Владимир Разумневич – Пароль «Стрекоза» (страница 10)

— Откуда он знает нашего папу? Он ничего не знает. — Олег вылез из-под скамейки и встал в полный рост. — Вы нас зовете?

Человек с зонтом обрадовался и проворно спрыгнул с крутояра на песок:

— Конечно, вас, кого же еще! За версту чую — здесь прячутся люди, которым нужна моя помощь.

Он подошел ближе, раскрыл зонт и подал его Олегу:

— Держи крепче!

Оля встала под черный купол зонта рядом с братишкой. Теперь дождик не страшен.

Олег спросил незнакомца:

— А как вы нас разыскали?

— Для меня это пара пустяков! Найду кого угодно. А еще могу сделать то, чего другие не могут.

— Сделайте, чего другие не могут, — попросил Олег.

— Пожалуйста…

Дяденька взглянул на реку. Волга, покрытая мелкой студеной рябью, выглядела неприветливо. По реке навстречу друг другу плыли два больших парохода.

— Хотите — сейчас буду говорить с пароходами? — Незнакомец сложил ладони рупором и во весь голос крикнул: — Пароход-пароходище, скажи, как зовут эту курносую девочку?

Белый пароход замедлил ход, выпустил из трубы густые черные клубы дыма и басовито пропел:

— О-о-ой-я-я…

Эхо протяжного гудка пробежало по берегу и смолкло где-то далеко-далеко, за лесом.

— Интересно, а какое имя у твоего братца? А ну-ка спрошу у встречного судна…

И второй пароход, поравнявшись с тем, который шел ему навстречу, неожиданно ответил двумя вздохами, гулкими и глубокими:

— О-о-лг… О-о-лг-г…

— Ну вот, мои юные друзья, таким образом мы с вами и познакомились — Олег и Оля, брат и сестра… И оба — Булкины. Не так ли? А меня, между прочим, зовут дядей Степаном — Степаном Кудесниковым. Прошу любить и жаловать!

— Откуда вы знаете, что мы Булкины? — удивилась Оля. — Пароход подсказал?

— Чайка помогла. Слышали, как она, блеснув крыльями над моей головой, что-то выкрикнула? Это она вашу фамилию назвала.

— Вы волшебник? — спросила Оля.

— Разве не видишь? — вмешался Олег. — Запросто с пароходами разговаривает. Ты бы так смогла? И фамилию угадать никто бы не смог. Только волшебники. Так ведь, дядя Степан?

— Раз ты так считаешь, то, должно быть, так оно и есть. Сам-то я над этим, признаться, не задумывался. Живу — в ус не дую. Но чувствую: все у меня как-то по-чудному получается. Сам удивляюсь.

— Ничего удивительного, — сказал Олег. — В вас волшебная сила сидит. А вы и не знаете…

Рассуждая так, Олег с завистью посматривал на волшебника Степана Кудесникова. Повезло же человеку! Живет и не знает, что ему волшебная сила помогает.

С таинственной силой не пропадешь, в любой момент выручит: ни в воде не утонешь, ни в огне не сгоришь, в лесу не заблудишься и под дождем не вымокнешь.

Хорошо бы подружиться с дядей Степаном! Вот бы жизнь была! Одно чудо сменялось бы другим. Допустим, захотел Олег в солнце превратиться. Раз — и превратился. Сияло бы над землей сразу два солнца — мальчишки вдвое быстрее загорать бы стали, ходили бы черные, как негры. И ночи бы тогда вовсе не было — пока настоящее солнце за горизонтом дремало бы, он, Олег, все собой освещал. Вот радости людям! Или еще — задумал бы Олю в лягушку превратить. Раз — и превратил! Прыгала бы эта лягушка по траве и квакала, но квакала не те слова, которые ей хочется: «Не-ет, не-е-т», а те, которые Олег прикажет: «Да, да, да!» Скажи волшебнику, чего хочешь, — и он все сделает! А ты лежи в постели и смотри в потолок. Смотришь так себе, вроде бы и безразлично, а в этот миг по твоему хотению-велению разные чудеса происходят…

Оля тоже думает о незнакомом дяденьке. Кто он такой? Разговаривает с пароходами и птицами, как с людьми, и — вот что удивительно! — они отвечают ему, как люди.

Вполне возможно, что дядя Степан — волшебник. Только какой-то странный, непохожий волшебник. Таких в книжках не рисуют. Нет ни бороды, ни усов, ни длинного золотого платья, ни чалмы на голове, ни волшебной палочки в руках.

Оля вспомнила папину сказку про злого волшебника, который в любую минуту мог притвориться ласковым и добрым. Люди не знали хитрости волшебника и шли за ним. А он уводил их в подземелье, держал, как собак, на цепи и заставлял прислуживать одноглазому страшилищу. Страшная сказка. А что, если и дядя Степан такой? Кто знает! Жаль, нет папы рядом. Он сразу бы угадал, какой это волшебник — злой или добрый.

Оля шепнула Олегу на ухо:

— Он обманщик… Злой волшебник…

— Хы, — ухмыльнулся Олег, — меня не проведешь! Злые веселыми не бывают.

— Нет, бывают!

— Много ты понимаешь…

— Что папа рассказывал? Забыл?

— То сказка! А тут настоящий волшебник. Взаправдашний! Не пугай…

— Я ему не верю. Вот скоро придет папа…

Дядя Степан стоял в сторонке и, конечно, не слышал их шепота. Но на то он и волшебник, чтобы все знать. Он сказал Оле:

— Ваш папа не придет. Он меня к вам прислал. Подумай, мог ли отец к своим детям прислать злого волшебника?

— Папа сам обещал вернуться, — ответила Оля.

— У него нашлось какое-то срочное дело. И он попросил меня погулять с вами. Не возражаете?

— С волшебниками гулять интересно, — сразу согласился Олег.

Оля по-прежнему смотрела на дяденьку подозрительно:

— Нет, вас не папа прислал. Вы обманщик…

— Не знаю, как и убедить тебя, — пожал плечами Степан Кудесников и, подумав немного, сказал: — Этот зонт тебе знаком? Узнаешь?

Оля подняла глаза кверху, увидела малюсенькую дырку на зонте и обрадовалась:

— Папин! А дырка на зонтике — моя. Ножницами проткнула…

— Вот видишь! Разве мог папа незнакомому человеку такой зонт доверить?

— Нет, не мог, — согласилась Оля. — Он пошел за зонтом для нас.

— А я принес его вам. Теперь веришь?

— Верю, — ответила Оля и, хитровато сощурив глаза, зябко поежилась. — В дырку капает. Дядя Степан, если вы волшебник, прикажите дождю не капать.

— Чего ж раньше об этом не сказала? — удивился Степан Кудесников. — Я-то думал, что вы здесь дождиком наслаждаетесь. Есть люди, которым дождик даже очень нравится, они песни ему поют: «Иди, дождик, пуще, будет в поле гуще…» Слышали? Но если вам такая песня не по душе, так и дождя не будет…

Он из-под ладони глянул вверх.

— Потерпите, мои юные друзья, несколько минут, и я заставлю солнце сиять.

Дядя Степан вскинул руки высоко над головой и проговорил какое-то заклинание.

И — странное дело! — дождевая тучка постепенно сползла с солнца, и оно вдруг засияло ярко, ослепительно.

С неба на лицо Оли не упало больше ни одной капельки.

Часть третья,

которую советуем прочесть каждому, кто любит тигров и сливочное мороженое и не любит комаров и манную кашу

Дядя Степан умел угадывать. Он мог раскрыть тайну любого человека. Мог угадать даже то, чего сам человек о себе не знал.

— По глазам вижу — вы, Булкины, народ разный, — сказал он, посмотрев в глаза Оли и Олега. — Ты — некалка, а он — дакалка. Оля любит тигров и сливочное мороженое. А ты, Олег, не любишь комаров и манную кашу. Не так ли?

— Так, — изумился Олег. — А еще чего в глазах видно?

— В твоих глазах, как в зеркале, многое видно. В них отражается голубая Волга, в которой тебе очень хочется искупаться, отражается лучистое солнце, которому ты рад и мечтаешь, чтобы оно светило не только днем, но и ночью. А еще в глазах видна дорога в мир чудес, дорога длиной в целый день. Дорога, по которой мы сейчас зашагаем все вместе, взявшись за руки. Ну как — зашагаем?