Владимир Поселягин – Хитрый Лис (страница 21)

Неожиданно. Уж чего-чего так этого я не ожидал. Да и то что мне награду дадут, не ждал, что уж про Дину говорить. А та рядом в своём единственном платьице стояла, старалась не нервничать, так что, как майор прикрепил награду, выдав удостоверение, дальше та поторопилась к остальным медикам, там семеро девчат-медсестёр уцелело, а я вернулся в строй. А штаб наш продолжил вызывать награждаемых и выдавать то, что те честно заработали. Орденов всем не хватало, уже троим, среди них один пограничник, выдали по две медали, что соответствовало статусу ордена. Понятно не успели наградить всех, не так и быстро дело шло. Но с пятьсот наград уже выдали. Меня, например, выдернули из строя моей роты, посыльный, и я побежал грузить на две повозки имущество своей роты и раненых. Котёл не забыл и всё что с ним шло. А никто не собирался отменять этот выход. Мы покидали лес. Куда идём не знаю, но то что над лесом дважды пролетал самолёт, явно поиски пошли, зафиксировали. У нас наблюдатели сидели на верхушках деревьев, как засекали воздушного разведчика, шёл крик, сразу выгоняли всех из воды, под деревья и накрывали плащ-палатками. С лошадями сложнее, но и их прятали, в основном в ельнике. Вот так обоз готов, грузили раненых, с перегрузом, даже на подрессоренные пролётки. Гаврилов и часть командиров верхом ехали. Что по награждению, обещали продолжить на следующей стоянке, тут оставаться опасно.

А так меня выдернули, и отправили в головной дозор, к бойцам Кижеватова. А вижу в темноте, поэтому и задействовали. Дину оставил в составе роты, у одной из повозок, где пулемёты перевозили, там наши вещи сложены, проследит. Она или вдова ротного, жену к раненым часто дёргали. Потом уже сформировал роты в батальоне, понятно временно, до выхода к нашим, причём пока пулемётной ротой я временно командую. Три должности тяну. Это ротный старшина, комроты и снабженец. Только в эту ночь меня как снабженца не задействовали, пусть по минимуму, но полк я обеспечил, до своих хватит дойти, а там уже наши. Уйти далеко не хватит сил, да и ночи тут короткие, потому следующий стоянкой майор выбрал другой лес, а до него восемнадцать километров. Кровь из носу, но нужно дойти. Похоже это будет обычной дальностью для нас. С учётом что до наших километров двести по прямой, идти будем дней десять ночами. Это если этих наших снова не отбросят. Значит, снова припасы нужны будут. А так я не особо ошибся. За одиннадцать дней и дошли до своих, тихо обойдя Пинск стороной, между городом и болотами. Эх, отличный бы укреп тут вышел с узким горлышком, но не судьба. За время пути не раз, трижды в разные ночи встречали полицаев на дороге, брали тихо в ножи, я объяснял пограничникам кого вижу и сколько, те сами работали. Так обоз увеличился на четыре телеги, пролётку и двух верховых. Также взяли легковой автомобиль, в сопровождении мотоцикла ехал. И не побоялись же. Пленный офицер и сообщил, где наши, да и вообще много что рассказал, чем неприятно поразил командиров штаба. Помимо этого, в состав отряда вошло три упряжки с «сорокапятками», ещё пулемёт зенитный, и две полевых кухни. А так особо не набирали, вон колонна насколько растянулась. Так пошли по обочинам в две колонны, и действительно лучше стало.

Что по награждению, то на следующей стоянке, как выспались, то продолжили. До темноты, пока не закончили. Там поужинали и продолжили путь. И замечу, что не все награды выдали. Я на глаз прикинул, около семидесяти орденов и три сотни медалей зажали. Вот так все ночи и двигались, простоев не было. Меня отпустили лишь раз, припасы подошли к концу, их хватило на четыре дня. В этот раз доставил десять тонн, и хватило до наших, даже в запасе осталось тонны три. А вышли мы на участке Семьдесят Пятой стрелковой дивизии, Двадцать Первой армии, тут пограничники сползали через передовую, опознались с нашими, потому нас ждали. Я же, с другими бойцами зачищал два опорных пункта, а два сапёра снимали мины, тут не было сплошной обороны, так что успели перевести всех до того, как рассвело, там к штабу дивизии, где нас ожидали. К счастью разоружать не стали. А вот со мной поступили подло, как я считал. Нет, как и все проверки мигом прошёл, просто комдив прислал посыльного, а сегодня было тринадцатое июля, время два часа дня, сутки на ногах, это жене и вдове ротного нашёл где прилечь, спят ещё в саду одного из домов села, а сам носился, дел много. Решался вопрос по нам, отправить в нашу дивизию или нет? И похоже не отправят. А тут меня посыльный нашёл. А там комдив, на крыльце из почерневших от времени досок частного дома, спросил:

— Ты старшина танк пригнал?

— Я, товарищ генерал.

Кажется, я начал догадываться в чём того интерес. Вон отсюда вижу несуразную башню танка «Т-34». Дело в том, что прошлой ночью, за четыре часа до выхода к нашим, я обнаружил его сканером. Экипаж видимо случайно в овраг загнал, и тот там застрял. Те его бросили и ушли, а я прибрал. В смысле сбегал, пустым хранилищем сделал склон, выкидывая землю, и запустив движок, сжатым воздухом, ох сколько я на таких машинах погонял в капсуле виртуальной реальности, не пересчитать, дал прогреться, и задом выгнал. Да там всё вооружение на месте и даже сорок снарядов было. Его Гаврилов принял, но в конец колонны, шумел, демаскировал. Я же обучил управлять мехвода с плавающей танкетки из разведбата нашей дивизии, нашли мне такого спеца, артиллериста заряжающим, и те катили в конце колонны. А когда мы резать немцев закончили, погранцы страховали движение, колонна переходила передовую, я со всех ног рванул к танку, что ждал дальше, в пяти километрах. Рассветало, уже немцы поняли, что был прорыв, пехотную роту туда с самоходкой прислали. Моё появление явно было неожиданным для немцев. Много осветительных ракет взлетало, но бить я начал из темноты. Точный выстрел и самоходка взорвалась. В борт снаряд прилетел, я пользовался складками местности, сближаясь. Дальше гонял пехоту, работая в основном пулемётом. Тут сканер показал солидный запас мин к миномётам, вот и накрыл снарядом, взрыв был очень солидный, грибок поднялся высоко, осветив всё вокруг, так что погонял немчуру, там едва ролурота осталась, а у меня патроны к концу подошли, так что по следам обоза к нашим. Там уже встречали, видели, как мы веселились. Так я ещё первым до штаба добрался, на броне боец сидел, дорогу показывал, и выбрал для своей роты лучшее место. Танк сдал штабу дивизии, для того и пригнал, мне он не нужен. Дальше встречал наш обоз, своих принял. Проверки шли, по двадцать телег с ранеными отправляли в тыл, к ближайшей станции, там эвакуируют санитарным эшелоном. Первичную проверку у врачей медсанбата дивизии уже прошли. Ну и гражданских, почти всех отправили в тыл, тоже к станции. А тут такое, к комдиву, да ещё чужому, вызвали. Чую что-то плохое меня ждёт.

— Хорошо, танк я оставляю себе, примешь командованием им. Хорошо ты поработал на передовой. Вот и дальше от тебя, старшина, жду того же. Экипаж тот же будет.

— Товарищ генерал, так мы же из другой дивизии? — возмутился я.

— Уже нет, только что пришёл приказ из штаба армии, всех дееспособных бойцов и командиров в состав моей дивизии оформить. Мы потому легкораненых в медсанбате оставили, тоже пополнение. Майора Гаврилова я командовать Тридцать Четвертым стрелковым полком направил, он самые большие потери понёс. Почти всё пополнение туда. Так что танк ввели в штат Восемьдесят Второго отдельного истребительно-противотанкового дивизиона. Но танк будет при штабе дивизии, мой резерв.

— Ясно, товарищ генерал, — вздохнул я.

А смысла дёргаться нет, генералы в Красной Армии, это боги, могут сделать с простым бойцом, а я мало чем от них отличаюсь, что угодно, поэтому не смотря на вспышку раздражения, не хочу танкистом быть, мне моя работа вполне нравилась, я её погасил. Всё равно ничего с ней не добьюсь, только хуже сделаю. А так генерал пока ко мне благоволит, не стоит рушить эту хрупкую стену. Кстати, подошёл штабной командир, забрал мои документы, на переоформление.

— Сколько немцев набил? Я рапорт читал, на словах опиши…

Так и стал описывать как вёл бой. Тот взрыв генерал видел, его разбудил посыльный, что сообщил о крупной группе окруженцев. Там самоходка рванула, а уж потом склад. Правда генерал велел описать и как в Крепости дрались. Рассказал, куда деваться? А генерала заинтересовало моё ночное зрение, вот я и предложил использовать меня именно ночью. Я про танк. Там у меня преимущество, не смотря на то что у немцев множество осветительных ракет. Тот обещал подумать. На этом и отпустили, отправили бронемашину принимать. Кстати, оформили меня не командиром танка, я теперь командир противотанкового орудия. Почему так, начал объяснять командир комендантского взвода, что передавал мне танк, тут же и оба члена экипажа, с вещами были, их тоже в тот дивизион оформили. Более того, в мой орудийный расчёт. А в дивизионе всего девять орудий осталось, моё десятым было. Ну и по поводу почему такие хитрости устроили, тут танкисты воевали, сборная группа, атаковали немцев, не многие вернулись. Их уже вывели. Мой танк был похоже из их группы, там было несколько таких машин. Закончить рассказ лейтенант не успел, тут Дина подошла. Я сразу понял, что что-то не так, больно с опаской та на меня поглядывала. Вот так отойдя от лейтенанта, извинившись, подошёл к супруге и спросил: