Владимир Посмыгаев – Элирм VI (страница 59)

— Есть вариант и получше, — ответил Сераф. — В девяти километрах в горах есть лагуна. Долина с парой десятков гейзеров и горячими источниками с минеральной водой. Волшебное место. Я часто туда прихожу согревать кости и болтать с павшим драконом. Как и пытаться словить белку. Если хотите — я могу вас туда отвести. А ежели у вас имеются при себе еда и напитки, то можем устроить полноценный пикник. Отпраздновать вашу победу.

— А что, хорошая идея. Мне нравится, — ответил я.

— Как и мне, — кивнул игв. — Не думал, что когда-либо это скажу, но сегодня даже я немного устал.

Генерал начал спускаться по лестнице.

— И еще одно, — добавил он. — Завтра и послезавтра тренировок не будет.

— Почему не будет? — спросил Герман.

— «Кат барат гхаш — тат марат гхаш», — загадочно произнес Гундахар.

— И что это значит?

— В дословном переводе это означает: «Чем сильнее горишь, тем быстрее сгораешь». Игвы понимают эту поговорку, как: «Из пепла огня не извлечь». Всю последнюю неделю вы упорно тренировались. Выжали из себя максимум и прыгнули выше головы. Доказали, что я не зря трачу на вас своё драгоценное время. Что, разумеется, меня радует, — генерал остановился возле приоткрытых дверей с видом на улицу. — Однако не стоит забывать, что ровно через два дня нам предстоит рейд на Диедарниса. Поэтому сейчас ваша главная задача — отдохнуть и восстановить силы. Ибо как подсказывает мой богатый жизненный опыт — это будет та еще увеселительная прогулка.

Тайное место Серафа действительно оказалось волшебным. Эдаким природным бриллиантом и теплым оазисом посреди нетающих льдов, расположенным на овеваемом ветрами скалистом уступе.

Так, подлетая, в его центре я увидел вздернутые к небу реберные дуги павшего дракона, между которыми периодически выстреливали бурлящие гейзеры. Поднимали из недр тонны воды и отправляли ее вниз журчащим потоком, постоянно переполняющим природные ванночки. От которых, в свою очередь, также текли ручейки. Струились змейками до самого обрыва, а затем, срываясь в пропасть, замерзали, формируя под уступом циклопических размеров сосульку.

Мы плюхнулись в ванночки прямо в одежде. Блаженно отпаривались и молчали, наслаждаясь столь долгожданной тишиной и спокойствием. Заслуженным отдыхом на природе вне залитых кровью подвалов и разрушенных зданий. Как и любовались развернувшимися перед глазами шикарными видами. Побережьем Бескрайнего океана и дрейфующим вдоль берега айсбергом, по краям которого лежали упитанные морские львы.

Признаться честно, я был бы не прочь оказаться на их месте. Не в смысле валяться на льдине и прудить под себя, а хотя бы ненадолго ощутить их беззаботность. Просто плыть по реке обстоятельств и случайностей, не планируя и не переживая о будущем. Отдать себя в уютные объятья эскапизма и заниматься тем, что действительно нравится. Пожить пару месяцев в режиме, когда никто от тебя ничего не требует и не стоит над душой, бесконечно повторяя то, что ты и сам хорошо знаешь.

«Да уж», — мысленно хмыкнул я.

Город, стройка, торговая блокада, кланы, ресурсы, враги. А еще рейд на Диедарниса и квесты Системы.

Чем больше ответственности, тем больше переживаний. Которые копятся, образуя в душе могильник. Кладбище из страхов, гнева и чувства вины. Как и ужаса от бесконечного диалога с самим собой, о котором говорил Глас.

Нет, я, конечно, понимал, что рулить кланом будет непросто. Однако явно недооценил вопрос психологического давления. Которое, как оказалось, высасывало из меня сил куда больше, чем все эти сражения вместе взятые.

Наверное поэтому, я просто лежал и грелся в воде. Смотрел на темнеющее вдалеке синее море и старался по возможности отпустить тревожные мысли.

Что интересно, но Хангвил по-прежнему не хотел от меня отлипать. Крепко повис на груди и недовольно ворчал, если я пытался его снять. Отчего мы так и сидели вдвоем. Я протирал мочалкой его опаленную рыжую шерсть, в то время как кошачий медведь уткнулся в меня лбом словно кот.

— Уа… — тихо произнес он.

— Я никогда тебя не брошу. И ты меня не бросай, — ответил я.

— Уа?

— Да. Обещаю.

Услышав ответ, зверек заметно приободрился. Наконец-таки отпустил мою шею и, осмотревшись по сторонам, взглянул вверх.

— Уа! — крохотная лапка указала на нависшую над нами верхушку горы. Острую и чем-то напоминающую орла. Со сложенными крыльями.

— Пожалуй, ты прав. Действительно похожа на Аргентависа, — кивнул я.

— Уа!

Я повернул голову влево.

— Да, это скелет павшего дракона. Вот только я не знаю его имени. Сераф не сказал. Кстати, вот и он.

Улетевший в своё иглу архангел вернулся назад с доверху набитым мешком.

— Если ты принес еду и напитки, то в этом не было необходимости, — окликнул его я. — У меня при себе тонны запасов Святого Трибуна. Включая дорогущие вина и редкие деликатесы.

— Это не еда и напитки, Эо О’Вайоми, — ответил он, — а надежное средство, которое поможет вам быстро восстановить силы.

— И что же это? — спросил Герман.

— Эвкалипт, полынь, донник, лаванда, чабрец, душица, мелисса и шалфей. А еще водоросли, чай и ромашка. Насыпьте эту смесь в воду и не пройдет и получаса, как всю вашу усталость рукой снимет.

Так и случилось.

Вскоре после купания в травяном настое мы почувствовали знатный прилив сил. Начали активнее общаться, перемещаться по лагуне и спешно накрывать поляну, что в скором времени переросла в дружескую попойку. В которой, как ни странно, участвовали все. Включая Атласа. Нашего героя и спасителя, крепко подсевшего на ампулы со стихиалиумом.

— Гундахар, а помнишь ту битву с Анаксагором? — наклонившись вперед, архангел протянул генералу бутыль «Мозгобойни». Третью или четвертую по счету.

— Это какую? При Самосе или при Терраксоре?

— При Самосе.

Игв сделал огромный глоток. Окунулся с головой в горячую воду и, убрав с лица мокрые волосы, произнес:

— Помню. Как такое забыть?

— До чего же могуч ты тогда был.

— Я и сейчас могуч.

— Да, но тогда ты буквально был на своем пике, — улыбнулся Сераф. — Восемьсот сорок пятый уровень, летящие во все стороны колья и те черные доспехи с силовыми линиями… — архангел снова приложился к бутылке. — Настоящее произведение искусства. По правде говоря, ничего подобного я ни до, ни после не видел. Все мои братья тебя боялись.

— Полагаю, трудно что-то увидеть, когда живешь на горе пьяным отшельником.

— Ты прав, — икнул тот. — И именно поэтому сегодня во мне зародилось твердое намерение это изменить.

— Да неужели?

— Мир слишком большой, Гундахар. Долгие годы я пытался уменьшить его до своих размеров. Не получилось.

— Интересно почему?

— Да потому что это бред!

Сераф резко встал. Смахнул с массивного пуза налипшие травинки и направился к краю уступа.

— Прощу прощения, но мне надо отлить, — сказал он.

— Велор, ты слышал? — усмехнулся генерал.

— Слышал. И что?

— Чтобы брал с него пример.

— Ха! А вот и моя белка! — послышался крик архангела. — Наконец-то ты пришла! А то я уж думал, мы тебя не дождемся!

— Мне вот интересно, — лучезарно улыбнулся Эстир, — он реальную белку имеет в виду? Или ту, что шагает рука об руку с зеленым змием?

— Реальную, — Гундахар немного привстал. — Вот только почему-то рогатую.

— Рогатую?!

Я повернул голову в направлении его взгляда. Увидел прыгающего вокруг Серафа зверька, одновременно с этим почувствовав, как Хангвил принялся активно теребить меня за колено.

— Уа-уа!

Он явно хотел этим что-то сказать. И кажется, я начал понимать, что именно. Ведь с тех самых пор, как мы оказались в этой лагуне, меня не покидало очень странное навязчивое ощущение. Своего рода предчувствие, заставляющее раз за разом искать среди иконок инвентаря «косточку авокадо». Ту самую, что когда-то давно мне вручил кошачий медведь.

— Парни, а мне одному из нас кажется, что это место особенное? — поинтересовался Эстир. — Как и то, что та рогатая белка тут тусуется неспроста?

— Это знак! — догадался я. — Символ того самого места, где следует посадить семя Древа Миров! Того, что откроет дорогу в Орлионтан!

— Символ? Что за символ? — не понял Герман.