Владимир Саяпин – Хозяйка ночи (страница 2)
Ладонь быстро отирает пол. Вмиг на нём отыскивается подходящий кусок камня, а затем выражение на лице военного изменяется. Он сам превращается в монстра.
Мощный, точный удар осколком кирпича прямо в висок мгновенно валит мертвеца на землю. Из пробитого черепа медленно вытекает густая, синеватая жижа с комками.
Ладонь не успевает выпустить кирпич. Монстр очухивается и хватает женщину за лодыжку.
Вырывается вздох. Никакого визга, никакого крика. Затем кирпич ударяет снова, пробивает темя, разбрызгивает по сторонам густую, вонючую жидкость. Хрип медленно угасает. Постепенно. Всё заметнее после каждого нового удара.
Солдат не останавливается, пока не разбивает голову чудища в ошмётки. Лишь когда на шее не остаётся костей, мертвец окончательно успокаивается и отпускает женскую ногу.
– Твою же… какой живучий…
С лёгкой, быстро проходящей одышкой, бросив камень под ноги, боец выбирается обратно на свет. Он отступает к стене, чтобы присесть. Женщина, от страха едва дыша, идёт следом. Вмиг она замирает.
За спиной, в темноте снова звук. Опять рык, но другой, щёлкающий, без бульканий. Солдат напрягается и поворачивается, стараясь не шуметь. Его спутница уже тоже догадалась, но от страха не может сдержаться.
Неудобный каблук подыгрывает врагу, заставляет споткнуться. Лишь едва уловимый, лёгкий шум, который можно даже самому легко упустить в шепчущей суматохе.
Монстр из темноты отвечает рычанием и выпрыгивает из тени.
Мертвец разваливается на глазах, но выбрасывается из тьмы с такой скоростью, что утягивает её за собой, будто туманную дымку.
Взглядом монстр застывает на людях. На миг, за который можно рассмотреть его ужасный вид, ободранную, грязную одежду, висящую практически на нитках, облезлую кожу и отслоившуюся плоть.
Мертвец не даёт ничего сделать. Он разводит руки в стороны, чтобы раскрыть грудь. Даже кожа выше живота лопается от напряжения. Монстр открывает пасть с гниющими зубами, покрытыми слизью, и издаёт вой.
Звон пронзает слух острой болью. Будто сирена загремела прямо над ухом. Клёкот сопровождает этот жуткий рёв. Его дополняют стрекотание и щелчки.
Руки сами тянутся закрыть уши, рот открывается непроизвольно, колени слабеют, и тянет упасть на пол. Словно там звук пощадит и станет глуше.
Военный с трудом берёт себя в руки. Через пару секунд становится ясно, что останавливаться монстр не собирается. Скорее у него лопнет грудная клетка.
В обломках легко найти подходящее оружие. Ладонь хватает первый попавшийся осколок камня, кривится от боли, с трудом пробивается сквозь плотную стену звука.
Камень легко пробивает старую кость. Череп раскалывается практически надвое, в нём, как в гнилой тыкве, появляется тухлая вмятина.
Мертвец продолжает выть. Только ещё ужаснее. Тише, труднее, но с прежним рвением. Захлёбывается, задыхается, иссыхает, но продолжает стонать даже тогда, когда от головы практически ничего, кроме рта, не остаётся.
Он замолкает, и солдат отваливается от трупа и прилипает к стене, уже с трудом борясь с одышкой.
– Да какого чёрта? Что это за тварь?!
Монстр в ответ издаёт слабый стон, вздрагивает, чуть шевелит рукой.
Женщина от ужаса перестаёт дышать. Оба замирают, переглядываются.
– С чего бы ему орать? Зачем он орал? Что за бред?
Военный размышляет вслух. Особого внимания на спутницу он не обращает.
В пыли развалин уже два мертвеца. Оба облезлые, посиневшие. У одного до кости разорвана плоть, кусками болтается, словно это вовсе не должно причинять хлопот. Оба превратились в застывшее кровавое месиво.
В тишине слух пронзает едва заметный, но уже знакомый вой. Точно такая же сирена где-то очень далеко. Затем ещё одна, с другой стороны.
В глазах разгорается пыл беспокойства. Эти мертвецы в принципе существуют. С запозданием, в умы вторгается мысль о том, что их больше. Намного больше. Военный тут же вскакивает и высовывает голову в разлом.
– Твою же…
Шокированный взгляд и забегавшие глаза тут же заставляют очнуться. Страх на время сковал, заставил растеряться, но пора взять себя в руки. Полагаться только на военного глупо, ведь однажды его может не оказаться рядом.
– Что там?
Женщина поднимается. Скрывает дрожь, старается не обращать внимания на мертвецов с разбитыми головами и на брызги синеватой жижи.
– Там… не знаю. Похоже, там дружки этих двух.
Приходится всё-таки по жесту солдата прийти взором к двум трупам. С трудом выходит удержать тошноту. Взор спешит убежать в сторону, к мечтам о прохладной свежести, и они успокаивают.
Военный только кривится. Гражданские в нужный момент не могут просто взять себя в руки. Винить тут некого, но это очень мешает.
Подумав мгновение, он пронзает взором дыру в потолке. Вздохнув для разминки, боец с лёгкостью подпрыгивает, цепляется за уступ и взбирается на крышу.
Он спокойно осматривается. Щурится, прячет лицо от солнца обеими ладонями. Хотя глаза уже слегка привыкли. Затем мужчина спрыгивает.
– Надо сваливать, – объясняет он. – Мы пойдём в сторону города. Попробуем найти здесь какое-нибудь оружие, потом…
Женщина подходит на два шага. Она, не обращая внимания на разбитую голову мертвеца, обступает его, и хмурым взглядом буравит спутника.
– И какой в этом смысл? Куда мы пойдём?
– Мы пойдём в атаку, – отвечает солдат, ничего не объяснив.
– Стой!
Берцы вновь ступают на территорию, укутанную тьмой. Живой, детский страх темноты сковывает движения. Будто если зайдёшь во мрак, тут же погибнешь.
А стоит промедлить, как можно потерять бойца из виду, так что каблучки быстро ныряют в темноту следом.
Две нежные ладошки вцепляются в китель со стороны спины. Держат мёртвой хваткой. И это хорошо. Вместе гораздо больше шансов выжить.
– Это какой-то бред. Зачем нам уходить отсюда?
– Можешь спрятаться тут, и посмотрим, до кого эти монстры доберутся первыми.
В ответ на хамство хочется съязвить, но ситуация слишком тревожная. Руки сразу отцепляются от кителя, а каблучки встают на месте.
– Я просто хочу понять!
Адреналин лупит в голову с такой силой, что глаза едва не закатываются. Сейчас просто трудно контролировать себя, и только. Стоит выдохнуть, как самому ясно, что не стоило грубить.
– Тс, – шепчет боец спокойно. – Потом. Вдруг здесь есть и другие.
Его шаги звуком рассекают плотный мрак. Без этого звука кажется, что тьма непроницаемая. Даже разваленный дверной проём всего за несколько шагов от него перестаёт быть виден.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.