Владимир Прягин – Лазурит (страница 26)
— Здравствуй, Вячеслав, — услышал я в трубке спокойный голос. — Это Вирчедвик. Думаю, нам пора с тобой кое-что обсудить.
Глава 15
— Ну, если пора, то давай обсудим, — сказал я.
— Через четверть часа тебя устроит? — спросил Вирчедвик. — На углу Морского проспекта и Можжевеловой? Там есть неплохое бистро.
— Да, знаю. Подъеду.
Он отключился, зазвучали гудки.
Я с полминуты раздумывал — взять с собой серебрянку на всякий случай? Мало ли, что этот гад затевает…
В итоге, однако, решил не брать. Рассудил — вряд ли он планирует меня там прихлопнуть. Место ведь людное, а пигмент в пузырьке он может засечь. Не исключено, что и встреча-то нужна ему только для того, чтобы оценить мои козыри…
Выйдя из дома, я завёл машину. Искомый адрес располагался недалеко.
Вирчедвик сидел в бистро за двухместным столиком, безмятежно поедая большую порцию сырного пирога. Он не изменился внешне с нашей последней встречи — русые волосы, взгляд без пафоса, неспешно-уверенные движения. Ещё издали я взглянул на него усиленным зрением, но ничего подозрительного не обнаружил.
— Я уже перешёл к десерту, — сообщил он, — тебе же рекомендую шницель. Я пробовал, он сегодня удался.
— Почему бы и нет.
Я сделал заказ и, сев напротив Вирчедвика, принялся молча ждать.
— Прими мои поздравления, — сказал он. — Твой клан за последний год проявил себя достаточно ярко.
— Благодарю за внимание.
— Ну, я ведь сразу понял, что у тебя есть потенциал, поэтому с интересом отслеживал твои достижения.
— И поэтому, например, прислал бандитов на пляж? Тех, что с пистолетами-пулемётами?
— Да, в том числе и их, — сказал он спокойно. — Хотя, строго говоря, идея принадлежала Грегори. Те бандиты нам уже были не особо нужны, но хотелось проверить их управляемость под внушением. А заодно посмотреть на твою реакцию. Что ж, ты справился, как я и ожидал.
— Это должно мне польстить?
Вирчедвик, пожав плечами, отщипнул чайной ложкой очередной кусок пирога.
— А зачем вам было «панно» в столовой? — спросил я.
— Панно? — взглянул он на меня с удивлением.
— Два года назад, когда я поступил. В самый первый учебный день. Стена в столовой посеребрилась. К ней подошёл первокурсник из клана Грегори, а через какое-то время его отчислили, потому что он потерял способности. Я уверен, что ты к этому причастен.
— Ах, ты об этом… Серебряный пигмент только-только начинал вызревать. Мы экспериментировали, чтобы выяснить его свойства. В частности, решили проверить, можно ли искусственно изменить способности человека. Из универсала, к примеру, сделать сильного следопыта. Использовали «панно», чтобы подобрать подходящего кандидата…
— А его согласие вы спросили?
— Ты удивишься, но да, — ответил Вирчедвик. — Способности у парнишки были невелики, его это не устраивало. Увы, эксперимент не удался. Парень рискнул, но не сорвал куш. Способности размылись, а не трансформировались. Изучив результаты, мы сочли эту тему бесперспективной, а пареньку подчистили память.
Официантка принесла мне еду, и он замолчал. А когда она отошла, продолжил всё тем же спокойным тоном:
— Да, экспериментировали мы много. Ты знал, к примеру, что серебрянку можно превратить в любую другую краску? Мы это сделали. Тогда это имело смысл. Серебрянка была ещё недозрелой, слабой — лишь чуть сильнее традиционных эффекторов. Этот переделанный вариант мы сбывали через Невидимку. Получали некоторую прибыль, проверяли устойчивость рынка к встряскам. Меня интересовало, как действует современный механизм рыночного контроля в условиях форс-мажора, а главное — как отреагируют лорды. И знаешь, справились они так себе. При желании я мог бы вообще обрушить рынок эффекторов, но не стал тратить время на ерунду.
— У тебя мания величия, — сказал я.
— Да нет же, Вячеслав. Опыты с недозрелым пигментом дали нам ценную информацию, но это был предварительный этап. Основной же начнётся только теперь, как ты понимаешь. Вот в связи с этим я и хотел с тобой побеседовать.
— А конкретнее?
— Мне известно, что ты собрал некоторое количество серебрянки с двери подвала. А ещё, судя по косвенным данным, ты совершаешь вылазки в миры, которые являются вариациями известных реальностей.
— Почему тебя это интересует?
Вирчедвик доел пирог и, отодвинув тарелку, поднял на меня взгляд:
— Хороший вопрос. Видишь ли, Вячеслав, наш базовый мир имеет особые физические параметры. Одна из констант в нём отличается. Соответствующей научной терминологии пока нет, поэтому попытаюсь объяснить популярно…
— Магическая гравитация?
Он приподнял бровь:
— Гравитация? Что ж, можно употребить и такое слово, оно подходит. Я рад, что ты понимаешь смысл, это сэкономит мне время на объяснение. Так вот, магическая гравитация в базовом мире выше. Это даёт нам явные преимущества — у нас серебрянка и остальные краски имеются в виде залежей. Но, как выясняется, есть и неудобства. Здешние уроженцы могут путешествовать в обычные миры по соседству — однако в их ответвлениях испытывают уже дискомфорт. Одну такую ответвившуюся реальность мы открыли случайно, я туда заглянул, но вынужден был вернуться через минуту. Побочные эффекты слишком мешали — головная боль, пятна перед глазами. Поэтому мы решили отправить туда тебя. Ты ведь не из нашего мира.
Может быть, он хотел удивить меня. Но к этому повороту я был готов, а потому лишь коротко подтвердил:
— Да, я не отсюда.
— Я это понял сразу, — сказал Вирчедвик, — но не стал разглашать. Решил, что это обстоятельство может мне пригодиться. И не прогадал, как видишь. Итак, мы организовали твою отправку в мир-вариацию — на экзамене после первого курса. И убедились, что у тебя там не было проблем с восприятием. Но привлекать к себе внимание мы, естественно, не хотели поэтому…
— … перевели стрелки на Аквамарин, — закончил я фразу, поскольку он замолчал. — Только не пойму, почему ты вдруг так разоткровенничался.
— Хочу подтвердить свою готовность к обмену сведениями. Но ты ведь понимаешь — то, что я сейчас рассказал, не так уж и важно. О многом ты, вероятно, и сам догадывался. Однако у меня имеется информация, которую ты без меня никак не получишь. И я готов её тебе предоставить.
— Что за информация?
— О том, что произошло полвека назад со старшим лордом твоего клана. Детальный, исчерпывающий отчёт. А также о том, почему о существовании серебрянки я узнал раньше, чем остальные. Эти темы взаимосвязаны.
Я впился в него взглядом, лихорадочно размышляя.
С высокой вероятностью он сейчас не блефует…
При этом, скорей всего, информация не имеет решающего значения, иначе он просто не стал бы ею делиться…
Но Финиан притащил меня в этот мир именно в надежде на то, что я разузнаю что-нибудь о событиях полувековой давности…
— Что ты хочешь взамен? — спросил я.
— Честный ответ на простой вопрос. Плюс уточняющий комментарий, если ответ будет положительным.
Обдумав эту формулировку, я предупредил:
— Если вопрос окажется неприемлемым, то я не отвечу. Это не будет рассматриваться как нарушение сделки.
— Да, разумеется.
Он вытащил из кармана спичечный коробок, самый заурядный, и приоткрыл. Внутри я увидел кубик серебристого льда. Вирчедвик поставил коробок на столешницу между нами и пояснил:
— Носитель информации. Тот самый отчёт о произошедшем с Финианом. Можно просматривать многократно в частном порядке, но носитель разрушится, если вы попытаетесь передать его официальным властям. Для тебя и для Финиана просмотр безопасен, я даю слово. Впрочем, можешь проверить.
Я осторожно провёл ладонью над кубиком, сконцентрировался. Почувствовал холод, а интерьер перед глазами выцвел. Мне показалось, что сквозь него проступают контуры другого пейзажа, чёрно-белые, как на следопытском снимке.
Опасности не ощущалось. Это и впрямь была просто запись.
Я убрал руку и сказал:
— Ладно, слушаю твой вопрос.
— Ты смог пронести сюда серебристую краску из миров-вариаций? И если да, то как ты её использовал?
Нахмурившись, я подумал — наверняка ведь он спрашивает не из любопытства. И если бы я действительно притащил серебрянку и применил, это была бы информация ключевого значения. Но…
— Нет, — ответил я. — Там она проявляет себя иначе. Сюда я её не брал.
Вирчедвик, подавшийся перед этим вперёд, теперь вновь откинулся на спинку угловатого стула. Несомненно, он понял, что я не вру. Но по его лицу я не смог прочесть, разочарован он или наоборот.
— Что ж, Вячеслав, — сказал он бесстрастно, — на этом всё. Приятного аппетита.