Владимир Поселягин – Горячее лето 42-го (страница 38)

Вот при выходе из борделя я замер, на улице у грузовика горели знакомые точки, одна подписана как лейтенант Шульц. Однако они наглецы, проникнув в город в английской форме. Я-то ладно, вынужденно, а им тут что нужно? Замерев на миг, перед открытой дверью, тут только москитная сетка колыхаюсь, я мысленно улыбнулся, на улицу свернул пеший патруль военной полиции, по нарукавным повязкам понятно, есть план, и уверенно шагнул на жару. Хотя близился вечер, до наступления темноты часа два, но духота ещё была. Подойдя к «Доджу», он с другой стороны улицы был припаркован, я помахал девчатам на трёх балконах, тут и много не знакомых было, свежим воздухом дышали, а одной из француженок что меня обслужили, второй не видно, послал воздушный поцелуй. Группа Шульца меня сразу засекла и явно опознала, напряжённо наблюдая. Надев фуражку, я повернулся к сержанту, главному в патруле, что только что подошёл ко мне и попросил документы. Вежливо. У обоих его солдат были автоматы.

— Конечно, — отозвался я, и полез за документами, и тут же коленом врезал в пах, одновременно покупая пистолет.

В моей руке появился «Вальтер» с глушителем, и под визг девчат наверху, я застрелил обоих солдат, что только и успели скинуть ремни «СТЭНов» с плеч, а потом выстрелил в скрюченного сержанта под ногами. Стрелял точно, метки их погасли, вскочив в машину, снова послал девчатам воздушный поцелуй, я проехал мимо грузовика, в крытом кузове которого и сидела группа Шульца, на повороте столкнулся с пехотной ротной колонной войск. Не понял кто такие, кажется новозеландцы. Отдал им нацистское приветствие, вскинув руку, и укатил прочь. В зеркале мелькнуло лицо явно охреневшего Шульца, что откинув полог тента, выглядывал. Тот явно не верил своим глазам и моей наглости, однако я спокойно укатил. Впрочем, те тоже, я вроде как по незнанию подставил их, и тем пришлось сменить улицу для стоянки авто. Что тут те делали, не знаю, но явно что-то важное. Тут штаб англичан неподалёку был, может он их цель? А сам не останавливаясь, покинув Тобрук, и погнал прочь. От города и от наступающих немцев. Отъехал не так и далеко, через пару километров свернул на обочину, тут стояли сгоревшие остовы автоколонны, судя по воронкам, немецкая авиация поработала, да давно, порыжели горелые обломки. Укрытие так себе, но что делать? Тут сплошные пески, укрытий нет, а впереди я приметил дозор передовой пехотной колонны. Обгоняя их, пылили грузовики и танки. Вот их я и хотел встретить, продал «Додж», и купил два танка и арту. Те же, которые с утра использовал. Вот так выстроив клин, впереди танки и арта следом, и двинул вперёд. Меня и не опознали сразу, видимо не поверили, что немцы могут быть тут. Арта начала работать, по пехоте, тут каждый выстрел брал отличный урожай. Правда, когда пехота залегла, да тут два полка шло и конец колонны я не видел даже с помощью арты, а это девать километров, то потери резко снизились. Так что арта стала работать по пехоте дальше, где те ещё стояли и смотрели как вдали поднимаются столбы пыли и песка. Тут залегали, так я стрелял дальше, каждый выстрел выбивал из строя от двадцати до сорока человек, снаряды рвались в плотных пехотных колоннах. Пехота впереди вставала по приказам офицеров, видя что огонь перенесли, так я снова посылал им пару подарков и переносил огонь дальше. То есть, держал всю колонну под огнём и уже через десять минут пехота лежала, не вставая расползалась, артиллеристы пытались развернуть орудия, но я уничтожил несколько грузовиков со снарядами. От детонации количество пострадавших сразу увечилось, так что тоже залегли.

Остались грузовики и танки, что обгоняли эти полки. Грузовиков под сотню было, у трети пушки имелись на прицепе, и танков я насчитал восемнадцать. Причём сборная солянка. Больше всего было британских, десять «Крусейдер», четыре «Валентайна», две «Матильды» и два «Стюарда», американские танки поставляемые США Британии. Спешить я не стал, остановил свою куцую колонну, нужно выбить у противника пушки и танки, последние уже разворачивались в атакующий строй. Пушка моего танка хлопала непрерывно, ведя прицельный огонь, уже три танка остановились, два из них окутались дымом. Арту я так и не трогал, как работала по пехоте и артиллеристам, так и работала, снижая их поголовье. Итальянский танк я вывел вперёд, встав под его защитой, чтобы тот ловил снаряды, а не я. Тот и нахватал, британские танкисты стрелять всё же умели, вот только выдержки им не хватало. Когда вспыхнул десятый танк, те стали отходить задним ходом, подставляя лобовую броню, ведя непрерывный огонь. Кстати, итальянца мне подбивали трижды, дважды поджигали, но я и ремонтировал, и тушил, пока выдерживал плотный огонь. К танкам и пушки присоединились, причём солидных калибров, по более семидесяти миллиметров. Сам итальянец разносил своей пушечкой грузовики, полтора десятка или дымились, или горели. Три взорвались от детонации снарядов, что перевозили. Арта уже только по пушкам работала, изредка да кинет снаряд в плотную пехотную группу. Никак британцы не научатся, что рассредоточится нужно, малые группы меня не сильно интересовали. Арту всё же накрыли, вспыхнула та, но я её потушил, отремонтировал и продолжил вести прицельную стрельбу. Так могло продолжатся долго, кстати, последние три танка ушли, достать из своей пушки я их не смог, поэтому уничтожил прямыми накрытиями артой, чтобы не думать о них. Так что пушек становилось всё меньше и меньше. И тут раз из Тобрука вышли десять «Валентайнов» и с участием двенадцати лёгких бронетранспортёров, набитых солдатами, атаковали меня. До них километра три было.

Развернув свой танк, арта продолжала бить по артиллеристам, я использовал технику так, итальянец корму прикрывал от британских артиллеристов, а арта от атакующей из Тобрука моторизованной группы. Сходу я поджёг один из «Валентайнов», и пока те приближались, я быстро выбивал их один за другим. А купил за небольшой золотой запас кумулятивные снаряды, которые вполне брали лобовую броню у британских машин и вышибал их один за другим. В результате четыре остановились подбитые и шесть горели, потом расстреляв бронетранспортёры, что прятались до этого за танками, повёл огонь по подбитым танкам, поджигая их. Ещё не хватало чтобы их восстановили. Пока вёл огонь, британские артиллеристы сожгли мне итальянца, сгорел, да и моему командирскому в корму два снаряда всадили. Едва успел пламя сбить и отремонтировать машину. Впрочем, это последний их успех. Последние три пушки были уничтожены, вместе с расчётами, дав ещё три снаряда по отходившей пехоте, снова отличные результаты, а сам развернувшись, итальянец уже исчез, вряд ли это кто видел, я его бортами оставшихся машин прикрывал, также купил нового, ту же модель, танк я проверил, пусть первый уровень, но для массовки годился, тот уже накопил на следующий уровень, ночью сменю, до которой меньше часа осталось. Вот так я и покатил обратно к Тобруку. Арта уже работала по городу. Уничтожила расчёты двух артиллерийских батарей, что быстро копали, оборудуя позиции перед городом. Орудия повреждены, но не уничтожены, в отличии от расчётов и офицеров батарей, потом по городу. Также зенитные батареи тоже были моей целью, арта чуть позже ими занялась. А сам я двигался к берегу, чтобы видеть порт.

Не дошёл с километр, там меня увидят, а тут я скрыт пальмами, и арта стала бить по грузовым и грузопассажирским судам. На выходе из порта, в девяти километрах от меня, спешно пыталось покинуть акваторию какое-то судно под канадским флагом. Мне со второго раза удалось удачно поразить в корму. Снаряд долго летел, а целил я в нос. Потом также ориентируясь по носу, всадил в корму ещё два фугасных снаряда. Судно полыхало, но удалилось за границы прицельного огня. Однако в порту ещё было два эсминца, лёгкий крейсер, что как раз отбивался от атак шести немецких штурмовиков, и восемнадцать судов. Кстати, некоторые спешно разгружали. Приметив что с двух ящики с боеприпасами разгружают, стал бить по ним. Ещё два судна уходили из порта, но время было, перехвачу, я хотел вызвать детонацию груза у этих судов, и мне это удалось. Рвануло одно. Ещё при первом попадании, грузчики и солдаты побежали прочь со всех сил, понимали, что будет, но убежали недалеко. Второй снаряд проломил палубу, а третий рванул внутри. От детонации, британский эсминец, что стоял неподалёку и спешно снимался с якоря, лёг на борт, получив сильные повреждения. От детонации первого, рвануло вскоре и второе судно. В результате эсминец тонул, пять судов получили большие повреждения, что вряд ли в ближайшее время покинут Тобрук, другие спешно поднимали якоря. В городе многое горело. Крейсер и второй эсминец также снимались с якоря. Я же, обстреляв те два судна, что торопились уйти, они практически не пострадали от детонации, вызвав пожары на обоих, команды спешно спускали шлюпки, после этого стал бить по эсминцу. По крейсеру дал два выстрела, но кроме того что запачкал и погнул борт, результатов не было, броня крепкая. А эсминец другое дело, его я мог достать, и через двадцать минут под два пожара, у того рванул взрыв на носу, отчего эсминец разломился и затонул. А крейсер отхватив от меня ещё восемнадцать «подарочков», ушёл, но всё же с приветом, пожаром на корме. Жаль не было бронебойных, снаряды только осколочно-фугасные.