Владимир Посмыгаев – Элирм VIII (страница 45)

— Я хотел. Даже несколько раз порывался, но…

— Но?

— Но как только открывал рот, мне начинало казаться, что я скорее убью и Августа, и Аду, и всех, кого люблю, чем позволю навредить этой проклятой сфере, — честно ответил я. — Вся эта сила, эта космическая мощь и ощущение масштаба — как сильнейший наркотик. В ту минуту я был не готов с ним бороться.

— Хорошо. Тогда второй вопрос: Заранда избавил тебя от нее полностью или какая-то часть все же осталась?

Спиралевидные зрачки бога сузились, а я в свою очередь вдруг почувствовал, что мне страшно. Точнее не мне, а крошечному черному паразиту, укрывшемуся под скорлупой из двух с лишним килограмм божественной стали прямо за сердцем.

«Не говори ему ничего! Не смей! — беззвучно орал он. — Сделаешь это — нас обоих убьют!»

— Да, осталась, — наплевав на предостережения, произнес я. — Но полагаю, ты и сам это знаешь.

— И последнее, — продолжил Галилео. — Как именно эта вещица оказалась в твоей комнате?

Пасс ладонью, и над его рукой появляется подвешенная в воздухе сфера Окруса.

Черная. Целая. Полностью заряженная.

— Какого хрена? — не понял я. — Что это?

— Первой была оболочка от Мелестила. Второй — от Галинакса. Эта — от Финдхорна, — бог выдержал минутную паузу, внимательно считывая мою реакцию. — Значит, ты не в курсе, откуда она взялась?

— Понятия не имею. Когда я заходил в комнату, ничего не было. Лишь какое-то странное ощущение чуждости, но я списал его на усталость.

— Что ж, благодарю. Мы закончили. А это, пожалуй, побудет у меня, — удовлетворенно кивнув, Галилео переместил артефакт обратно в хранилище и повернулся к Августу. — С ним все в порядке. Опасности для нас нет. По крайней мере, пока. Эо, рад был тебя видеть. Поправляйся и прими мои искренние соболезнования насчет Германа. Мне очень жаль.

Круто развернувшись, он направился прочь.

— То, что его разум не пострадал, конечно, замечательно, но что насчет паразита? — бросил вдогонку глава Вергилия. — Как нам достать его, не обнулив Эо?

— Отныне это моя проблема. Та темная тварь продолжит расти внутри скорлупы, но в ближайшие дни или даже недели останется слабой. Она не рискнет показываться на свет. А далее, уверен, я придумаю способ, как избавиться от нее полностью или хотя бы нейтрализовать.

— Галилео, подожди! — подключился я. — Мне надо узнать у тебя кое-что!

— Не сомневаюсь. Но ты обещал Августу, что возьмешь неделю отпуска, — бог остановился в дверях. — Три дня ты провел тут. Осталось еще четыре. Там и поговорим.

Проронив последнюю фразу, Александр Майоров исчез. Одновременно с чем спящий в кресле Эстир сладко потянулся.

— Мне снился дивный сон… — с полуприкрытыми веками зевнул он. — Море дерьма… и я в нем плаваю…

Окончательно пробудившись, шаман сфокусировал взгляд на мне.

— Живой… — радостно улыбнулся он. — Господи, слава богу!

— Как ты, дружище?

— Ты чертовски меня напугал. Потерять одного друга и в этот же вечер лишиться второго — я чуть с ума не сошел, — аккуратно подвинув Хангвила, Глас переместился ко мне на кровать и ненадолго задумался. — Помню, когда мы только познакомились, я сказал, что в насилии и разрушении есть своя упоительная красота. Это все чушь. Я тогда просто выеживался, хотел казаться круче. Сам я в это не верю. Да и никогда не верил.

— Я знаю. Усатый ты мой пацифист.

Похлопав его по предплечью, я перевел взгляд на Августа.

— Есть одна положительная новость и три не очень, — инженер правильно распознал мой невербальный посыл. — С Адой все хорошо, динамика превосходная. Но мне пришлось переместить ее в свои покои. Элли присматривает.

— Что случилось?

— То, о чем я не подумал: спонтанный выброс стихиалиума. Девушке это навредить не могло, однако бедолаге Копернику крепко досталось. Даже не знаю, смогу ли его починить. К слову, это была первая новость из разряда «не очень».

— А вторая?

— Семнадцатого этажа западной башни больше нет, — почесал подбородок он. — Не в том смысле, что стены обгорели или треснули, хотя и то, и другое, безусловно, тоже случилось, а скорее его больше не существует для этого мира. Будто это какая-то «изнанка» или та самая комната «1408». В общем, сам все увидишь. Галилео барьер поставил. И даже установил для тебя пятнадцатиминутное окно, чтобы ты мог забрать свои вещи. Но лично я бы не рисковал.

— А что произойдет через пятнадцать минут?

— Двери закроются. И с вероятностью девяносто девять процентов ты останешься в этой комнате навсегда.

— О как.

— Именно так. Ну и последнее: Адель и Лина перешли работать ко мне.

— Уволились из префектуры? Но почему?

— А сам-то как думаешь? — хитро улыбнулся тот.

Немного пораскинув мозгами, я молча кивнул.

Ну да. Все понятно. Все логично.

Пускай мы это и обговорили, но Аде все равно было бы неприятно видеть их рядом со мной.

— Одно жалко: я им столько всего наобещал.

— Они взрослые девочки. Знали, на что шли, — ответил Август. — И тем не менее, твои обещания будут исполнены. Как закончат с одним проектом — отправлю их на стажировку к Королю Пара и Мистеру О.

— А Вольт, получается, один остался?

— Ага, как же. У него в штате уже человек сорок, — усмехнулся инженер, зачем-то поправив задранный кверху уголок одеяла. — Честно признаться, я чертовски доволен, что ты взял его на работу. Потому что этот китайский уникум — просто находка. Пока нас не было, он сделал так, что город, можно сказать, процветает. Впрочем, это ты тоже скоро увидишь.

— Не терпится посмотреть.

Свесив ноги с кровати, я начал избавляться от бинтов, обнаруживая под ними тонкие линии божественных шрамов. Десятки. Если не сотни.

Не очень красиво, конечно, но в целом плевать. Куда сильнее меня волновало другое: обновленная строка уровня со значением «418».

Получается, в ту самую ночь их сгорело более ста.

Неприятно. И крайне несвоевременно.

Правда, неожиданные плюсы тоже нашлись: просканировав взглядом таблицу персонажа, я с удивлением обнаружил, что число параметров и навыков осталось неизменным. Так, словно я по-прежнему оставался человеком пятьсот тридцатого уровня. Исходя из чего напрашивался вывод, что, «скручивая счетчик» без фактической смерти, страдало исключительно количество уровней, но не все остальное. А это значит, что, вернув утраченное, я по идее могу получить «халявные» сто двенадцать очков.

Интересно. Даже очень.

— Так, ладно, — похлопал себя по бокам Август. — Мне пора. Надо решить еще сотню-другую важных вопросов. Ну а вы отдыхайте. Набирайтесь сил.

Развернувшись на каблуках, инженер вышел за дверь.

— А как дела у Мозеса и остальных? — обратился к Эстиру я.

— С ними все в полном порядке. Были здесь около часа назад, — ответил Глас. Затем выдержал длинную паузу и, грустно уставившись в пол, тихо добавил: — Влад, пока ты был без сознания, произошло еще кое-что…

Я напрягся.

— Дай угадаю: что-то плохое?

— Да.

— С тобой?

— Угу.

— Мать твою, ну что же это такое… — тяжело вздохнул я. — Что случилось?

— Я… меня… — голос шамана дрогнул, губы тоже, а мимика стала такой, что, казалось, он в любую секунду заплачет. — Меня изнасиловали…

— В смысле? Сексуально?

— Да если бы!!!