Владимир Сербский – Портфель точка нет (страница 11)

Беседин обернулся.

— Документики, гражданин, — индифферентно, через зевоту, потребовал полицейский сержант.

Патрульный страж не вникал в далекие переговоры. Он разглядывал затрапезную футболку возможного нарушителя порядка.

— Какие, к чертям, документы, когда землетрясение⁈ — возмутился Степан, подтягивая шорты. — Выскочил, в чем был!

— Землетрясение? — сон с сержанта слетел в одно мгновенье. Он даже прикрутил громкость на рации. — Где?

— Вот и я смотрю: где, — солидно ответил Степан. — Прогноз погоды обещал дождь. А тазики с крючков почему падают?

— Тазики падают? Пить надо меньше, — интерес к странному смотрителю дома был моментально потерян. — Идите уже спать, гражданин!

Конечно, наскоком проблему не решить. Так думал Степан, поднимаясь по лестнице. Есть многое чего на свете, что и не снилось друзьям Горацио. Загадок в этом мире полно, не каждые явления понятны и объяснимы. Взять, к слову, пирамиды. Черти когда построили эти искусственные горы. А кто, как и зачем? Что за лучи пирамиды выпускают в космос? Сплошные вопросы.

Однако то, что кажется непонятным, завтра может оказаться элементарно простым. Не сразу, а после внятного пояснения умным человеком. История помнит множество случаев, когда на людей снисходило озарение. Проблемы разом решались и загадочный туман рассеивался. Степан читал об этом. На Ньютона, помнится, снизошло перезревшее яблоко. Стукнуло по голове, когда он под яблоней лежал. И сразу результат — полный текст закона всемирного тяготения. Даже дети теперь, прочитав учебник, рассуждают меж собой о гравитационном поле Земли. Вот как оно оказалось: сначала было совсем непонятно, а потом гений враз по полочкам все разложил!

Вообще, много чудного всего происходит с гениями. Вспомнить, например, Александра Сергеевича Пушкина. Спал человек, спал, вдруг как вскочит… И пошел строчить: «Я помню чудное мгновенье, передо мной явилась ты». И так пять листов. Записал, пошел спать дальше. До следующего гениального стихотворения. И где те, кто пробовал повторить нечто подобное? Сотни лет прошло.

Или взять Менделеева, химика известного, который знаменитый сорокаградусный напиток изобрел. Тот вообще таблицу Менделеева во сне увидел. После того, как напиток чудный изобрел, он спать стал много. Спал он, как обычно, после обеда, спал — и на тебе: таблица Менделеева. Не просыпаясь, законспектировал таблицу карандашиком, а на следующий день очнулся великим человеком.

К сожалению, Степан Беседин — не Менделеев и не Ньютон, разгадки в голове не наблюдается. К жене Оксане, помнится, захаживала подружка Люся. Парикмахерша, свято верящая в мистику и чертовщину. Эта крупная во всех смыслах женщина в спиритическом сеансе могла вызвать дух кого угодно — того же Ньютона, с целью познания очередной тайны и просто поболтать.

Степан представил себя в загадочной темноте, с грудастой Люсей за одним столом. Черная скатерть, едва освещенным мерцающей свечкой, призрак Менделеева, и задушевный разговор об инопланетянах. Представил, после чего непроизвольно заржал. Нет- нет, как ни хочется, а придется инопланетную версию с пришельцами, проходящими сквозь стены, принимать за базовую. Ведь своими глазами все видел! Просто, добрав информации, с этим нужно спокойно разобраться. Но для начала следует поспать.

Справка. И все кричат «Ура!»

И все бегут вперед,

И над этим всем новый день встает.

Глава 11

Эпизод 11.1

А поутру они проснулись.

На работу Беседин проспал. Ничего удивительного, почти до утра ворочался, переваривая события. Девчонке синяки пару раз смазал, и себе заодно. А вот кошка привыкла завтракать по расписанию. Посидев в растерянности у пустого блюдца, она утомилась мучить себя голодом, и пришла на диван руку лизать. Степан подскочил, однако вместо холодильника направился к бывшему семейному ложу. Кошка недоуменно фыркнула — тут кушать пора, а хозяин квартирантке лоб трогает и простынку поправляет. Делать ему нечего!

— Ну что, подруга, будем вставать? — Степан заметил, что девчонка не спит, реснички предательски вздрагивают. — Как это ни грустно, у нас расходятся дороги. Прощай, любимая, прощай.

— Плохо мне, — отвергая иронию, прошептала пришелица. — Не дойду… Можно еще полежу? Я тихонечко буду.

— Можно, конечно, — невозмутимо согласился Степан. — Пока я завтрак готовлю, лежи. А потом расскажешь мне, что здесь произошло. За что тебя поколотили. Зачем тебе пистолет, а твоим дружкам — автоматы. Как ты умудряешься пронзать пространство и время. И все такое.

Прядая ушами, кошка заинтересованно внимала интонациям хозяина.

— А потом я уйду на работу, — продолжал вещать Степан. — Но перед этим ты наденешь свои камуфляжные штаны на лямках. И, как обычно, нырнешь в коридорную стенку. Таким способом вы приучены передвигаться?

Девчонка кивнула.

— Вот и хорошо! — удовлетворенно кивнул он. — Тазики я на всякий случай снял. Доступно излагаю?

Девчонка часто заморгала одним глазом, по бледной щеке потекла слеза. Второй глаз, заплывший окончательно, слезился и без этого.

— Нет-нет! — возразил Беседин, протягивая бумажную салфетку. — Не мечтай. Гармония моего мира разрушилась, и ты топчешь его остатки. Уходи как волна, я не буду искать. Ага?

— Сейчас не могу… — голос был еле слышен. — Сил нет.

— Подумай сама, — зашел Степан с другого краю. — Вот оставлю я тебя одну в квартире, а ты упакуешь мои вещички, и привет? Все, что нажито непосильным трудом?

— Да нет, ты чего? — она снова заморгала целым глазом. — Зачем мне это?

Такой аргумент Степана не убедил:

— А может, тебя в полицию лучше сдать?

— Не надо меня сдавать… Ты не враг. И не злой, — булькая распухшим носом, пришелица жгла умоляющим взглядом. — Я могу заплатить. Помоги, а?

А вот это предложение разозлило Беседина.

— Ишь ты, заплатит она! Тоже мне, нашлась миллионщица. Не было такого уговора. Между прочим, здесь не приют для бездомных. Так что, рота, подъем! Удобства в ванной, бельишко просохло давно, висит на веревке.

Степан развернулся и пошлепал на кухню. Хват уже разговоров, на работу пора!

Он раскладывал омлет по тарелкам, когда прибежала кошка. Она мявкнула и лапой тапок тронула. Неслыханное дело, чтобы Лиса голос подала! Зовет домой, что-то случилось. Вытирая руки на ходу, он рванул в комнату. А кошка, задрав хвост трубой, бежала впереди. Оглядываясь, дорогу показывала, чтоб никто не заблудился.

Нагая туристка белым кулем лежала на полу, из носа текла кровь. Беседин лихорадочно ощупал шею. Сердце билось, слава богу, жилка пульсировала.

— Нет, ты видела? На минуту нельзя оставить! — пожаловался кошке он, укладывая пришелицу на диван.

Лиса согласно муркнула, и с чувством выполненного долга принялась вылизываться. Однако ритуал контроля не забывала. Временами замирая, из-под задранной ноги поглядывала искоса.

Степан задумался, почесывая щеку. Девчонка дышала еле заметно, грудь практически не вздымалась. Она видимо, все-таки встала. Собиралась надеть халат, да не вышло — грохнулась в обморок. Плохо дело…

— Надо это тощее тело в больницу везти, — сообщил он кошке. — Не дай бог, если серьезное что.

Жалко девчонку. Ноги точеные, крепкие, попка круглая. Приятную картину портили ребра — вон как торчат! Живот натурально к спине прирос.

Салфетками он убрал кровь из-под носа девчонки. И хотя уже не текло, в голову закралась мысль: а может, «скорую» вызвать? Хм… Можно, конечно, но вряд ли разумно. Они же вопросы задавать начнут. Как эту дылду зовут, где живет. Паспорт спросят, медицинский полис. И что отвечать? Нечего. Скажешь честно, что из стены с дружками выпала — сразу заберут в психушку. Причем обоих. Нет, «скорая» отпадает. Да и своим ходом быстрее получится. Но потом — сразу к стенке! Давай, давай, до с-с-свиданья! Прощай, труба зовет. Собственных проблем выше крыши.

Мобильник хранил множество номеров, нужных и не очень. Но телефон подходящего врача, конечно же, там нашелся. Кандидат наук Карен Осипов заведовал диагностическим медицинским центром, дополненным крошечным стационаром на десяток коек. Класса «люкс» или, как сейчас модно говорить, «онклюзер». Лечение здесь выходило в копеечку, однако карточка добровольного медицинского страхования многое покрывала. Иногда этого казалось мало. Тогда выручали теплые отношения с заведующим, чье больничное компьютерное оборудование обслуживала Степина фирма.

За очередные закупки оргтехники Осипов получал откат, за который каждый раз проставлялся. Прочие причины они со Степаном обмывали в бильярдной. А еще партнеру регулярно требовалась обналичка, помощь в личных компьютерных проблемах, другие бухгалтерские хитрости… Так что на хорошее отношение рассчитывать можно однозначно.

Поглядывая через зеркало на заднее сиденье, Беседин нацепил гарнитуру:

— Карен, у меня проблема.

Хилое тело, упакованное в халат, не подавало признаков жизни. Однако в любой момент девчонка могла вскочить в горячке. Поэтому Степан на всякий случай завязал рукава узлом, а пояс затянул покрепче. Машину он вел медленно, аккуратно, чтобы не растрясти больную. Да и не хотелось нарываться на гаишников. Как будешь потом объяснять, что тушка трупа самостоятельно из стены выпала? Не поймут-с…

Санитары уже ждали во дворе. Без лишних слов перегрузив пациентку, они повезли каталку внутрь. Степан пошел рядом.