Владимир Посмыгаев – Элирм VII (страница 22)

Следующим шагом я подошел к сундуку. Аккуратно присел рядом и заглянул внутрь, изучая предметы.

Термоодеяло, спальный мешок, две обеззараживающие таблетки для воды в блистерной упаковке. Световой стержень, пассивная способность «Ночное существо» (плюс 20 % к интеллекту и восприятию в темное время суток) и наконец артефакт. Черный пенковый свисток в виде птицы с крохотной надписью и тремя золотыми царапинами на правом боку.

«Вызов магазина», — прочитал я, чувствуя, как мое настроение стремительно улучшается.

Вне всяческих сомнений, это были подарки самого Аргентависа. Единственного дружественного по отношению к нам титана, что с некоторых пор внимательно следил за испытанием и всеми силами старался помочь.

Безусловно, это было чертовски приятно. Внушало оптимизм. Вот только само наличие сундука вдруг заставило меня крепко задуматься. Насколько я помнил из разговора с Арвантакернисом, Диедарнис никогда не общался со своими собратьями. Игнорировал любые попытки выйти на связь и оставался глух ко всему, что происходило за пределами его подводной тюрьмы. Однако кое-что в его политике кардинальным образом изменилось. Причем недавно. Ибо сам факт присутствия наблюдателей из числа титанов говорил об одном: мегалодон подключился к их ментальной сети. А вот зачем он это сделал и почему — оставалось догадываться.

Складывалось ощущение, что он затеял нечто грандиозное. То, что до него никто прежде не делал и что для нас как для участников рейда было скорее хорошо. Потому как суицидники не склонны строить планы на будущее. По крайней мере, я на это надеялся.

— Знаешь, Фройлин, все-таки ты не перестаешь меня удивлять, — произнес я. — Молодой. Целеустремленный. Местами неглупый. Вроде бы не урод, хотя конкретно в этом вопросе я не эксперт. Так почему же ты настолько злобный и высокомерный кретин? — паладин по-прежнему не подавал признаков жизни. — Нет. Я, конечно, все понимаю. Имея такого батька как у тебя, достаточно трудно сохранить здоровую психику и продолжать трезво смотреть на мир. Но ведь и исключения тоже бывают. Я, например, знаю много историй про ребят из неблагополучных семей, где каждый второй отец либо уголовник, либо алкаш, которые затем выросли и стали замечательными людьми. Добрыми и отзывчивыми. Ну или взять того же Германа. Он вообще сирота. Но при этом по совокупности положительных качеств его можно смело причислять к лику святых. Так и в чем проблема? Во вседозволенности и расовой ненависти? Или в давлении со стороны старого маразматика?

Эльф предсказуемо не ответил, продолжая и дальше сушить вывалившийся из пасти язык.

— Молчишь? Да и хрен с тобой, — отвернулся я. Приложил губы к свистку, и в следующее мгновение высоко над головой раздался громкий крик. Следом, вырывая из небес клочья облаков, в мою сторону устремилась огромная птица. Грациозный и блестящий в лучах закатного солнца черный «клинок», что, со свистом рассекая воздух, стремительно спикировал вниз и в момент удара о землю начал преображаться в изваяние из камня. Тело затвердело практически сразу, в то время как могучие крылья еще пару секунд натужно скрипели, будто бы застывали в бесконечном полете.

— Эпично. И даже отчасти пугающе, — улыбнулся я, глядя на ветвящуюся паутину трещин в земле. Если бы я не посторонился и не отошел на пару шагов, то по итогу от меня бы осталась кровавая клякса. Потому как приземление «магазина» оказалось поистине жестким. Настолько, что сама статуя ушла на метр в землю. Подняла вокруг себя тучу пыли и призывно помигала мне пятипалой выемкой.

Я не стал себе отказывать в приглашении. Подошел ближе, прислонил ладонь к теплому камню и в ту же секунду увидел, как перед глазами развернулось виртуальное меню. Сотни и тысячи цветастых иконок, во всем своем многообразии едва ли уступающих аукциону Элирма.

Кольца, амулеты, реликтовые свитки телепортов, магические доспехи со сложным геометрическим орнаментом и многое другое, включая огнестрельное оружие, еду и патроны. Также в одной из боковых вкладок я обнаружил все то богатство, что Диедарнис «позаимствовал» у меня из «Хранилища». Мой обожаемый Цестус, Глидер, Стихиалиевый Фальшион и Куб. Был даже батискаф Августа, гидравлические скафандры, турели, целая гора зелий из Агерона рядом с ящиками со взрывными кристаллами и, черт возьми, мои заклинания! Все, начиная от «Халколивана» и «Суггестии» и заканчивая «Удушением» с «Биоинтроскопией».

Поначалу, глядя на это, я не на шутку обрадовался. Ведь, по сути, все эти предметы могли кардинальным образом повлиять на нашу судьбу. Но, к сожалению, сложнейшее испытание никогда не было бы таковым, если бы за всей этой «щедростью» не крылось подвоха — за каждую вещь и способность следовало заплатить. Причем не деньгами, а очками параметров. Где итоговая цена на товары была явно завышена. Причем завышена — это еще мягко сказано. Скорее неадекватна.

Двадцать очков за любую способность. Пять за обычную инвольтационную батарею. Шесть за обезболивающий «ультраморфин» и целых пятьдесят за единственное зелье Доса. Не говоря уже о тысяче и двух тысячах за Атласа и Стрижа.

— Это какой-то бред… — покачал головой я.

«Не понимаю, что может быть расточительнее? Тратить реальную силу и выносливость на брикеты с едой? Отдать синий камень параметров ради банки тушенки?»

— Нет, господа. С подобными предложениями можете сразу идти к чертовой матери. Справлюсь как-нибудь сам.

Злой и разочарованный я практически разорвал контакт с «магазином», прежде чем увидел дополнительное окошко с двумя персональными акциями.

Первой оказалось предложение выкупить проклятую сферу от Галинакса всего за один белый камень. Я от него отказался. Без понятия, искушал меня Диедарнис таким способом, либо, наоборот, хотел проверить мою выдержку, но я дал себе четкий зарок, что больше никогда не возьму в руки эту дрянь. Хотя, конечно, вариант завершить испытание прямо здесь и сейчас выглядел крайне заманчивым.

А вот второе предложение меня заинтересовало. Им оказалась уникальная услуга «Звонок другу» стоимостью в десять очков. С тем отличием, что длилась она не тридцать секунд, как в хорошо знакомой всем телепередаче, а две минуты.

Безусловно, это был грабеж чистой воды. Столь неприкрытый и наглый, что ему бы позавидовал самый алчный ростовщик на планете. Но несмотря на это я все равно решил воспользоваться акцией не раздумывая. Распылил все оставшиеся камни параметров, что у меня были и, вписав имя абонента в специальном окошке, услышал гудки.

Пять секунд. Десять. Двадцать. Тридцать. Сброс.

— Так… — с некоторой долей опасений я перевел глаза на виртуальный мобильник — услуга по-прежнему оставалась доступна. Хорошо. Значит, будем дозваниваться.

Пять секунд. Десять. Двадцать. Сброс.

Пять секунд. Десять. Сброс.

— Ну давай, возьми трубку!

Сброс.

Сброс.

Сброс.

— Да ты издеваешься… — тяжело вздохнул я, набирая рыцаря смерти в последний раз. — Слушай, я, конечно, понимаю, что ты — игв. И многие вещи делаешь наоборот. Но неужели так трудно прикинуть, что зеленая — это «принять», а не красная? Или ты словно упрямый дед собираешься стоять на своем до последнего?

Стоило мне это произнести, как ровно в следующее мгновение гудки прекратились. Следом в трубке послышалось недовольное ворчание:

— …у-у-у… да сколько можно бить по мозгам… смердящая ты ур-кур-канская залупа…

— Гундахар! Гундахар, ты слышишь меня⁈ — обрадовался я.

— А⁈ — по-старчески переспросил генерал. — Кто говорит⁈ Вайоми, ты⁈

— Да. Это я.

— О-о-о, ну слава богу! — после затянувшейся паузы ответил он. — До чего же я рад тебя слышать!

— Минуточку, — тотчас напрягся я. — Это что, такая проверка?

— Проверка?

— Гундахар, которого я знаю, никогда бы не сказал, что рад меня слышать. Скорее бы спросил, какого черта мне надо?

— Ха. Верно, — подтвердил мою догадку игв. — Ну и какого черта тебе надо? Решил доложить, что не сдох? Так я бы и сам об этом узнал.

— Нет. Хочу предупредить тебя кое о чем. Крайне важном.

Пользуясь случаем, я коротко поведал ему о допросе Зиара. Рассказал о сотрудничестве наемника с Рамнагором и его личном участии в покушении на Эанну. Как и о планах ассасина уничтожить рыцаря смерти при первой возможности.

— Ясно. Стало быть, подонку осталось недолго… — на удивление сдержанно отреагировал генерал. — Благодарю, Вайоми. Не знаю, чего тебе стоило связаться со мной, но я — твой должник.

— Не за что.

— И еще кое-что: сколько у нас осталось времени на разговор?

— Чуть меньше минуты.

— Хорошо. В таком случае хочу уточнить у тебя одну вещь. В общем я понятия не имею, как именно Диедарнису это удалось, но он умудрился сделать меня живым. По крайней мере, до конца испытания. Так что мне теперь снова необходимо есть, пить и спать. Особенно пить.

— Гундахар, быстрее, — поторопил я.

— Короче. Около часа назад я наткнулся на одну лавку, откуда забрал пластиковую бутылку с чем-то похожим на сок. По цвету и консистенции вроде бы ничего, однако запах у жидкости крайне ублюдский. Или для «двадцать первых» это нормально?

— А что написано?

— Что написано не знаю, но на этикетке изображен тропический остров, вода и лимоны.

— Так, — на мгновение задумался я. — А швабры и щетки в этой лавке были?

— Да.

— В таком случае могу предположить, что это средство для мытья пола, — резюмировал я. — Пить не советую, иначе будешь блевать дальше, чем видишь. Ну или умрешь.