Владимир Сербский – Шестой прыжок с кульбитом (страница 35)

Никсон называл себя толстовцем, то есть последователем Льва Толстого. При этом он отмечал все праздники и именины, частенько поколачивал жену, и непротивление злу насилием проповедовал мало. Никсон состоял в членстве Друзей Церкви Восточного Уиттиера, но вряд ли был пацифистом. По его приказу пролилось немало крови, особенно во Вьетнаме. Эту маленькую страну американская армия сожгла напалмом и безжалостно утопила в диоксине, восемьдесят миллионов литров дефолианта вылила. В теле Вьетнама взорвалось восемь миллионов тонн авиабомб и снарядов, и частенько это происходило бессистемно, когда не жалеют ни своих, ни чужих.

Во вьетнамском небе Соединенные Штаты потеряли тысячу летательных аппаратов, а восемьсот летчиков попало в плен. Это раздражало. В кругу соратников, попивая сухой мартини, президент на полном серьезе рассуждал о необходимости «сбить Вьетнам», то есть завершить вьетнамскую войну одним махом, с использованием атомной бомбы. «Что вас смущает? — вопрошал Никсон. — Это проклятое место давно пора стереть с лица Земли. Я хочу, чтобы вы мыслили широко!».

Неоднократно разведка выступала против вьетнамской войны. И эти доклады вызывали бешенство — Никсону казалось, что победа близка. Он не понимал, как работает ЦРУ, и слабо представлял, как оно должно работать. Подобно предшественникам, Никсон частенько поглядывал в сторону спецслужб пренебрежительно, а то и презрительно. Впрочем, этим же страдали и последующие президенты. Центральная разведка отвечала взаимностью — провалы в работе скрывала, а информацию докладывала не всю. Изредка ЦРУ проводило секретные операции без ведома хозяина, что не всегда сохранялось в тайне. Так что надо признать честно: кроме презрения к разведке, президент испытывал и опасения.

И еще Никсон, единственный из президентов США, посетил все штаты. Все до единого объехал, некоторые не раз, и вдоль и поперек. Его видели южные реднеки, орегонские лесорубы и северные эскимосы. Разъезжать по кукурузным полям — нетипичное для великого правителя дело. Согласно канону, императоры на склоне лет любят тишину уединения. А Никсон излучал энергию, старался как мог. Он стремился сделать свою страну лучше, однако методы частенько избирал сомнительные.

Всякого повидала американская демократия за двести лет института выборов, и знаменитый Альфред Нобель охарактеризовал сей прогрессивный строй весьма кратко: «демократия — это стадо идиотов под управлением подонков». Жестковато сказано. Но что вылито в граните, того уже не отменить. Делать нечего, остается лишь понять: современные президенты оказались не теми народными избранниками, что были в Древнем Риме. За каждым из нынешних президентов стоит поддержка людей с убедительным баблом, которое и двигает будущих лидеров на выборы. Сплошь и рядом серьезные люди поддерживают всех претендентов скопом. Тогда неважно, кто победит. Важно одно — чтобы это был их человек. Выборы сильно напоминают «яростную» борьбу «Кока-колы» с «Пепси-колой» на торговом фронте. А что, народу честная борьба по нраву, особенно когда из каждого телевизора достают грязное белье политических фигур.

Двадцатый президент США Джеймс Гарфилд высказал однажды крамольную мысль: «Тот, кто контролирует денежную массу любой страны, является полным властелином ее промышленности и торговли. А когда вы поймете, как просто вся экономическая система так или иначе контролируется влиятельными людьми, вам не понадобится объяснять, где причины депрессий и инфляций».

Явно лишнего сказал этот джентльмен. Что подтвердилось через две недели — второго июля 1881 года президент США Джеймс Гарфилд был застрелен. В сей смерти много странного. И это не удивительно, подобные речи никогда не остаются без последствий.

Об опасности тайных обществ и закулисных манипуляций предупреждал Джон Кеннеди, тридцать пятый президент США. Он считал, что само слово «секретность» противоречит свободному и открытому обществу, где народ по своей сути противостоит секретным обществам, тайным обетам и закрытым собраниям. В тайных обществах Кеннеди видел систему, которая использует людские и материальные ресурсы для своих операций любого плана. Говоря о приготовлениях тайных организаций, Кеннеди словно в воду глядел. Как только он возобновил выпуск денег с надписью «United States Note», что печатали в казначействе мимо ФРС, так его и убили. Президента расстреляли нагло и показательно, расследование превратили в фарс, а детали операции засекретили.

Серьезными деньгами рулят серьезные люди, их называют «хозяева денег». Выражение меткое, хозяева денег — это те, кто стоит за Банком Англии и Федеральной Резервной системой США. Люди непубличные, их мало кто знает, потому что деньги любят тишину. Серьезные дядьки без устали пасут песочницу, и впереди мелькают говорящие головы подставных фигур: Рокфеллеры, Ротшильды, Морганы и прочие Шиффы.

ФРС США на непрерывной основе сотрудничает с Центральными банками всего мира. Проще говоря, в режиме онлайн дает им ценные указания. «Контакт с Центральными банками во всем мире в последнее время обязателен для ФРС США», — такое заявление сделал член Совета управляющих Федеральной резервной системы Джером Хайден Пауэлл. Сообщение официальное, прозвучало оно в рамках пресс-конференции, проходившей в Вашингтоне.

Это логично. Именно для явного управления мировыми процессами создан Международный Валютный Фонд, Банк международный расчетов и прочие всемирные банки развития. Тайное же управление продолжает оставаться незаметным. Именно так для обывателя выглядят события, происходящие в мире как бы случайно, внезапно и сами собой.

Глава 24

Глава двадцать четвертая, в которой не спрашивай, что можешь сделать для своей страны — тебе обязаны напомнить об этом

Обладая языком без костей, президент Никсон за словом в карман не лез. И злые языки свободной прессы не скупились на ответные эпитеты. Они величали Никсона упертым политическим животным, обзывали «Железной жопой» в пылу полемики, но это лишь обидные слова. «Сэр Ричард Трусливый», ловкач или не ловкач, однако Дик Никсон искренне переживал за Соединенные Штаты. Он желал сохранения главных ценностей Америки — свободы с демократией, и не стеснялся указывать на текущие недостатки.

Сейчас речь зашла о ЦРУ, в которой Никсон не пожалел яду:

— В Чили у них провал, на Кубе скандал, в России разгром, — из-под нахмуренных бровей он обвел собравшихся раздраженным взглядом. — И на всё у них есть причины, тысяча отговорок, и везде мерещится русский след!

— Но русские явно задрали нос, сэр, — заметил Джон Эрлихман, советник президента.

Никсон отмахнулся:

— Не надо сгущать краски! Если кто и задрал нос, так это грёбаное ЦРУ. Перед Второй мировой войной у США не было никакой разведки, ее зачатки появились позже. Они возникли, чтобы тут же превратиться в кучу неудач. За все это время ЦРУ отметилось редкими успехами за границей и постоянной возней на политическом ковре внутри страны. Вечно лезут, куда их не просят… С самого начала все пошло не так. ЦРУ создавали наспех, как эскиз на клочке бумаги. И из жалкого наброска центральная разведка так и не стала достойной картиной. Если помните, то еще президент Кеннеди хотел разломать ЦРУ на тысячу мелких кусочков, чтобы развеять это безобразие по ветру.

— За что и поплатился, — буркнул Боб Холдеман, руководитель администрации.

— Может быть, — не стал спорить Никсон. — Разведка нацелена на понимание событий, происходящих за границей. А когда есть понимание, то события в мире можно изменить в нужную сторону. Но чего добилась разведка США? Как далеко она заглянула за горизонт?

Никто ему не ответил, поэтому президент отрезал:

— ЦРУ — это успешный провал. В нашей стране не было и нет скоординированной системы разведки. ФБР живет своей жизнью, и не имеет привычки делиться информацией с ЦРУ. А напыщенные снобы из армейской разведки РУМО всегда были сами по себе. И все наши разведки не терпят друг друга.

— Да, любовь спецслужб взаимна, — согласился Хелмс. Он знал что говорит.

— Скажите мне, на хрена государство кормит такую прорву бездельников? — в сердцах воскликнул Никсон.

Бывший директор ЦРУ, а ныне помощник президента Ричард Хелмс от комментариев воздержался. Собрание тоже промолчало, посчитав вопрос риторическим. А президент продолжил:

— Сборище идиотов! — он ткнул пальцем в очередной документ, имея в виду не коллег, собравшихся на совещание, а центральную разведку: — Слабаки и придурки. Вот тут они пишут, что в Иране ликвидированы иностранные разведывательные сети. Наша тоже. Раскрыты тайники для передачи информации, замаскированные под камни в парках Тегерана. Вместе с нами пострадала британская и французская агентура. Как такое может быть?

— Происки русских, сэр, — в этом Хелмс даже не сомневался.

— Думаете? — недоверчиво хмыкнул Никсон. — «Clear and present danger»?

— Уверен, сэр. Русские — прямая и явная угроза, — выпятил подбородок Хелмс. — И это еще не все.

— Да?

— Иран оккупировал острова Тунб в Персидском заливе. Точно русские науськали.

Боб Холдеман добавил:

— После этого поднялся страшный шум в ООН. Арабские Эмираты взбесились, а Ирак обвинил Иран и Британию в тайном сговоре, сэр.