «Романс о влюбленных» Александр Градский такой музыкальный орден получил.
А мне хотелось не бороться, а делать свое дело в мире джаза. На основе мировых хитов, конечно, и понимая, что на большую сцену прорваться с английской мовой трудно. А точнее, бессмысленно. Но армянский язык на концерте в армянском селе — это же другое дело. Это нормально. А потом можно и дальше пойти. Майкл Джексон, например, кроме «Билли Джин» с лунной походкой, создал кучу хитов, если кто не знает. И на джаз они ложатся замечательно. Так почему бы им не прозвучать немного раньше своего рождения, и на армянском языке?