Владимир Посмыгаев – Элирм VI (страница 50)

Но вот вопрос: какова цена? Смогу ли я вовремя остановиться и не затронуть друзей? Останусь собой или потеряю связь с реальностью?

Долой сомнения, Влад. Все будет хорошо. Действуй! — Окрус О’Вайоми.

— Нет.

Я резко осекся и покинул меню NS-Eye. Почувствовал себя наркоманом, который в момент стресса чуть было не сорвался и не вколол себе дозу. Решил идти по простому пути вместо того, чтобы добиваться желаемого потом и кровью.

— Нет, — повторил я.

Мы победим их и так. Сокрушим врагов грубой силой и открутим каждому из семейства Троценко башку. Справимся сами за счет магии и навыков фехтования, а не благодаря проклятым артефактам.

— Клянусь, если хоть один волос упадет с головы Хангвила, я обнулю вас всех к чертовой матери!!! — проорал я.

— Да неужели? — вдруг послышался голос в динамиках.

Следом я заметил, как одна из стен подернулась магической рябью и преобразилась в экран. С прямой трансляцией из самого дальнего помещения, на которой была видна тесная клетка из орихалка с запертым внутри кошачьим медведем. Испуганным, агрессивно скалящимся и подволакивающим переднюю лапу. Сломанную и обожженную, как если бы его ударили по ней каленым железом.

Мгновение, и все звуки боя разом отошли для меня на второй план. Остались маячить где-то на периферии сознания. Ведь даже без сферы я ощутил ту неконтролируемую первобытную ярость, что заставила меня истязать тысячи орков. Пытать и калечить их снова и снова.

«Они тронули моего фамилиара! Эти гады тронули Пунью!» — мысленно ужаснулся я.

— Так и знал, что стоит схватить старика, и эта поганая крыса тотчас появится, — в кадре появилось насмешливое лицо Стаса. — Кстати, что ты там говорил про его волосы? Угрожаешь нас обнулить?

Амон Гёт развернулся вполоборота и зарядил в клетку молнией. Опалил Хангвилу шкуру и заставил зверька взвизгнуть от боли. Заметаться внутри, ударяясь о стенки, как и пытаться перегрызть толстые прутья.

— Что ж, милости прошу. А то, дожидаясь вас, мы уже заскучали.

Я отвернулся от экрана и, стиснув рукоять меча, бросился на мутантов с удвоенной силой.

Тоже самое сделали Герман и Гундахар. И если танк любил Хангвила ничуть не меньше меня, то реакция игва была двойственной: с одной стороны он испугался, что убийство Заранды навсегда лишит его возможности попасть в Орлионтан, а с другой — начал испытывать к живодеру жгучую ненависть.

За время нашего совместного путешествия он успел проникнуться к Пунье симпатией. Допустил его в ближний круг, что для каждого из игвов говорило о многом. И, как и в случае со мной, означало одно: своими действиями Стас только что забронировал себе местечко на кладбище душ.

Глава 13

Размашистый удар Веларионом, мифриловая «Зуботычина» и лицо Мозеса, густо забрызганное ошметками чьих-то мозгов.

— Срань господня…

Устремляющийся в Локо луч света, попытка протереть глаза желтым халатом и вереница «Взрывов Трупа», разом сводящая все старания монаха на нет. Хуже того, добавляющая в «спа-процедуры» душ из кровищи и обертывание внутренностями святых отцов. Вместе с прилетающим вдогонку скрабом из острой шрапнели и хорошенько отпаривающим тело «Кольцом Пламени». Ослабленным амулетом Эстира и оттого несмертельным.

— Когда же это наконец закончится… твою мать…

— Когда противники сдохнут, тупая скотина! И клянусь Зунгуфом, еще хоть раз ты заденешь меня «Цепным исцелением» — и я с тебя шкуру спущу! Нанес мне урона больше, чем все эти уроды вместе взятые!

— Прости! Ты просто двигаешься слишком быстро! Когда я применял заклинание, то тебя там еще не было!

— Ты, матка Ямарайаху, из меня болвана не делай! Я видел, как ты протирал морду халатом и применил способность не глядя! Не успеваешь следить за сражением — лечи точечно! Либо активируй «Домашний очаг» и убирайся на хрен отсюда! Все равно от тебя толку мало!

— Мало толку?! — возмутился тот. — Да как ты смеешь! Да если бы не я — остальные бы давно сдохли! От проклятий, болезней и ран! Я, блин, уже каждого с того света вытащил! По нескольку раз!

Разозлившись, монах выскочил из-за укрытия и бросился на ближайшего из врагов. Отшатнулся от рухнувшего перед ним Вайиту, вскинул молот и со всего маху огрел им мутанта по башке. Причем со столь несвойственной ему силой, что казалось, будто бы он мгновенно переставил противника с ног на голову. Вонзил в его черепушку кончик от циркуля и прочертил им идеальный полукруг по направлению к полу.

— Так-то лучше.

Усмехнувшись, Гундахар вновь сконцентрировался на сражении. Дважды выстрелил из «урканобоя» и устремился к группе Унд-Хеку, параллельно разрубая солдат Райза на части.

Очевидно, он чувствовал себя в родной стихии. Воспринимал кровавую поножовщину как нечто обыденное и неотъемлемое, все равно что чтение у камина или игры с Зативом.

Что до остальных, то все наши эмоции можно было выразить недовольным: «Снова бой».

Снова хаос, суматоха, вспышки заклинаний и разбрасывающие агонизирующие тела ударные волны. Пропитавший воздух запах гари, инвольтационных испарений и крови. Чудовищный грохот, слезящиеся от дыма глаза и голова, болезненно раскалывающаяся от перепадов давления.

С начала нашего противостояния прошла всего пара минут, но этого вполне хватило, чтобы полностью повторить сценарий сражения со святыми отцами. С тем отличием, что подопытные Райза оказались на порядок свирепее. Таили в себе нечто звериное, неуправляемое и жестокое. То, что заставляло их бросаться в атаку, не думая о самосохранении. Получать смертельный урон, лишаться конечностей и несмотря на это все равно продолжать ползти в нашу сторону. Пытаться ухватить оппонента за щиколотки и повалить, дабы подтянуть к себе и вцепиться клешнями в нежное горло.

Мне было их жаль. Искренне. Убивая одного мутанта за другим, я не мог отделаться от ощущения, что их не только подвергли насильной трансформе, но и хорошенько промыли мозги. Сделали гораздо сильнее и проворнее, наделили уникальными способностями, но в то же время лишили личности, интеллекта и чувств. Понимания того, что враги не мы, а те, кто с ними это сотворил. Изуродовал и покалечил, превратив ни в чем не повинных людей в подобие биороботов. Тех, кто, к сожалению, основательно дали нам прикурить. Сломили плотные ряды Вайиту, прорвали оборону и перемешались среди отцов и Унд-Хеку. Начали атаковать со всех сторон, заставляя нас импровизировать и действовать по ситуации. Крепко сжать булки, надрывать сухожилия и, обливаясь литрами пота, вспоминать бесценные уроки Гундахара. Часы боли и насмешек, что в кой-то веки начали приносить положенные дивиденды.

Не только в плане фехтования и банального выживания, но и по части оперативного мышления и хитрости. Решения практических задач в быстро меняющихся условиях.

Так, последовательно отбиваясь и контратакуя, я всю дорогу не упускал из виду местного «босса». Более совершенного «витка эволюции» и здоровенного громилу, показавшегося в дверях с минуту назад.

Тяжелый, бронированный и хорошо вооруженный, он маячил впереди, на голову возвышаясь над остальными. Крушил наших воинов направо и налево, упивался невиданной мощью и вкладывал максимум энергии в каждое действие, в каждый удар. Нерационально расходовал силы и, слишком поздно почуяв неладное, принялся судорожно хватать воздух ртом.

Причина: «Деоксидация». Стоило мутанту заявиться на огонек, как я создал вокруг него невидимую сферу, из которой напрочь удалил весь кислород. Благодаря чему тот рубил Унд-Хеку и Вайиту, даже не подозревая, что задыхается. Бросился в последнюю атаку, обрушил топор на голову Мозеса, но ни крови, ни разлетающихся мозгов с осколками черепа так и не увидел — это была иллюзия. Которая, будто бы унаследовав характер друга, весело ему подмигнула и ухватила себя ладонью за пах. Продемонстрировала вызывающий жест, а затем исчезла, заставив «босса» помереть с недовольной гримасой.

Аналогичная судьба постигла и его собрата. Пытаясь нагнать Локо, тот вдруг увидел, как потомок ифрита замерцал и поделился на дюжину копий, каждая из которых побежала в разные стороны. Сделала рваную четверть круга, вернулась обратно и нанесла множество смертельных ударов, один из которых был настоящим.

— Спасибо.

Краткая передышка, «Воспламенение» и «Пирорегенерация». Способность, позволяющая заживлять мелкие раны с помощью огня.

— Всегда пожалуйста.

Кивнув другу, я продолжил наводить хаос. Путал, вносил сумятицу, пудрил мутантам мозги. Не давал им понять, где реальные враги, а где нет. Заставлял гоняться за миражами и совершать роковые ошибки.

Метил в грудь — нанес удар в пустоту. Взмахнул широченным мечом — с удивлением уставился на зажатую в руке детскую лопатку. Побежал вперед — резко остановился и начал терять равновесие, глядя, как пол трескается и проваливается, обнажая под собой озеро лавы. Секундное замешательство и нелепое размахивание руками, которых было более чем достаточно, чтобы применить «Масштабирование» и напрочь отсечь тупую башку. Стряхнуть с лезвия кровь и шагнуть за колонну, дабы спустя мгновение показаться с другой стороны в облике тролля. Показать «своим» жестом, что мне нужна помощь, и, пропустив их вперед, рубануть по мускулистым спинам крест-накрест.

Сказать, что наших врагов это бесило — не сказать ничего. Они были в ярости. Пытались меня вычислить, рассмотреть среди облаков дыма и инвольтационных испарений. А наконец-таки обнаружив, принялись гасить всей толпой. Обрушили на мои голову и плечи десятки килограмм острой стали. Вот только… это тоже была иллюзия. Один из членов их отряда, на которого я повесил собственный облик.