Владимир Сербский – Портфель точка два (страница 37)

Тетя Валя охнула, побледнела и, кажется, похудела.

Насладившись шоковым состоянием соседки, за много лет выпившей из бывшей жены не один литр крови, Степан с тяжеленными сумками в руках вышел. Некогда болтать попусту, ведь до конца дня предстояло дел невпроворот.

Справка. Цыгане верят в духов — духов земли, воды, воздуха, лесов и полей. Ведьмы общаются с ними. Через цыганку духи воздуха могут навредить человеку или, наоборот, помочь ему. Им также нравится сбивать людей с пути. Духи земли часто называются благородными, они дружелюбны и дают добрые советы. Духи воды могут быть любыми. Иногда, в хорошем настроении, они помогают людям, а иногда могут быть мстительными и вредными.

Глава 28

Эпизод 28.2

Беседы в высоком кабинете.

Президент сидел ровно, старался говорить сдержанно:

— Саша, ты не слышишь меня. Я не предлагаю тебе выбрать тариф, по которому ты станешь продавать родину. Нет! Сейчас речь идет о работе на благо этой самой родины.

— Не представляю, что такое блага от ФСБ, — девчонка смотрела в стол, не поднимая глаз.

— Господи, да при чем тут ФСБ?

— А при том! Что мое ФСБ, что ваше, хочет одного: мою голову. А я вам не Труффальдино из Бергамо.

— Да кто такое сказал? — Президент терял спокойствие. — Никто твою голову по винтикам разбирать не собирается.

— Другое знаю, — бубнила свое Саша. — Бабушка сто раз мне говорила, что главное отличие человека в животном мире — это способность врать. И предавать. Так устроена психология человека. А уж гэбэшнику точно нельзя верить никогда!

— Ты хочешь, чтобы я ел землю из горшка с цветами и клялся на крови, чтобы мне поверили?

— Я единственного хочу: чтобы меня в покое оставили, — Саша была готова расплакаться.

— А если тебя иностранные спецслужбы выкрадут? — президент, в свою очередь, был готов взорваться.

— Вам-то какое дело? Не выкрали ведь.

Президент сдержал вздох:

— Девочка, у тебя дар. Редкий дар, и неважно, от бога это или от дьявола. Но человек, видящий будущее, и способный проникнуть куда угодно… Это психотропное оружие! Не оставят тебя в покое секретные службы мира. Если мы не защитим. Тут уж поверь мне на слово.

— Да? А зачем тогда ваше ФСБ меня ликвидировать задумало?

— Хм…

— Ладно, меня. Предположим, я вам враг. А Степа чего я плохого сделал?

— Пойми, Саша, задумать не означает исполнить, — Президент дал время осмыслить фразу. — Служба безопасности обязана предусмотреть все варианты развития событий. В представлении некоторых чинов я совершаю большую ошибку, выходя на переговоры с возможными террористами. Но я уверен в успехе переговоров. Мы должны работать вместе! Посмотри — я вышел один, и без оружия.

Прислушиваясь к диалогу, Ася молчала.

Президент продолжил:

— Но если уж вышел, то силовой вариант в подобных случаях всегда разрабатывается и держится в уме, независимо от успеха переговоров. Всегда!

Ася еле заметно улыбнулась про себя.

Президент помолчал, предоставляя возможность оценить откровенность:

— Да, команда к атаке может не прозвучать, но специально обученные люди обязаны быть наготове. Это азбука. Это как физический закон, и здесь нет ни добра, ни зла, а одна лишь целесообразность.

— Складно выходит, — бледная саркастическая улыбка блуждала на Сашиных губах.

— Я же тебе говорю: целесообразность. В политике, кстати, сплошь и рядом наблюдается то же самое, только на уровне государств. Кто не с нами, тот против нас! Не я это придумал.

— Да какое вам дело до меня, а мне до вас? — девчонка исподлобья метнула черную молнию. И, странное дело, успокоилась.

— А то ты не понимаешь, — возмутился Президент. — Простые истины тебе излагать? Не понимаешь, что ты — сокровище?

— Да?

— Саша, во всех смыслах ты сокровище, и для иностранных государств тем более. А здесь тебе гарантирована защита и работа. Не медицинские опыты и шпионские рейды, а интересная работа во благо родины. Нашей общей России!

— Владимир Владимирович, — заинтересовалась вдруг Ася. — Специально обученные люди — это те семеро, что засели в соседней комнате?

— Ну да, — оторопел президент. — Откуда знаешь?

— Так ведьма же, — сверкнула улыбкой Ася. — Пора вам уже привыкать, что я все знаю. Даже слово «фас», которое должно прозвучать, как команда к зачистке. Жалко мне мужиков. Хорошие бойцы?

— Не то слово, — Президент взял себя в руки. — Люди надежные, в деле проверены не раз. И чего тебе их жаль?

— Потому что бойцы хорошие. Всякое повидали, крови не боятся. А во мне врага не чуют. Однако сидят, злятся.

— Почему?

— На вас злятся!

— На меня? Хм…

— Конечно! Как бы вы себя чувствовали в бронекостюме высшего класса защиты, с опущенным забралом на сфере… против девчонок голоногих⁈ Одна, заметьте, беременная. Не нравится им это кино.

— Кино? — Президент посмотрел в сторону.

Снимали, видимо, оттуда. Ася кивнула:

— Камеры предлагаю выключить, ребят отпустить. Лишними знаниями их отягощать не стоит. Да, бойцы? — Ася распахнула дверь. — Знаете, почему знаменитые художники — исключительно мужчины?

— Нет, — командир группы отстегнул шлем и, проведя рукой по влажному ёжику волос, демонстративно отложил короткоствольный автомат. — Почему?

Однако остальных бойцов хитрый вопрос не смутил, шесть стволов смотрели в плоский живот Александры, точно между юбкой и майкой.

— Сальвадор Дали на этот вопрос ответил так: мужчина отличается от женщины наличием яиц, — усмехнулась Ася. — У любого человека, сказал Дали, в голове находится IQ, а вот талант — исключительно в яйцах.

— И что? — Президент выглянул из-за ее спины, стволы синхронно опустились.

— А то, что талант у них сейчас закипит по такой жаре. Отпустите ребят, Владимир Владимирович, жалко же… Не нападем мы на вас, честное слово!

Командир хмыкнул и встал — повинуясь повелительному взмаху президентской руки.

Справка. Словосочетание «психотропное оружие» появилось в средствах массовой информации много лет назад. В СССР закрытые центры по исследованию психического воздействия на человека находились в двадцати городах страны, и все под патронажем КГБ. Цель исследований — получения возможностей управления поведением человека. Над этой проблемой трудились тысячи лучших ученых. После развала СССР научные центры закрылись, а ученые стали временно безработными, те, которые не захотели ехать за рубеж. Академик Наталья Бехтерева дело своего отца не оставила, и по-прежнему изучала «магию мозга».

Прикрыв дверь, Ася посмотрела в глаза:

— Владимир Владимирович, в отличие от неразделенной любви, доверие предлагаю строить на взаимной основе.

— Доверие. Хм… Важная штука.

— Я решилась работать, хотя никогда на моей памяти проводники не имели дел с власть имущими.

— Это почему же?

— По простой причине, житейской — нельзя цыганам давать в долг, а с каталами в карты играть.

— Ха-ха, — хохотнув, Президент явно развеселился. — Сравнила государство с жуликом. Думаешь, объегорю?

— Думаю, что думаете, конечно, — Ася обрезала веселье. — Правда, не уверена, что получится. Совсем не уверена. Хотя вы хотите.

— Поясни.

— Например, предполагаете отследить мои перемещения с помощью жучков. Или радиоактивных меток. Или взвод топтунов приставить. Мои базы и бабушкину фазенду выявить хотите. Пристрастия и слабые места вычисляете. Не надо, а?

— Ты же утверждала, что мысли читать не умеешь?