Владимир Посмыгаев – Элирм VII (страница 52)

Это нас уберегло. БТР направился дальше, что в принципе не могло не радовать, однако Гундахар остался критически недоволен.

— Боги, какой позор… — тяжело вздохнул он, подобрав с земли кол. — В последний раз я притворялся зомби, когда проиграл спор Валтасару. Одному из своих наставников, обучавших меня таинству некролита… Хотя нет. Вру. То был спор между мной и Зативом.

— Как бы то ни было, у тебя шикарно получается, — улыбнулся Мозес. — Даже глаза закатил так, чтобы были видны только белки. Еще бы язык сбоку вывалить…

— Ты бы лучше нахрен молчал. Как и заткнул к чертовой матери все остальные естественные отверстия. Пока я сам этого не сделал, — поморщился игв. — А будешь трепаться или кому-то расскажешь…

— Да-да, знаю. Можешь не продолжать.

— То-то же. Нам туда.

Вскинув излюбленное оружие, рыцарь смерти указал на старинное здание манежа. Точнее — на его раскуроченную стену и практически симметричную дыру с противоположной стороны, пройдя сквозь которую мы смогли еще немного приблизиться к намеченной цели.

Пожалуй, именно этот момент я бы охарактеризовал как ту самую черту, переступив которую от всех наших смешков и случайных забав не осталось и следа. Невероятно долгое и выматывающее испытание вступило в решающую фазу, и с каждой минутой на улице становилось все теснее и опаснее. Даже воздух казался спертым и едким.

Как я и предполагал, в конечном итоге офицеры Легиона устали гоняться за неуловимыми зайцами. Начали отзывать поисковые отряды и стягивать силы поближе к выходу, коим оказалась отнюдь не военная база или неприступная крепость, а ничем не примечательное здание где-то за мэрией. В суперэлитном районе с малоэтажной застройкой.

Навскидку до него оставалось километра два. И по большому счету весь этот путь можно было бы преодолеть одним резвым забегом, но не судьба — к настоящему моменту вояки уже успели возвести так много заградительных барьеров и прочих препятствий, что я вообще не понимал, как маневрировать в этой заднице.

Многочисленные заслоны, баррикады, пулеметные гнезда, ежи, растяжки, мины, очередные кубометры колючей проволоки, от одного вида которой меня уже откровенно подташнивало; несколько танков, десятки бронеавтомобилей и зависшие в воздухе вертолеты. Хищные птицы, посылающие лучи прожекторов в окна домов и опасно поблескивающие головками готовых к пуску ракет.

М-да. Ситуация действительно выглядела патовой. И судя по всему, так думали не только мы, но и остальные участники «рейда», некоторых из которых я стал подмечать.

В частности, в окне соседнего здания через дорогу я снова увидел Аполло. Как и Гундахар, дворф стоял, скрестив на груди руки, и грозно хмурился, тщательно обдумывая план действий.

Также немного левее и дальше, в тени переулка промелькнул силуэт Ублюдка Джека. Короля «Гнилых Трущоб» и теневого партнера Вергилия, благополучно избавленного архангелом от «Замогильного холода».

Ну а еще в сотне метров от них я заприметил — кто бы мог подумать — Фройлина. Остроухого засранца, что не только умудрился выжить, но и спокойно шагал в сторону центра под охраной из десятка солдат.

Не сказать, что я был сильно этому удивлен. Половину пути эльф прошел с чужой помощью. С ней же он и пройдет испытание до конца. Папка договорился с Малькольмом, инквизитор отправил людей паладину на помощь, и в итоге все с нашим «золотым мальчиком» будет в порядке. Окажется на поверхности, поулыбается на камеру, сделает парочку фото, и буквально в этот же вечер все новостные издания будут пестрить заголовками о его феноменальном успехе.

Хотя не факт. Ведь Диедарнис мог еще тысячу раз все переиначить.

Впрочем, не только он.

Я уже отворачивался, когда генерал хлопнул меня по плечу и ткнул указательным пальцем куда-то вдаль. На здание ратуши с городскими часами, где на балконе практически у самого шпиля я увидел трех человек. Аду, Доусона и, неожиданно, Августа. Последний стоял у парапета и держал в ладонях электронный планшет. Ввел длинный код, нажал подтверждение команды и, тяжело вздохнув, медленно воздел глаза к небу — ровно в это же мгновение где-то там высоко на орбите вышел из «спячки» один из спутников проекта «Валькирия». Мигнул красным, врубил малые двигатели и начал корректировать курс, выполняя задачу.

Одновременно с этим вскрикнула Ада — Файр достал пистолет. Хотел направить его лучшему другу в затылок, однако инженер будто бы только этого и ждал. Выбил оружие у профессора из руки, ударил по морде и вошел в жесткий клинч, после чего они вместе упали и скрылись в проеме.

К сожалению, я так и не понял, чем их конфликт в итоге закончился. Знал только, что Август не погиб, и, пожалуй, одного этого факта мне было достаточно, ибо все остальное временно отошло на второй план — спустя десяток секунд прямо из космоса прилетела ракета. Не ядерная и не особо мощная, но в то же время чертовски точная. Ударившая прямо в центр скопления вражеских сил и испепелившая все живое в радиусе полусотни метров.

Жаль только отец Малькольм оказался до боли предусмотрителен. Ведь ни его, ни Эрдамона Белара не задело. Как, собственно, и остальных участников «рейда», кем бы они ни были.

— Ну надо же… — успев вовремя спрятаться и пропустив мимо ударную волну, Гундахар посмотрел на меня с некоторой долей азарта и восхищения. — Это что за хрень⁈ Бахнуло словно молния!

— Одна из любимейших игрушек «двадцать первых».

— Я, мать вашу, тоже такие хочу, — кровожадно улыбнулся генерал. Поднял с земли монаха, зачем-то отряхнул и, поудобнее перехватив кол, шагнул в сторону будущей бойни. — А теперь за мной, ленивые черти! Будем прорываться!

И мы прорывались. Показались на открытом участке дороги и практически тотчас же вступили в интенсивную перестрелку, которая не стала для нас неожиданностью.

Мы знали, что так будет. Планировали, тщательно готовились и к настоящему моменту представляли собой весьма слаженную боевую группу, где даже Мозес, предельно сконцентрировавшись, разил противников без промаха и наповал. Не выкрикивал дурацкие реплики, не запутывался в проволоке и не падал задницей на осколки стекла. Вел себя так, словно он настоящий коммандос. Правда, щекастый и «слегка» полноватый.

Однако, конечно, больше всего удивил генерал.

Как правило чрезвычайно старомодный в вопросе выбора оружия, он, видимо, еще в самом начале смекнул, что конкретно в данной ситуации огнестрел работает лучше. А потому отнюдь не гнушался подбирать чужое оружие и раздавать «хэдшоты» направо и налево. Причем, как и всегда, делал это с пугающей легкостью, и я бы даже сказал — некоторой ленцой. Так, словно ветерана боевых действий уговорили пострелять из пневматики по шарикам с краской. Отказываться нехорошо — дети смотрят, — но и затягивать представление желания нет.

Казалось, стоит вручить ему инопланетный бластер, и, чуть разобравшись, Гундахар тотчас же к нему привыкнет. Неизменно превратится в машину для убийства и, как и прежде, будет жестко доминировать на поле боя.

Но увы, даже такая фигура, как он, не была застрахована от мелких просчетов.

Рыцарь смерти уже поворачивал за угол, когда с криком: «Осторожнее!» толстяк резко ухватил его за воротник и с силой оттянул на себя. В ту же секунду мимо того самого места, где только что была голова игва, с громким свистом пролетела ракета. Взорвалась в тридцати метрах в глубине дома, выпустила облако пламени и тем самым озарила лицо Мозеса, поспешившего вовремя убрать от его благородия «грязные лапы».

— Будем считать, я этого не говорил, но ты молодец… — произнес генерал. Оценил вмиг посветлевшую физиономию монаха и, кисло поморщившись, добавил: — И вот только не надо мне этой нежной улыбки и щенячьего взгляда. Для меня ты по-прежнему матка Ямарайаху. Хотя, конечно, половину балла я тебе все же начислю.

На этом Гундахар подобрал с земли противотанковую мину и словно фрисби швырнул ее солдатам в ответ, не забыв напоследок выстрелить в нажимную пластину.

Оглушительный взрыв, полтора десятка трупов, пятьдесят метров пути по узкому переулку.

Затем очередная стычка среди завалов из мусора, кровавые подтеки на стенах и второй Рубикон, переступив за который вокруг воцарился форменный хаос.

Почуяв кровь, из темных глубин зданий и трещин в земле начали выбираться жуткие монстры. Нападая без разбора, они атаковали прямо из тени и зачастую пытались либо тотчас сожрать, либо оттащить орущих солдат обратно в свои норы. Повсюду звучал влажный хруст, разносился скрежет когтей по металлу, в стены домов вгрызались мерцающие огоньки пуль.

Также спустя пару минут доковыляла освобожденная Эстиром орда мертвецов. Улицы наводнила гудящая биомасса, и одновременно с этим все чаще и чаще начали показываться отряды «рейдеров», спешащие избавить город от власти наёмников.

Руководство Легиона это дезориентировало. Некоторое время они явно не понимали, что делать, а потому просто палили во все стороны. Затем отступили, перегруппировались и, видимо, приняли непростое решение, вслед за которым события завертелись с головокружительной скоростью. Прогремело несколько мощных взрывов, в небе вновь показались боевые вертолеты и с небольшой задержкой начали выпускать ракеты в основания зданий.

Треснуло одно, жалобно застонало другое, на землю посыпался дождь из стекла. Стало ясно, что вместо того, чтобы выцеливать каждого из нас по отдельности, вояки просто решили заживо всех похоронить. И судя по всему, у них это получалось.