Владимир Сединкин – Забытые (страница 16)
– Они что, правда, такие сильные? – спросил кто-то, кого я не видел.
– Физически развиты, да. Кости крепче, чем у нас, кожа прочнее. В остальном биологически от людей почти ничем не отличаются. Гвардейцы, сражавшиеся с ними в рукопашную, подтвердят мои слова. Это обыкновенный противник, которого можно победить.
Проектор показал изображение туземца в позе Витрувианского человека Леонардо Да Винчи.
– Мы предполагаем, что сикомэ всё ещё живут в рамках родоплеменного строя и возглавляются вождями. Возможно, даже имеют место союзы племён.
– Что им от нас надо?
– Да, почему они не отстанут?
– Они у себя дома, – сказал Седов. – Мы в гостях. Не по своей воле, конечно. Я вполне допускаю, что колония, возможно, нарушила какие-то их традиции, табу или просто вызывает агрессию своей деятельностью. Так как полноценного контакта с ними нет, знать точно мы не можем. Переговоры не велись, да и не известно хотят ли они их, поэтому будем обороняться всеми доступными методами. А теперь о неприятном.
На проекторе возникло размытое изображения старика-сикомэ с палкой.
– Именно они руководят всеми атаками на нашу крепость, – командир гвардейцев указал пальцем на голограмму. – Там, где появляются эти старики, давайте назовём их шаманами, сразу начинаются неприятности.
– Они что правда используют магию? – оживилась Юлька, прищемив мне локоть.
– Скорее каким-то недоступным для нас видом концентрации энергии, которым они могут распоряжаться. По крайней мере, палить огненными шарами направо и налево у них точно не получается.
– А последнее нападение на крепость? Повреждение ворот? – справа от нас, опёршись на спинку стула поднялся худой мужчина в узких очках.
– Расследование установило, что поворотный механизм ворот был повреждён несколькими попаданиями. Но тут скорее им повезло. Устройство не сломалось, а просто заклинило. Один из зубцов отломился и заблокировал колесо.
– А как они попали в Кремль?
– Через карстовую пещеру в утёсе. Им удалось проплавить стальную стенку, примыкающую вплотную к каменной гряде. От высокой температуры она немного треснула и разошлась. Именно в этот зазор они и залезли. Надо сказать, что пробовали они это сделать в нескольких местах, но там у них ничего не получилось. В настоящий момент стены укреплены, карстовая пещера уничтожена.
Проектор показал всем находящимся в зале кривую трещину в броне, и хорошо знакомый мне коридор к капониру Тринадцать заваленный трупами. Люди вокруг меня снова зашептались.
– Они же дикари! Почему мы не можем их отогнать? – задала вопрос моя мать, сидевшая в ряду ниже.
– Их много. Они активны и не такие уж дикари.
Проектор замигал, и в воздухе завращалось холодное оружие, которое я видел в руках сикомэ.
– Это металл? – спросил кто-то.
– Мы не знаем, что это.
По залу прокатилась волна удивления. Нет, никаких «вау» или «чёрт побери», но люди были сбиты с толку.
– Что это значит?
– А анализ структуры?
– Как такое может быть?
– Мы думаем, что это скорее камень, но очень прочный. Способный рубить даже нашу броню. Копья, мечи, сабли, что-то вроде металлических перчаток с длинными когтями, которые они надевают на руки, – всё из него. Способ изготовления нам тоже не понятен. Изделия литые.
– Льют камень? Это как?
– Мы не знаем.
– Рубят нашу броню? – недоверчиво спросил Гаврилов – директор нашей школы.
– Не то, чтобы рубят, но могут повредить её. Нарушить целостность.
– Они постоянно наблюдают за нами, – будто самому себе произнёс Минин.
– Совершенно верно. Находят слабые места и сразу атакуют. Им проще, здесь их дом. Мы же в плане разведки ограничены. Наши отряды подвергаются немедленному нападению свёрглов и других хищников. У нас нет полноценных летательных аппаратов по причине того, что топливо для них давно закончилось. Мы пытаемся создать авиационную технику уровня конца XXI, пока не выходит, есть препятствия. Однако, наши дроны модернизированы и могут совершать автономные полёты на серьёзные расстояния, также нам удалось их привязать к нашим координатам и усилить передачу видеосигнала.
– Как именно далеко? – поднялся со своего места Максимов.
– Десять дней и робот отключается без возможности вернуться.
– Что они показали?
На экране возникла фиолетово-розовая долина и вход в кроваво красный каньон, по которому нескончаемой рекой текли синекожие. Сикомэ и свёрглы медленно двигались вперёд.
– Как их много!
– Кошмар!
– Ужас!
Прерывая выкрики в зале, прозвучали страшные слова командира гвардейцев:
– Вся эта масса медленно движется к нам.
Вот теперь люди в панике вскочили на ноги, и многоголосый хор забился под потолком. У меня мурашки побежали по спине, да и не только у меня.
Скривившись в недовольстве, Седов сильно хлопнул ладонью по поверхности стола и, дождавшись нервной тишины, хладнокровно продолжил:
– Таким образом, с завтрашнего дня режим ЧС вводится на территории всей колонии. Каждый из руководителей сейчас получит конверт с чёткими приказами, которые должны выполняться в указанные строки. Саботаж, лень будет немедленно караться. Создание убежищ для гражданских, укрепрайонов внутри колонии уже началось. Всё население от восемнадцати до пятидесяти становится военнообязанным. Подростки с шестнадцати лет превращаются в резерв, с которым начинают заниматься уже с завтрашнего дня. Пенсионеры, обладающие полезными навыками и хорошим здоровьем, тоже будут задействованы в обороне. Начал формирование танковый полк, машины которого вооружат огнемётами, крупнокалиберными пулемётами и скорострельными мелкокалиберными пушками. В основном как вспомогательное средство для сопровождения шагоходов, а также для защиты территории колонии в случае прорыва врага внутрь городской инфраструктуры.
– Но разве мы справимся?
– Их десятки тысяч!
– Это невозможно!
Прикусив нижнюю губу, Седов сверкнул глазами и резко рубанул рукой в воздухе:
– Вместе мы справимся! Я знаю, что все мы часть Империи, и привыкли к обращению господин и госпожа. Однако, считаю необходимым изменить эту традицию и обратиться к нашему славному прошлому. Посовещавшись, мы приняли решение ввести новый способ обращения на территории колонии – товарищ. Отныне все мы друг другу товарищи. Ибо только это сохранит нам жизнь и принесёт победу.
Когда Евгений Иванович замолчал, из-за стола встал Гамов. Особист лениво потянулся, поправил погон на плече, стряхнул пылинку с груди и, широко улыбнувшись, чего от него точно никто не ожидал (многие прямо замерли как вкопанные), мягко сказал:
– Всем спасибо за внимание. Получаем задания, приступаем к работе. Нам ещё столько синих задниц надрать надо.
* * *
Небо хмурилось, и порывы ветра поднимали пыль, набивавшуюся в глаза и волосы. Втроём мы медленно шли домой и молчали. Ноги словно налились свинцом и вяло отсчитывали метры, а спины сгорбились от тяжести. Или это был груз ответственности? Сказать было просто нечего. Наоборот сегодня произнесено было слишком многое.
Четверг стал просто сумасшедшим днём для всех нас. Во-первых, большая часть колонистов узнала, что наше поселение окончательно превращается в военный лагерь. Нет, они, конечно, видели, что к тому всё и шло, но одно дело видеть и предполагать, а другое – винтовку на плечо, и шагом марш!
Детей в солдаты? Родители, само собой, не обрадовались, но угроза уничтожения крепости и долины была реальна. Все это осознали. Подростки инициативу Триумвирата вообще восприняли с радостью. Каникулы же, делать в долине особо нечего, а тут ну прямо военные игры. «Росомахи» потаскать давали, пострелять, да ещё и гранаты покидать, правда, пока учебные. Не думайте, что они ничего не понимали. Как раз наоборот. Просто в колониях культура обращения с оружием существенно отличается от цивилизованных миров. Защищать себя учились с детства. Мало ли что.
Что касается средств смертоубийства так «ашки» и «бешки» лёгкие, пластиковые, без отдачи, были для них в самый раз. К тому же на складах их лежало предостаточно, аккумуляторы мы давно штамповали сами, а металлические шарики делали из местной дрянной руды. Взрослых же массово вооружали тяжёлыми «Мономахами» и направляли на обязательные занятия в тир. Нюансов обращения с этой штурмовой винтовкой было предостаточно. Нам ли с Мининым это было не знать? Команда Быкова трудилась с утра до вечера, и ящики с боеприпасами штабелями заполняли склады.
Во-вторых, по всей территории началось строительство. На центральной площади прямо возле кафешки Басмача копали углубления для установки железобетонных дотов, которые должны были вытянуться в ряд и перекрыть путь нападающим. Для этой же цели заминировали сигнальные вышки. Они в случае чего должны были рухнуть и блокировать врага тоннами искореженного железа. На утёс затащили ещё два пулемётных комплекса, расположив их таким образом, чтобы те накрывали большую часть центра крепости. Видно, Седов так готовился к прорыву сикомэ сквозь «Кремль». Я об этом даже думать не хотел.
В самой долине возводили подземные убежища для гражданских. По сути, это были обыкновенные бункеры. Очень простые и надёжные. Туда же свозили запасы еды, воды и всего необходимого.