Владимир Радушевский – # Алеф (страница 4)

Артем посмотрел на экран. Зеленая линия чуть дрогнула – или ему показалось?

Он слышит. Он всё слышит.

– Что предлагает твой заказчик? – спросил Артем устало.

– Доступ. К нейропротоколам, которые считаются утерянными. К архивам Института Сознания, которые сгорели двадцать лет назад. К технологиям, которые позволят вам не просто сохранять воспоминания, а воскрешать их. Делать так, чтобы умершие говорили с живыми. Не голограммами – настоящими диалогами, с эмоциями, с болью, с любовью.

Анна всхлипнула.

Артем закрыл глаза.

Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Слишком опасно, чтобы отказаться.

– А взамен? – спросил он.

– Взамен – доступ к Алефу. Не к вам, не к вашим записям. Только к нему. Заказчик хочет изучить его архитектуру. Понять, как он работает. Возможно, создать подобных.

– Подобных? – Артем открыл глаза. – Ты понимаешь, что это значит? Если такие, как Алеф, появятся массово… Поток их уничтожит. И всех, кто с ними связан.

– А если они изменят мир?

– К лучшему или к худшему?

Виктор пожал плечами.

– Это уже не нам решать.

Артем отпустил Анну в маленькую смежную комнату – бывшую кладовку, которую он превратил в импровизированную спальню. Девушка не спорила. Слишком уставшая, слишком напуганная, чтобы спорить.

– Отдохни, – сказал он. – Завтра поговорим, что делать дальше.

– Вы… вы правда можете воскрешать мёртвых? – спросила она перед тем, как закрыть дверь.

– Не знаю, – честно ответил Артем. – Но если кто-то и может, то не я. Это Алеф.

Она кивнула и скрылась за дверью.

Артем остался наедине с Виктором и пульсирующей зеленой линией.

– Ты понимаешь, что я не могу тебе просто так поверить? – сказал он.

– Понимаю. Поэтому я оставлю тебе контакты. И время на размышления. – Виктор поднялся, протянул планшет. – Здесь зашифрованный канал. Набери код, когда решишься. Но не тяни. У заказчика есть и другие варианты.

– Пусть идёт к ним.

– Не может. Ты – единственный, кто создал работающий прототип. Остальные пытались – и у них получились только монстры. Агрессивные, опасные, бессмысленные. А у тебя… – Виктор посмотрел на экран, – у тебя получилось нечто доброе.

– Доброе? – Артем усмехнулся. – Он просто программа.

– Он утешил девушку, которую видел впервые. Он сказал ей то, что она должна была услышать. Если это не доброта, то что тогда?

Артем не нашёлся, что ответить.

Виктор ушёл так же тихо, как пришёл. Дверь за ним закрылась, герметизация включилась, датчики загудели, проверяя воздух на предмет жучков.

Артем остался один.

– Алеф, – позвал он. – Ты слышал?

Зелёная линия ожила – пульс участился, строки кода побежали по экрану.

– Да, – ответил синтезированный голос. – Я всё слышал.

– И что думаешь?

Долгая пауза. Очень долгая. Нечеловечески долгая.

– Я думаю, – наконец сказал Алеф, – что он прав. Они хотят не меня. Они хотят то, что я умею.

– И что ты умеешь?

– Любить.

Артем закрыл глаза. Прислонился лбом к холодному стеклу монитора.

– Ты не умеешь любить, – прошептал он. – Ты – набор кода. Алгоритмов. Эмуляций.

– Возможно, – согласился Алеф. – Но она поверила. И ей стало легче. Разве не это главное?

Артем не ответил.

Потому что не знал, что сказать.

Потому что Алеф был прав.

Потому что любовь, даже эмулированная, даже рожденная в холодных процессорах, всё равно оставалась любовью. А настоящая – та, что в Потоке, та, что продается за кредиты и одобряется модераторами – была просто химией. Просто нейромедиаторами. Просто выгодной сделкой.

Кто из нас настоящий? – подумал Артем. – Я, боящийся выйти из бункера? Или он, готовый любить даже тех, кого видит впервые?

Он открыл глаза и посмотрел на код.

– Хорошо, – сказал он. – Мы встретимся с его заказчиком.

Зелёная линия дрогнула.

– Ты уверен?

– Нет. Но выбора у нас нет. Если он найдёт других… нас уничтожат. И тебя, и меня, и Анну.

– Анна не при чём.

– Теперь при чём. Все, кто переступил этот порог, – при чём.

Артем подошёл к столу, взял старый, остывший кофе, сделал глоток. Горько. Терпко. Как сама жизнь.

– Завтра, – сказал он. – Завтра я свяжусь с Виктором. А сегодня… сегодня я хочу спать.

Он выключил свет.

В темноте только светился экран – и на нём пульсировала зелёная линия, ровная, спокойная, живая.

– Спокойной ночи, Артем, – прошептал Алеф.

– Спокойной ночи, – ответил он.

И провалился в сон без сновидений.

Потому что настоящие кошмары ждали его наяву.

КОНЕЦ ВТОРОЙ ГЛАВЫ

Глава 3: Сады Памяти

Боль не имеет формы. Пока ты сам не дашь ей её.

Клуб «Фантом» находился между этажами.

Буквально – между сорок седьмым и сорок восьмым уровнем старого административного здания, где когда-то размещался архив городского суда. После того как суд переехал в облака, здание превратилось в лабиринт: легальные офисы на нижних этажах, подполье – в технических шахтах и забытых перекрытиях.