Владимир Щербаков – Под тусклым фонарём (страница 27)
Менял бабёнок чаще, чем носки.
Все эти фифы, крашеные кобры,
Лишь добавляли в голову тоски.
Они хотели шубы, рестораны,
Айфоны, тачки, отпуск на Бали.
А ты пришла, заштопала карманы
И просто рявкнула: «Давай, блин, не пыли!»
Мне говорили: «Брось её, дебил!
Она ж проста, как будто три рубля!»
А я нашёл в тебе, бля, дикий пыл,
Что без тебя – ни ночи и ни дня!
Ты – мой навигатор в этом бардаке,
Мой личный сорт отборной белены.
С тобой хоть в космос на простом горшке,
Мне остальные, нафиг, не нужны!
Тебя хочу! Хочу тебя всегда!
Чтоб твои зенки пялились в мои!
И пусть летят к чертям собачьим все года,
Мы будем вместе, чёрт нас подери!
Останься рядом, слышишь, навсегда!
Пусть станет тело мне твоё обрядом!
Ты – моё бухлишко, ты – моя еда!
И никого другого, бля, не надо!
*
…Вот это, блядь, любовь!
Эмигрантское 2
*
Я помню, как горели фонари
Над Брайтон-Бич, смывая серый быт…
Нам казалось, что сбежали от зари,
Что над страною нашей вечно спит.
Джин-тоник, джинсы, рок-н-ролл…
Ветер свободы с Гудзона…
Я ставил жизнь на этот протокол,
На яркий свет чужого стадиона!
Хеллоу, Америка! О-о-о!
Страна большой и ласковой мечты!
Я думал, здесь не гаснут маяки,
И все мосты сжигая, верил я в мечты.
Хеллоу, Америка! Мой робкий шанс,
Мой личный Голливуд, мой звёздный час!
Я был так молод и не мог увидеть вас,
Всех тех, кто давно во мне погас…
*
Прошли года. Неон сменился тёмной мглой,
Бродвей стал для меня всего лишь улицей.
Я здесь, увы, чужой; как будто неживой,
С улыбкой, что лишь хмурится.
Мне стали сниться избы и снега,
Да горький дым сгоревшего костра.
И вся свобода – просто берега,
Где шторм один сменяется с утра.
Гудбай, Америка! О-о-о!
Здесь я не стал никем. Здесь не был свой.
Мне слишком долго снилась эта боль:
Что я играю чью-то роль.
Гудбай, Америка! Мой край,
Где даже в небесах – фальшивый рай.
Меня ты научила молча выбирать
Между «забыть» и «снова вспоминать»…
*
Так что же ты, Америка – обман
Иль всего лишь зеркало для нас?
Ты – просто сон, что я увидел сам,
Но больше не молюсь твоим богам! 
