Владимир Посмыгаев – Элирм VI (страница 31)

— …разумеется, скачок финансовый и для человечества «двадцать первых», но не будем углубляться. А на этом я возьму небольшую паузу и вернусь уже с новым эфиром в ближайшее время. Не переключайтесь…

— Флин! Ты это видел?!

— Да, господин Аполло. Захватывающее зрелище.

— Захватывающее-то захватывающее. Но как, черт подери, они узнали пароль от хранилища?!

— Понятия не имею. Меня больше интересует, как господин Эо умудрился скопировать глаза Малькольма? — ответил секретарь.

— Сучье вымя… — дворф рассержено отбросил бутерброд в сторону. — Если это способности стихиалиев, то значит, он может обокрасть кого угодно! Включая нас!

— Согласен. Кажется, господин Эо становится весьма опасным.

Триньк!

Сбоку на экране выскочило оповещение о втором видео Гласа.

«Панк» кликнул на ссылку.

Та же комната, та же широко распахнутая сейфовая дверь и весело улыбающаяся рожа.

— А сейчас, дорогие друзья, я окончательно сломаю «пятую стену» и расскажу забавный прикол, дабы не оставлять моих зрителей вне контекста. Суть в том, что эту чудесную дверцу нам не открыть. Ни магией, ни грубой силой, ни способностями стихиалиев. Вообще ничем. Да, гномы Ундгрофа постарались на славу. Защитили её на все случаи жизни. Более того, мы понятия не имеем, какой тут стоит пароль, и уж точно не умеем копировать чужие сетчатки. К слову, мы знали об этом еще до того, как сюда сунулись. И именно поэтому нам ничего не оставалось, кроме как преодолеть все препятствия, добраться до финальной точки, повесить на дверь иллюзию, якобы она открылась, и загрузить первую часть видеоролика в сеть, — шаман вытянул руку и постучал по воздуху — тот отозвался металлическим звоном. — Такой вот простой и донельзя примитивный блеф. Теперь вопрос: что будет дальше? Если я прав, то наши противники клюнут на удочку и изо всех ног ломанутся сюда. Они-то и помогут нам попасть внутрь, но уже по-настоящему. Мы же пока вернемся обратно к началу, выпьем новые оборотные зелья, а затем присоединимся ко всеобщей погоне. Если у нас это получится, то прямо сейчас вас ожидает монтажная склейка и…

Видео перескочило на пятнадцать минут вперед.

На экране был виден длинный коридор и десятки разъяренных священнослужителей. Высшие чины клана во главе с самим Малькольмом, что практически бежали по направлению к хранилищу.

Топот шагов, лязг металла и сполохи активируемых заклинаний.

Шаман тем временем следовал за ними как ни в чем не бывало. Вместе с остальными.

— Как я и предсказывал… — прошептал Глас. — Эти ребята настолько сильно испугались за свои побрякушки, что бросились сюда, не раздумывая… Даже не догадались, что их обдурили… Короче… болтать много не буду, а то стремно… Скажу только то, что наша сегодняшняя операция подбирается к своему логическому завершению… Где-то секунд через тридцать мы доберемся до цели, после чего нам останется всех перебить… Кроме отца Малькольма, разумеется… И знаете, кто его обезвредит? Я. Герой сегодняшнего телеэфира… — Эстир опустил глаза вниз и осторожно продемонстрировал странный предмет. — Знаете, что это такое? Это «Сплюшка-киянка»… Родственница «Мячика-блевуна», которую мы также нашли в Агероне… Никакого урона, дебаффов и прочих эффектов она не наносит, кроме одного: стукнув резиновой киянкой по башке, можно оглушить любую цель… Вообще любую… Даже архангела, мы проверяли… Ну, я пошел… Парни, бог в помощь…

Шаман протиснулся свозь толпу фанатиков и подошел к застывшему перед адамантиевой дверью отцу Малькольму. В хранилище клана никто не проникал, и глава Святого Трибуна только что это понял.

— Отец Малькольм, я прошу прощения, но у меня вопрос, — обратился Эстир, вытащив из-под одеяния «Сплюшку-киянку».

— Говори, — злобно прорычал тот. — Только быстро.

— А какой у нас пароль от вай-фая?

— Чего?!

Бум!

Трансляция прервалась.

Следом в обсерватории Меридиана воцарилось гробовое молчание.

— Флин, они либо бесстрашные гении, либо тупые придурки… — выдохнул «панк». — Вырубили архангела киянкой только лишь для того, чтобы проверить, работает она или нет… А теперь еще и отца Малькольма! Главу третьего по величине клана Элирма и самого преданного цепного пса Пантеона!

— Думаю, и то, и другое, господин Аполло, — ответил секретарь.

Глава 8

Последняя шутка Эстира сработала выше всяких похвал.

Огрев отца Малькольма по башке, шаман рухнул на него сверху и преобразился в «грифового метаморфа», придавив бессознательного главу клана своей массой. Прикрыл все отверстия костяными пластинами и ушел в глухую оборону, отрубившись секунда в секунду. После чего банально захрапел, сотрясая стены коридора звуковыми вибрациями.

Расплата за поразительную точность наконец-таки нашла своего героя.

Разумеется, мы этого не знали, но в тот самый миг Глас окунался в мир духов с блаженной улыбкой на устах. Наслаждался яркими галлюцинациями, где рождественские гномики и длинноногие эскортницы вручали ему «Оскар» и «пальмовую ветвь». Стоял под градом оваций и торжественно прижимал к груди «Золотой глобус», наблюдая за тем, как сотни Гундахаров низко кланяются и отдают ему честь. Демонстрировал публике великолепный удар «Сплюшкой-киянкой». Улыбался хлопающей в первом ряду бабуле и искренне насмехался над доносящейся из реального мира какофонией битвы.

Как бы то ни было, Эстир справился с отведенной ему ролью безупречно. Продержался вплоть до финального аккорда и не только покинул сцену на пике славы, но и сильно деморализовал наших врагов.

Шокированные столь наглой эскападой святые отцы на мгновение растерялись, чем мы с друзьями не преминули воспользоваться. Но вот вопрос: что будет, если разместить пятьдесят мужиков в узком коридоре, а затем заставить их мочить друг друга всеми доступными способами? Правильно. Ничего хорошего.

Пожалуй, со стороны это было похоже на перестрелку из крупнокалиберных пулеметов в грузовом лифте. Яростный мордобой между ревнивым мужем и любовником его жены в душевой кабине. Драку двух деревенских котов в коробке из-под телевизора.

В общем, полный мрак.

Мы не были сильнее фанатиков Святого Трибуна и не превосходили их числом. А потому снова положились на хитрость. Заманили их в ловушку и подло ударили в спину.

В то время как святые отцы пытались сложить дважды два и с удивлением таращились на бугорчатый панцирь вблизи адамантиевого монолита, мы «доставали стволы». Расчехляли арсенал своих самых агрессивных способностей и спешно накачивали их маной. Готовились аннигилировать толпу плотным огнем.

Чем мощнее и разнообразнее заклинания, тем лучше. Ведь, по сути, формула урона простая: удар по уязвимому месту плюс инвольтационная сила заклинания, дополненная «Мудростью» и усилениями, минус щиты, броня, сопротивляемость и регенерация. Если первое выше второго, то урон пройдет. А его тут потребуется много. Очень много. Интуиция, как, впрочем, и добытые разведданные, подсказывали, что эти высокоуровневые товарищи «жирные». Все равно что коровы из породы вагю, а значит обычной лобовой атакой вопрос не решить. Тут нужна особая тактика. Многоступенчатое интенсивное комбо, не дающее фанатикам времени ни вздохнуть, ни пернуть.

Благо у нас была неделя, чтобы об этом подумать. Как и заранее отрепетировать.

Мы ударили одновременно. Все равно что команда по синхронному плаванию.

С треском прошили пространство оглушительные молнии «Грозового Шквала». Отгремели артиллерийским залпом материализованные мною взрывные кристаллы. Устремились вперед потоки жгучего пламени Локо. Свистнули и замелькали масштабируемые в полете «зубочистки» «урканобоя».

Тяжелой поступью по врагам прокатывается волна «Сейсмоудара», сбивая каст заклинаний и лишая их точки опоры, отчего многие падают и, не успев опомниться, устремляются под потолок, где их уже поджидает мощнейшая «Гравитационная аномалия», стягивающая две трети отряда в одну точку. Туда же отправляется пятерка гранат, дюжина коктейлей Молотова и прочие убийственные сюрпризы, включая руны. Линат, Атхеам, Иалу, Михорд, Шан-Ти и Токка. Все, кроме исцеляющего Зервана.

Глядя на это, я довольно усмехнулся. Хорошо идем.

Перегружаются и лопаются силовые доспехи, рассыпаются ворохом пыли защитные амулеты, уходят на откат артефакты. Горит одежда и плоть, выворачиваются и крошатся суставы, ломаются промороженные кости. Хрипят изъеденные кислотой легкие и раздаются болезненные вопли. Бешено регенерирующие тела не успевают справляться с сотнями ран.

Кто-то умирает раньше всех остальных и тотчас же превращается в излюбленную некромантом «бомбу». Ранит соседей острой шрапнелью и передает эстафету дальше по кругу.

Даже малыш Хангвил не остался стоять в стороне. Выглянув из сумки и озарив задымленную комнату серией микропорталов, зверек умудрился сплести позади аномалии целую паутину из растяжек для «Ткача» Дженкинса. Элегантное решение.

Оттолкнулся от стены или от товарища, вывалился из гравитационного мешка — и тут же задел тонкую нить. Огонь, лед или молнии — не важно. Пространство вокруг и без того уже представляло собой радужный суп. Водоворот из дыма, пламени и кровавых брызг.

Как и наказывал Гундахар, мы били врагов грубо и безжалостно. Не жалея сил. Более того, я ежесекундно добавлял в общую кучу всё новые взрывные кристаллы и руны.