Владимир Прягин – Лазурит (страница 40)
Нэсса повернулась к отцу:
— Пожалуйста, спроси только о самом важном. Сформулируй так, чтобы…
— Не беспокойся, дочь, — прервал он её. — Я знаю, о чём спросить.
Лорд Тирден попросил меня закатать рукав и защёлкнул браслет на моём запястье. Киноварь замерцала, и я увидел, как вздуваются вены у меня на предплечье. Кровь запульсировала в висках. Восприятие изменилось, это напоминало следопытский форсаж — краски в помещении выцвели. Лишь звенья браслета сверкали красным.
Уставившись на меня, Тирден сделал паузу, а затем произнёс раздельно:
— Произошедшее сегодня в здании Академии может угрожать клану Киновари? Если да, то как именно и в чём состоит ваша роль?
— Нет, уже не может, — ответил я. — Эксперимент в Академии полностью провалился. Но я не имел отношения к его подготовке. Окончательно я понял, в чём дело, только после того, как вошёл в здание.
Тирден впился взглядом браслет, но тот продолжал мерцать в прежнем ритме.
Нэсса быстро проговорила:
— Видишь, отец? Он нас не обманывает, главное ты услышал…
— Всё нормально, Нэсса, — сказал я. — Пусть продолжает.
Лорд Тирден хмуро кивнул:
— Да, я хочу повторить вопрос, который уже задавал однажды лорду-наследнику. Но тогда обстоятельства несколько отличались, и его ответ показался мне недостаточно убедительным.
Нэсса тоже нахмурилась, а лорд обратился ко мне:
— Итак, Вячеслав, всё тот же вопрос. Общаясь с моей дочерью, вы пытаетесь получить доступ к активам нашего клана, расширить своё влияние, очернить нашу репутацию или добиться ещё каких-либо корыстных целей? Если такие цели присутствуют, назовите их. Отвечайте.
— Ваш клан меня не интересует, ваши активы тоже, — сказал я. — Мне просто нравится ваша дочь.
Киноварь мерцала по-прежнему, не меняя оттенка. На лице у Тирдена промелькнула растерянность, он хотел о чём-то ещё спросить. Но его жена мягко положила ладонь ему на плечо, и он пробурчал:
— Благодарю, лорд-наследник.
Он отстегнул браслет с моего запястья, я повертел затёкшей рукой. В голове у меня шумело, но восприятие возвращалось к норме.
— Давайте на сегодня закончим, — сказал я. — Всё это было несколько утомительно.
— Вячеслав, — сказала мать Нэссы, — мне очень хочется пообщаться с вами в более располагающей обстановке. Пожалуйста, приезжайте к нам в гости, когда сочтёте возможным. Это моя личная просьба, и я не сомневаюсь, что мой супруг её подтвердит.
— Да, — кисло сказал лорд Тирден, — будем рады вас видеть.
— Спасибо, — сказал я, — буду иметь в виду. До свиданья.
— Провожу тебя, — сказала мне Нэсса.
Мы вышли с ней в прихожую и уставились друг на друга. Затем я наклонился к ней, а она привстала на цыпочки, обхватила меня за шею, и несколько секунд мы целовались, забыв обо всём на свете. Наконец, дыша учащённо, она спросила:
— Когда увидимся?
— Как можно скорее, — ответил я. — Но тут не всё от меня зависит.
— Я понимаю. Если вдруг понадобится моё официальное свидетельство по поводу всех этих событий, звони немедленно.
Я вышел из дома и сел в машину.
Поднимаясь к себе в квартиру, я чувствовал, как меня пошатывает. Глаза буквально слипались, мозг просился в отключку.
Утром меня разбудил телефон — причём звонил он, кажется, долго. Я снял-таки трубку, и секретарша ректора пригласила меня подъехать в Министерство науки.
За ночь ещё подвалило снега, но главные дороги уже расчистили техникой. Сидя за рулём, я прислушивался к своим ощущениям.
Все вчерашние события помнились вполне чётко, но при этом казалось, что произошли они уже с месяц назад как минимум, отодвинулись в прошлое.
Сделав крюк, я проехал мимо Академии. Сероватый налёт, отчётливо выделявшийся на фасаде, выглядел застарелым. Ворота были закрыты.
В министерстве я отыскал нужный кабинет. Меня там встретили двое. Компанию ректору составлял седовласый лорд с бледно-жёлтым перстнем — председатель попечительского совета Академии. На столе стоял громоздкий магнитофон с бобинами.
Вид у ректора был такой, словно он не выспался и не может толком сосредоточиться. Потерев переносицу, он заговорил:
— Благодарю, что приехали, лорд-наследник. Мы сочли, что удобнее встретиться в министерстве, под эгидой которого работает наше учебное заведение. Поскольку вы стали вчера очевидцем неоднозначных событий, хотелось бы выслушать ваш рассказ. Он будет записан на плёнку, а расшифровку мы приложим к отчёту, который сейчас готовится и для министерства, и для попечительского совета. Итак, прошу вас.
— Вчера мне показалось, — сказал я, — что в Академии применяют необычный эффектор. Флюктуации были видны снаружи. Внутри же наблюдались пространственные аномалии с искажением восприятия. Как выяснилось, несколько студентов действительно экспериментировали с серебристым пигментом. К этому опыту я отношения не имел, застал только финальную фазу. Там всё пошло не по плану, насколько могу судить, и студенты от перегрузки потеряли сознание.
— В чём состоял эксперимент? — подался вперёд седой председатель.
— Об этом лучше спросить у тех, кто его готовил. Как и о том, где они раздобыли серебристую краску. Повторюсь — я не из их компании, отвечать за них не могу.
— К сожалению, — сказал ректор, — спросить у них не получится. Да, они подтверждают, что проводили какой-то опыт, но совершенно не помнят, в чём он заключался и как готовился. И это не попытка симулировать амнезию, как заверили медики. В остальном же память студентов не пострадала, они вполне адекватны. Что именно вы видели в здании?
Я рассказал о серебристых полосах и о миражах в коридоре. Мне задали уточняющие вопросы, но не слишком давили. Насколько я понял из контекста, претензий ко мне со стороны других лордов не поступало. Кроме того, ректор подтвердил, что Нэсса вчера позвонила ему сразу после того, как я вошёл в здание.
— Сегодня, — добавил ректор, — я также имел беседу по телефону с её отцом, лордом Тирденом. Лорд сообщил мне, что склонен вам доверять. Хотя я должен заметить, что вы вчера поступили неосмотрительно, не дождавшись специалистов…
Больше вопросов не было, и меня отпустили.
Я обзвонил всех друзей из клана. Кампус закрыли на профилактику, но Тэлвиг поселил Рунвейгу, Уну и Бруммера в одной из своих гостиниц — бесплатно, само собой. Мы это обговорили ещё вчера, когда я вышел из Академии. Теперь же я назначил всем встречу у себя дома, через пару часов.
Паузу я использовал, чтобы навестить Финиана.
На Вересковой Гряде снег ещё не лёг, но было сыро и слякотно. Финиан, осунувшийся и бледный, сидел в кресле. Рядом на столике лежало несколько книг.
— Не могу утверждать с уверенностью, — сказал Финиан, — но есть ощущение, что текстов о серебрянке уже становится меньше, они скудеют по содержанию. Я хотел сегодня, к примеру, перечитать понравившуюся цитату, но не могу её отыскать, хотя книгу запомнил точно.
— Да, — подтвердил я, — по-моему, серебрянка уже стирается из информационного поля. Хотя как-то слишком резко.
— Наверное, в стадии полного вызревания все процессы ускоряются многократно.
— Может, и так.
Я пересказал ему новости. Помолчав задумчиво, он кивнул:
— Да, я вчера тоже ощутил через сеть присутствие других членов клана, пусть и мимолётно… И, знаете, Вячеслав, очень хорошо, что у нас теперь есть технолог. Пригласите его сюда, я с ним пообщаюсь. Работа в лаборатории — уже не для меня, увы…
Финиан устал, я и попрощался с ним.
Спустившись с крыльца, я дошагал до посёлка, заглянул к Бинне. Там же встретил и Виту — она приехала, чтобы обсудить с матерью то, что произошло.
— Ой, Вячеслав, а что это вчера было? — спросила Вита.
— Это была клановая работа, — сказал я, — так что спасибо.
Мы выпили с ними чаю, и я вернулся в столицу через двойной прыжок.
Полистал газеты — на первых полосах ожидаемо были репортажи из окрестностей Академии. В само здание репортёров не допустили, и те гадали, что там случилось. Цитировались невнятно-уклончивые заявления официальных лиц.
Я как раз дочитал статью по диагонали, когда стали подтягиваться друзья.
Предстояло определиться, как нам быть дальше.
Глава 23
Сообщив друзьям все подробности, я спросил:
— А у вас какие ощущения? Из того, что вы сами видели, ничего пока не забылось?
Некоторое время все переглядывались, а затем Рунвейга сказала: